Это письмо инициировано группой биологов, обеспокоенных кампанией против использования генно-инженерных технологий в российском сельском хозяйстве, а значит и против развития этого направления науки в нашей стране. Борцы против ГМО манипулируют общественным мнением, распространяя предрассудки об опасности генно-модифицированных организмов, не имеющие никакого научного основания. Совет ОНР призывает вас поддержать это обращение наших коллег.

Господин Председатель правительства,

После подписания Вами Постановления Правительства РФ от 23 сентября 2013 г. № 839 «О государственной регистрации генно-инженерно-модифицированных организмов» заметно возросла активность некоторых общественных организаций и отдельных депутатов Государственной думы, пытающихся воспрепятствовать внедрению инновационных биотехнологий в Российское сельское хозяйство. Это, безусловно, приведет к отставанию России от мировых конкурентов в этой важной отрасли, к утечке молодых перспективных биотехнологов за рубеж, к утрате критических технологий. При этом в качестве аргументов против технологий генной модификации используются материалы из желтой прессы и мнения некомпетентных лиц, в том числе самопровозглашенных «экспертов по генетической безопасности». Эти высказывания не имеют под собой научных оснований и рассчитаны на общественные страхи и отсутствие у населения объективной информации по данному вопросу.

Генетически модифицированные организмы получаются в результате применения направленных и контролируемых методов изменения генетической информации. Этим генная инженерия выгодно отличается от методов традиционной селекции, в основе которых лежит непредсказуемая генная модификация за счет случайных мутаций, нередко индуцируемых с помощью химического воздействия мутагенами или с использованием радиации.

Инструменты для направленного изменения генетической информации организмов появились в науке в 1970-х годах. Генетически модифицированные организмы с 1982 года используются в прикладной медицине (производство витаминов, антибиотиков, вакцин, инсулина и пр.) и с 1996 года – в аграрном секторе. Количество жизней, спасенных самым первым продуктом этой технологии – рекомбинантным инсулином – просто невозможно сосчитать. Современные подходы направленного придания новых признаков организмам ушли очень далеко от тех, которые использовались для создания первых искусственных бактерий. Они стали еще безопаснее и технологичнее.

С момента своего появления продукты генной инженерии находятся в фокусе научных исследований. Только за последние 10 лет проведено более 1700 научных исследований по изучению влияния ГМО на здоровье животных, человека, окружающую среду и не только (Nicolia et. al., Crit Rev Biotechnol., 2013). Проводились такие исследования и в нашей стране (например, Тышко и др., Вопросы питания, 2011). Исследователи, работающие в рамках общепринятой научной методологии, приходят к единодушному выводу, что ни само производство ГМО, ни их употребление в пищу даже в течение пяти поколений (Snell et al., Food and Chemical Toxicology, 2012) не несет никаких дополнительных рисков по сравнению с обычными продуктами. Такое огромное количество подтвержденных научных данных о безопасности не может продемонстрировать ни одна технология за всю историю человечества.

Напротив, в ряде случаев использование ГМО позволяет повысить урожайность, снизить пестицидную нагрузку на окружающую среду (Brooks and Barfoot, GM Crops Food, 2013), в ряде случаев увеличить биоразнообразие (Lu et al., Nature, 2012), снизить количество естественных токсических веществ в продукции (Wu, Trangenic Res., 2006).

К аналогичным выводам пришли все без исключения авторитетные научные организации в мире. Об этом свидетельствуют доклады и решения Всемирной организации здравоохранения, Продовольственной и сельскохозяйственной организация Объединенных наций, Национальной академии наук США, Еврокомиссии.

Работы, в которых якобы показан негативный эффект ГМО, являются единичными и не выдерживают критики. За последние десять лет из более чем 770 работ, посвященных безопасности ГМО, как продуктов питания для человека и животных только в трех возникли подозрения, что эти продукты могут быть опасней, чем обычные (Nicolia et. al., Crit Rev Biotechnol., 2013). Одна из этих работ (Seralini et al., Food and Chemical Toxicology, 2012) ввиду вопиющей некорректности анализа данных и постановки эксперимента была с извинениями отозвана журналом, а результаты двух других никогда не были воспроизведены в последующих исследованиях и, тем самым, не могут считаться достоверными.

Некоторые такие исследования спонсируются бизнесом, занимающимся производством продуктов «Без ГМО» (в том числе «Органик» продуктов) или сертификацией таких продуктов. По сути, это всего лишь элемент недобросовестной рыночной борьбы, направленный на очернение в глазах потребителя продукта-конкурента.

В качестве экономического обоснования требований о запрете на выращивание ГМО в России некоторыми политическими деятелями выдвигается некое «преимущество» России в деле выращивания экологически чистой еды, и необходимость развивать «органическое сельское хозяйство».

При этом умалчивается о том, что продуктивность «органического» сельского хозяйства на 5-34% ниже обычного, в зависимости от культуры (Seufert et al., Nature, 2012), и о том, что продовольствие, выращенное «органическими» методами, с точки зрения пищевой ценности и влияния на здоровье ничем не отличается от обычной еды (Smith-Spangler et al., Ann. Intern. Med., 2012), но стоит значительно дороже. К сожалению, нам трудно объяснить активную поддержку столь неэффективной формы ведения сельского хозяйства кроме как тем, что некоторые активисты и государственные деятели, вступающие против

использования генной инженерии в сельском хозяйстве, сами имеют коммерческий интерес, связанный с производством «органической» сельскохозяйственной продукции или рынком услуг по тестированию продукции на содержание ГМО.

Опасения того, что при разрешении продуктов ГМ технологий российский рынок семян будет «захвачен» иностранными компаниями могут быть устранены созданием режима максимального благоприятствования российским разработкам в этой области. При этом процедура регистрации для таких продуктов, поскольку они не несут никаких дополнительных рисков, должна быть максимально упрощена. В отличие от многомиллиардных инвестиций в существующее или еще больших потенциальных инвестиций – в «органическое» земледелие, такой подход потребует намного меньших затрат со стороны государства и быстро принесет финансовую отдачу в виде более урожайных, технологичных и безопасных культур.

В связи с этим мы считаем необходимым:

1. Создать максимально благоприятный режим для развития биотехнологий в Российской Федерации. Упростить процедуру регистрации генно-модифицированных организмов российского производства;

2. Создать консультационный совет по вопросам развития генной инженерии в Российской Федерации, в состав которого на конкурсной основе включать только ученых, являющихся признанными специалистами в мире в области генетики или молекулярной биологии;

3. Во избежание возможного лоббирования со стороны тех или иных финансово заинтересованных групп, все решения относительно развития и внедрения технологий генной модификации принимать исключительно на основании рекомендаций совета. Работа совета должна проходить открыто и гласно.

Мы считаем недопустимым, чтобы решения, касающиеся будущего отечественной генной инженерии и сельского хозяйства, принимались на основании мифов, опубликованных в желтой прессе, и мнений не признанных мировым научным сообществом «экспертов», неоднократно скомпрометировавших себя как некомпетентными высказываниями в СМИ, так и прямой ложью. Запрет ГМО в России нанесет не только ущерб здоровой конкуренции на рынке сельскохозяйственной продукции, но приведет к значительному отставанию в сфере технологий производства пищевых продуктов, усилению зависимости от импорта продуктов питания, и подорвет престиж России, как государства, в котором официально заявлен курс на инновационное развитие.

Подписаться под письмом на сайте ОНР.

Источник: ОНР.

С 1 июля 2014 года в России разрешат сеять генно-модифицированные зерновые культуры. По расчетам специалистов, первый урожай, выращенный из таких семян, будет собран к 2016 или 2017 году. Чем может обернуться для России переход на ГМО-продукты?

Как государство контролирует запрет на использование ГМО сейчас? Как и кем этот контроль будет осуществляться с июля 2014?

Как разрешение на оборот ГМО-продуктов связано с вступлением России в ВТО?

Будут ли проводиться исследования ГМ-зерновых и полученных из них растений? Как? Кем? Какие?

Как генетически модифицированные продукты влияют на здоровье животных и человека, а также экологию региона в целом?

В каких отраслях, кроме производства продуктов питания, используется ГМ-продукция? Есть ли сегодня теоретическая возможность НЕ использовать ее в этих отраслях?

Сегодня в России запрещено продавать продукты с содержанием ГМО без соответствующей маркировки. Соблюдается ли это правило? Кто за этим следит?

Участники дискуссии:

Ирина Ермакова — доктор биологических наук, ведущий научный сотрудник Института высшей нервной деятельности и нейрофизиологии РАН, исследователь ГМО.

Давид Явруян — эксперт-консультант “Органик Фарм”.

Анастасия Астахова — старший преподаватель философско-социологического отделения ФГУ РАНХиГС.

Евгений Федоров — Депутат Госдумы.

Станислав Полозов — Генеральный директор НКО «Лаборатория биологических сигналов», футуролог.

Александр Панчин — кандидат биологических наук, научный сотрудник Института проблем передачи информации РАН.

Виктор Башкиров — кандидат биологических наук, старший научный сотрудник НИИ эпидемиологии и микробиологии им. Н.Ф. Гамалеи РАМН.

Александр Корбут — вице-президент Российского зернового союза.

Источник: ОТР.

Прощайте, трансгенные томаты!

МОСКВА, 26 февраля. /ИТАР-ТАСС/. В Госудуму внесен законопроект о запрете на оборот в России генетически модифицированных пищевых продуктов. Соответствующие изменения в федеральный закон «О качестве и безопасности пищевых продуктов» предложены членами комитетов Совета Федерации по экономической политике и по аграрно- продовольственной политике и природопользованию.

Как пояснил журналистам один из авторов законопроекта, сенатор Антон Беляков (Владимирская область), он «подготовлен на основе анализа международного экологического права, а также основных принципов аграрного и экологического права Европейского Союза».

В пояснительной записке к документу отмечается, что «если на территории ЕС создано 174 зоны, свободные от ГМО (Австрия, Греция, Польша и Швейцария полностью свободны от ГМО), то в России на сегодня такую продукцию формально запрещено выращивать лишь в 14 регионах». По данным законодателей, согласно соцопросам, настороженно к ГМО относится 60% россиян, «при этом уже сейчас в России официально разрешено к использованию для производства продуктов питания 18 линий ГМО (три сорта сои, шесть — кукурузы, четыре — картофеля, по одному сорту сахарной свеклы и риса, а также пять видов генетически модифицированных микроорганизмов)».»Поэтому назрела острая необходимость формирования правовой базы, направленной на усиление контроля за оборотом генно-модифицированной продукции и введения полного запрета на ввоз в Россию подобных продуктов», — утверждают авторы законопроекта.

«Предусматриваемое введение запрета на оборотоспособность пищевых продуктов, материалов и изделий, содержащих ГМО, должно способствовать и введению в наше правовое поле принципов предосторожности и трассируемости, широко используемых в правоприменительных системах экономически развитых стран», — говорится в пояснительной записке.

При этом, подчеркивается, что полный запрет на использование трансгенов в России вводится на определенное время. «Полный запрет на использование трансгенов в России необходим на период создания соответствующей системы контроля, которая могла бы по различным критериям оценивать безопасность каждого продукта питания», — пояснил Беляков. «Россия должна использовать свой шанс стать мировым производителем экологически чистых продуктов питания, спрос на которые растет с каждым днем», — заключил сенатор.

Источник: ИТАР-ТАСС.