И на этот раз общение было очень полезным. Участники форума познакомились с институтом и созданными им образовательными учреждениями — негосударственным вузом УГП им. А.К.Айламазяна и Международным детским компьютерным центром. Директор ИПС член-корреспондент РАН Сергей Абрамов рассказал о том, над чем работает НИИ, как живут и чего ждут от будущего его сотрудники.

Институт программных систем был создан в рамках концепции “асимметричного эффективного ответа” на американскую программу СОИ (так называемые “Звездные войны”). Для этой цели в начале 1980-х годов правительство открыло около десятка НИИ по разным направлениям фундаментальных исследований. ИПС поручили развивать высокопроизводительные вычисления, искусственный интеллект и информационные технологии (операционные системы, языки программирования, базы данных).

Пока институт строился, в стране многое поменялось. Про угрозу звездных войн позабыли, ее заслонили внутренние проблемы. Благодаря традиции, заложенной первым директором профессором Альфредом Айламазяном, — доводить фундаментальные исследования до результата, который можно внедрить в практику, — ИПС с минимальными потерями пережил перестройку и начал двигаться вперед. Сегодня по большинству развиваемых направлений он работает на мировом уровне.

Однако этот НИИ — успешный, активно занимающийся прикладными исследованиями, не испытывающий кадрового голода (60% сотрудников моложе 36 лет), как и многие другие академические организации, столкнулся в последнее время с серьезными проблемами. Первая — постоянное уменьшение базового финансирования и падение внебюджетных поступлений в связи с экономическим кризисом в стране. Сегодня объем “внебюджетки” здесь сопоставим с базовым финансированием. Такому соотношению могут позавидовать многие НИИ, но в прежние годы оно доходило и до 3:1. Институт имеет сложную инженерную инфраструктуру, содержать которую становится все труднее. Научные подразделения и многие службы уже переведены на четырехдневную рабочую неделю, начался отток кадров, отметил Сергей Абрамов.

Он обратил внимание собравшихся и на ужесточение “государственного рэкета”.

- Бизнес вроде бы стали меньше кошмарить, переключились на бюджетные организации, с которыми расправляться гораздо проще, — заявил директор. — За полгода у нас прошло пять плановых проверок, еще несколько внеплановых, постоянно поступают разные запросы. Требования контролирующих органов — часто просто безумные, штрафы — многомиллионные.

Раньше институт поддерживал образовательную цепочку — от детского сада и профильных классов школы до университета, аспирантуры и докторантуры. Теперь детсад “Почемучка” с бассейном и компьютерными классами закрыт, университет переживает не лучшие времена (у него по формальным причинам приостановлена аккредитация), заявка ИПС РАН на докторский диссертационный совет пылится в недрах ВАК.

- Живое дело заменено параметрами и отчетами, настала эпоха торжества бумажки над здравым смыслом, — резюмировал С.Абрамов. — Раньше я считал, что ученые ко всему могут приспособиться. Но оказалось, что терпение людей не бесконечно. Молодые сотрудники говорят: мы исследователи, разработчики, вся эта борьба за “Хирши” нам поперек горла. И уходят.

Темы постоянно снижающегося бюджетного финансирования и растущей формализации научно-образовательной сферы изначально были выбраны для обсуждения на профсоюзном форуме. Ситуация в ИПС РАН показала, что болевые точки академического сообщества были определены правильно.

Вопрос о том, как противостоять негативным процессам, которые уже в ближайшее время могут парализовать работу институтов и запустить массовые сокращения, подробно рассмотрел в своем докладе председатель профсоюза Виктор Калинушкин (на снимке слева). Он заявил, что хроническое недофинансирование фундаментальной науки — ключевая проблема на данный момент. По сравнению с ней отходят на задний план такие раздражающие ученых изобретения чиновников, как реструктуризация, оценка институтов и даже нормирование труда. 

Лидер профсоюза дает мрачный прогноз. Уже в этом году ФАНО недофинансировано на 10% (секвестр пока не объявлен, но деньги ФАНО уже недополучило). Велика вероятность, что финансирование следующего года снова будет уменьшено — как минимум, на 5%. Реально с учетом инфляции, падения курса рубля и сквестра-2016 это выльется в 20-30% по отношению к 2015 году. Дополнительной поддержки ждать неоткуда. Целевое финансирование на выполнение Указа Президента РФ о повышении зарплат ученым резко снижено. Внебюджетные поступления падают, и вряд ли стоит ожидать, что в нынешних условиях финансирование исследований увеличит частный бизнес.

- Сейчас ситуация в институтах напряженная, а скоро она станет просто катастрофической, — заявил Виктор Калинушкин. — Резервы у всех заканчиваются, подбирается последнее, во многих научных организациях сотрудников уже вынуждают переходить на неполные ставки. Можно сказать, что по уровню финансирования академическая наука скатывается к 1990-м годам. Однако в те времена организациям многое позволялось в части распоряжения средствами и не выдвигалось серьезных требований к результатам. Теперь же все аспекты хозяйственной деятельности жестко регламентированы, к тому же введены количественные критерии оценки эффективности. Более того, директора обязаны выполнять требования по увеличению зарплат ученым.

Можно ли предотвратить катастрофу? Только если удастся убедить власть не урезать финансирование фундаментальных исследований, уверены в профсоюзе. Для этого необходимо во весь голос заявить, что дальнейшее снижение финансирования будет означать развал российской науки. Профсоюз будет призывать на борьбу и партнеров — Академию наук, ФАНО, директорский корпус, общественные организации ученых, а также политические партии, которые активизируют свою работу в предвыборный период.

Кстати, вопросы взаимодействия с партнерскими структурами поднимались и в ходе обсуждения докладов председателя Совета молодых ученых РАН Андрея Котельникова и начальника Управления молодежных программ РФФИ Ирины Журбиной. Было отмечено, что ученые не осознают масштаба бедствия и довольно вяло реагируют на ухудшение положения в научной сфере.

В работе Поволжской ассамблеи приняла участие большая делегация ФАНО, которую возглавлял заместитель руководителя федерального агентства Александр Степанов (на снимке справа). Предваряя выступления коллег, он отметил, что между ФАНО и Профсоюзом работников РАН сложились партнерские отношения, укреплению и развитию которых будет способствовать заключенное на пятилетний срок Межотраслевое соглашение. По словам представителя ФАНО, руководство агентства отдает должное умению профсоюза настойчиво и одновременно тактично отстаивать свое мнение по всем вопросам, касающимся защиты прав и интересов работающих.

Сотрудники федерального агентства рассказали о деятельности Научно-координационного совета ФАНО, системе оплаты труда в подведомственных учреждениях, реализации научными структурами программ высшего образования, формировании кадрового резерва институтов, жилищных программах, медицинском и санаторно-курортном обслуживании работников академических НИИ.

Представители профсоюза входят в состав рабочих групп ФАНО, занимающихся решением многих перечисленных вопросов. Однако, оценивая уровень социального партнерства профсоюза и ФАНО в данных направлениях и качество выполнения Межотраслевого соглашения, заместитель председателя профсоюза Вячеслав Вдовин обозначил немало позиций, по которым профсоюзу и агентству еще только предстоит наладить взаимодействие. Это касается сферы охраны труда, поддержки ведомственной социальной структуры, организации культурно-массовых и спортивных мероприятий.

Участники форума обсудили проекты концепции готовящегося закона о науке и Стратегии научно-технологического развития. Представители профсоюза, участвующие в работе над этими документами, отмечали, что их мнение зачастую не учитывается, а общественные обсуждения проводятся, похоже, только для галочки.

На круглых столах ассамблеи вырабатывались подходы к решению таких входящих в сферу интересов профсоюза вопросов, как нормирование труда в академических организациях, подготовка новых профессиональных стандартов, разработка типовых форм эффективных контрактов и требований для конкурсов на должности научных сотрудников и аттестаций ученых.

Виктор Калинушкин, входящий в рабочую группу ФАНО, которая занимается подготовкой документов по нормированию, подвел первые итоги. По его словам, стоимость нормо-часа, рассчитанного по предложенной агентством методике, оказалась завышенной. Это связано с тем, что при ее определении учитываются внебюджетные поступления. В итоге в большинстве институтов, особенно тех, которые получают заметные средства от фондов, государственных и частных заказчиков, оплачиваемое из бюджета время работы должно быть сокращено примерно на 30-40%. Это значит, что более трети людей необходимо будет увольнять или переводить на внебюджетные ставки.

Выполнение законодательного требования — определять объем финансирования государственного задания на основании нормативных затрат на проведение исследований — не должно парализовать работу институтов, заявил председатель профсоюза. Он считает, что совсем не учитывать внебюджетную составляющую в нормо-часе нельзя (поскольку невозможно доказать, что все работы по грантам, программам, договорам выполняются в неслужебное время), но долю этой компоненты необходимо снизить. Профсоюз предложил ФАНО, во-первых, применить другой способ расчетов, во-вторых, дать институтам возможность варьировать “цену” нормо-часа.

- Эти мысли встретили понимание, — сообщил Виктор Калинушкин. — Руководство федерального агентства не заинтересовано в падении публикационной активности и развале институтов, что станет непременным следствием массовых сокращений.

При этом вместе с Комиссией общественного контроля в сфере науки и другими партнерами профсоюз будет доказывать пагубность самой идеи нормировать труд ученых.

Фото: Николай Андрюшов