Что касается моратория, Владимир Евгеньевич просил продлить его. Видимо, мораторий вводили для того, чтобы у науки ничего не растащили, но не для того, чтобы мы, опираясь на решения по мораторию, ничего не делали. Поэтому, если академия наук считает целесообразным дальше этот мораторий продлить, я его продлю, но только у меня просьба ко всем участникам этого процесса. Кстати говоря, там такой механизм введён, а именно, прочитаю, «обеспечить сохранность в составе Федерального агентства научных организаций имущества, закреплённого за подведомственными ему научными организациями, кроме случаев, определяемых решениями Президента Российской Федерации по представлению Правительства». Мы это сохраним, Владимир Евгеньевич, но только – обращаюсь и к Вам, и к Министерству, и к Андрею Александровичу Фурсенко – я исхожу из того, что общими усилиями всё‑таки будут предприниматься шаги, направленные на достижение целей реформ, о которых мы и говорили. Конечно, это не значит, что это имущество должно растаскиваться куда‑то на сторону. Преобразования должны какие‑то происходить; собственно говоря, мы ради этого все и затеяли мероприятия.

Теперь по поводу поддержки только успешных центров. Конечно, это звучит резковато, я согласен с вами. Но чего нельзя делать – нельзя поддерживать бесперспективные центры, вот чего нельзя делать, понимаете? Это всё равно что в экономике поддерживать предприятия, вечно субсидировать предприятия, которые обречены на то, чтобы быть закрытыми. Лучше их своевременно закрыть, решая социальные проблемы коллектива, перенацелить, структурировать и так далее. То же самое и здесь, в научной сфере. Но жалко просто денег: деньги, которые могли бы достаться тем людям и тем организациям, которые добиваются и способны добиваться новых успехов, просто будут уходить, неизвестно зачем.

Теперь по поводу критериев оценки. Конечно, их нужно совершенствовать, здесь я не могу с Виктором Антоновичем [Садовничим] не согласиться: у нас есть свои, наверное. Ну, так вы и доработайте тогда. Где они? Обращаюсь к тем же людям, министры здесь, бывший министр – ныне помощник, президент академии наук, ведущие вузы: давайте выработайте. Пока у нас не будет своего критерия, мы вынуждены будем руководствоваться тем, что есть, тем, что нам предлагают. И вечно будем жаловаться на то, что это нам не подходит, это неправильно. Давайте сделаем свой совет, все уважаемые люди, все умные, все учёные в разных отраслях, любо-дорого посмотреть, но критерии давайте выработаем, которые могли бы оценить вашу работу, работу ваших коллективов и людей, которые работают в других организациях, не представленных здесь своими руководителями. Это действительно важные вещи, Виктор Антонович прав. Это рынок, рынок подготовки кадров; они рисуют там то, что выгодно на этом рынке рисовать производителям этих кадров, понятно. Но других нет у нас. Китайцы что‑то пытаются придумывать – ну так молодцы. Ну а почему нам‑то не придумать, не сформировать?

По поводу того, что главное – управлять течением мысли. Это правильно, конечно. (Обращаясь к М.Ковальчуку.) Михаил Валентинович, управлять течением мысли – это правильно. Важно только, чтобы эта мысль привела к нужному результату, а не как у Владимира Ильича. А так сама по себе идея правильная. В конечном итоге эта мысль привела к развалу Советского Союза, вот к чему. Там много было мыслей таких: автономизация и так далее – заложили атомную бомбу под здание, которое называется Россией, она и рванула потом. И мировая революция нам не нужна была. Вот такая мысль там – надо подумать ещё, какая мысль.

Большое вам спасибо. С Новым годом вас наступившим!

Источник: официальный сайт Президента РФ

П.А. Вяземский вспоминал: «Свадьба не состоялась; но значительный академический капитал был отобран. Богатая невеста замуж не вышла, и как сиротка пристроена была к другому месту и под другим именем».

Основной капитал Российской академии был обращен в казну. В казну перешло и ее громадное здание на 1-й линии Васильевского острова. По мнению правительства, Российская академия должна была принести все эти жертвы «взамен той суммы, которой предположено увеличить ее штат». Однако средств на содержание ее личного состава не нашлось, бывшие члены Российской академии составили Отделение русского языка и словесности Академии наук и не получали ни жалованья, ни пенсий.

Не ждет ли через 175 лет та же участь Академию наук, не подыскали ли уже ретивые чиновники для нее женишков?

Автор: Екатерина Басаргина

Источник: сайт change.org, 4 декабря 2015 г.

От редакции saveras.ru: На сайте change.org помещена петиция Законодательно оградить от развала и разбазаривания исторически сложившийся комплекс зданий и коллекций Академии наук в Санкт-Петербурге, которую на сегодня подписали  3497 человек.

Петиция регулярно обновляется: на ее странице публикуются заметки Е.Н. Басаргиной, заведующей отделом публикаций и выставочной деятельности Санкт-Петербургского филиала Архива РАН

Напомним, в сентябре 2013 года был подписан закон о реорганизации Российской академии наук. Документ предусматривает ряд нововведений, в том числе создание единого центра управления имуществом, уплотнение институтов и прочее. Едва ли не с первых дней в него начали вносить поправки, а самым ярым – и единственным в Совете Федерации – противником акта стал Арнольд Тулохонов. Пока ему удалось добиться годичного моратория на закон.

В скором времени, 30 октября, в Совете Федерации пройдёт заседание рабочей группы по мониторингу закона. Сенатор намерен вновь рассказать о пагубности закона.

В своём докладе он в первую очередь обращает внимание на созданное федеральное агентство научных организаций (ФАНО). Оно, по замыслу, нацелено на освобождение науки от управления имуществом и сокращение бюрократизма в науке.

- Однако, количество документов, требуемых от институтов, увеличилось в разы, — указывает Арнольд Тулохонов. — Особо я хотел бы выделить срочные телефонные запросы, которые в Сибирь и на Дальний Восток приходят после обеда по местному времени и вечером. Для того чтобы на них ответить, администрация институтов переходит на вечерний и ночной режим, как это было при Сталине.

Не согласен представитель Бурятии и с трудовой дисциплиной, на необходимость которой упирает ФАНО – «наука процесс творческий и ученые не работают как рабочие на заводе». К примеру, в Китайской академии общественных наук установлен один присутственный день в неделю, рассказывает он. При этом молодые ученые получают около 2 тысяч долларов, а пожилые со стажем 3 тысячи, не считая особой пенсии и других социальных гарантий.

У агентства, по мнению сенатора, уже накопилось немало ошибок. К примеру, обязательность публикаций в зарубежных журналах. «Это привело к тому, что наши враги резко сократили промышленный шпионаж и разведку. Зачем тратить деньги, когда русские все свои достижения бесплатно да еще на английском языке передают всем конкурентам», — говорит Арнольд Тулохонов.

Немаловажен вопрос финансирования, дополнительные источники которого директора институтов должны сами определить до 2018 года. Не забывая при этом о двукратном повышении зарплаты для сотрудников. По словам сенатора, им фактически предлагается сократить сотрудников в 2 раза. «Разрушительным» шагом он называет лишение институтов прав юридических лиц, с объединением в регионах. Такие планы уже намерены реализовать в Иркутске, и там в одном месте будут обсуждать вопросы солнечно-земной физики, повышения урожайности, а затем и причины детской смертности. И это не бред, а предмет жарких дискуссий, иронизирует Тулохонов.

Укрупнение институтов за счёт объединения привело как минимум к одному отрицательному результату, продолжает политик – увеличился средний возраст сотрудников академий. Между тем, состав директоров планируется обновить (с помощью возрастного ценза в 65 лет), что приведёт к получению «послушных исполнителей», и «окончательному разрушению сложившихся научных школ». Молодёжь, потеряв уверенность в завтрашнем дне, перестала стремиться к науке, а члены-корреспонденты в академиях и вовсе оказались «бесхозными».

- Моя просьба к ФАНО – «чуть помедленнее кони, на краю…». Неужели в стране нет более важных задач, чем ликвидация директорского корпуса и уничтожение региональных институтов. В конечном итоге эти два удара могут окончательно вбить гвозди в известную крышку российской науки, — обращается сенатор. Он вновь заявляет о том, что теперь за науку фактически никто не отвечает.

Арнольд Тулохонов предлагает продлить мораторий на закон как минимум ещё на год. Следующее предложение – восстановить Государственный комитет по науке и технике, который ранее вместе с Госпланом и определял научно-техническое развитие страны. «В такой структуре РАН, ФАНО, РНФ вполне могут объединиться и совместно попытаться решить задачу возрождения российской науки», допускает он.

Источник: Байкал-Daily

По словам А. Медведева, у ФАНО России нет другого стратегического партнера, кроме Российской академии наук. Любые решения, связанные с повышением эффективности сети академических институтов, Агентство будет принимать вместе с РАН. Он напомнил, что 15 января 2015 года истекает мораторий, который Президент РФ наложил на использование имущества и решение кадровых вопросов научных организаций, ранее входивших в структуру Академии. К этому времени ФАНО России, совместно с научным сообществом должно представить руководству страны план по дальнейшему развитию сети научных организаций. Если этого не произойдет, контуры академического комплекса могут существенно измениться. Причина тому – интерес к научным институтам со стороны различных органов исполнительной власти.

«Судьба академической сети решается не только в этом зале, и не только в дискуссии между федеральным агентством и академическими институтами. В этом процессе есть и другие участники. Есть федеральные министерства, которые имеют определенную позицию относительно того, как им видится развитие научных институтов, которые сейчас объединены и находятся в ведении Федерального агентства научных организаций», — сказал А. Медведев.

В частности, свои предложения по взаимодействию с академическими институтами готовят Минсельхоз РФ, Минпромторг РФ, Минздрав РФ.

«Выйти к ситуации 15-го января и попросить ещё год на мораторий, не дав предложения относительно того, какое наше видение – это будет достаточно сложная управленческая ситуация», — отметил он.

Чтобы сохранить сеть академических институтов в ее нынешнем виде, научное сообщество, вместе с ФАНО России, должны подготовить свои предложения по развитию научных организаций. Новая стратегия должна соответствовать времени и быть способной решать весь комплекс научно-технических задач, которые государство ставит сегодня перед учеными.

Позицию ФАНО России поддержал, член Президиума РАН, академик Геннадий Месяц: «Я хочу напомнить исторический факт. Все институты, которые ушли из академии при Хрущеве и после – погибли».

Участие в работе экспертной сессии в Екатеринбурге приняли более ста директоров институтов Уральского региона, а также представители Российской академии наук. Ученые признают, что перемены назрели. По словам заместителя президента РАН Владимира Иванова в России до сих пор не выработана эффективная научно-техническая политика. Если с фундаментальными исследованиями все более-менее в порядке, то с внедрением их результатов в практическую жизнь дело обстоит иначе.

В свою очередь, А. Медведев отметил, что государство сегодня заинтересовано в решении крупных междисциплинарных задач. Такие проекты одному институту не под силу. Необходимо искать новые формы взаимодействия научных организаций, новые интеграционные форматы. Кооперация должна проходить под конкретные исследовательские программы.

В. Иванов предложил следующий алгоритм научной коллаборации: сначала четко формулируются приоритеты прикладных исследований, затем под них формируется отдельная исследовательская программа. После того, как задача поставлена, выбирается форма интеграции институтов для ее решения. Одним из возможных вариантов кооперации может стать консорциум – объединение институтов под конкретный проект без потери финансовой и юридической независимости. При этом заместитель президента РАН не исключил, что в отдельных случаях слабые научные институты могут быть расформированы, а их коллективы объединены с другой структурой.

«Далеко не все институты работают у нас на высоком уровне. Тут нельзя исключать варианта, что объединяемые институты могут потерять статус юридического лица. На самом деле в этом ничего страшного нет. Начиная с 2003 года, мы в академии закрыли порядка 80 институтов. Но эти процессы не должны носить массовый характер. Перед принятием каждого такого решения, необходимо прежде тщательно проанализировать ситуацию», — сказал он.

А. Медведев, в свою очередь подчеркнул, что в вопросах научной кооперации ФАНО России придерживается следующей позиции: любая интеграция должна идти снизу. Институты сами должны выбирать приемлемые для них форматы коллаборации. При этом Агентство не будет форсировать ситуацию.

«Мы исходим из того, что двигаться нужно постепенно, поэтапно. Сначала Агентство, вместе с РАН и корпусом экспертов, в который войдут директора ведущих институтов страны, определит пилотные проекты. На них будут опробованы интеграционные модели. Результаты, полученные в ходе пилотных проектов, вновь будут тщательно проанализированы, с тем, чтобы лучше настроить систему», — сказал он.

При этом, по словам А. Медведева, кадровый вопрос при построении новой системы является приоритетным. Сокращать ученых никто не будет. Напротив, задача ФАНО России и РАН – как можно скорее восполнить дефицит исследователей, который существует в России с 90-х годов.

Председатель Уральского отделения РАН, академик Валерий Чарушин рассказал об опыте реализации интеграционных проектов УрО РАН. В качестве примера успешной кооперации он привел созданный несколько лет назад на Урале фармацевтический кластер, в который вошли ряд профильных институтов, а также резиденты Фонда «Сколково». Кроме того, он отметил, что в настоящее время Уральское отделение РАН ведет порядка 50 междисциплинарных программ по изучению Арктики. По словам В. Чарушина, арктический проект – это уже готовый консорциум, на базе которого можно создать Центр Арктики.

Заместитель директора по науке Уральского научно-исследовательского института сельского хозяйства Анатолий Колотов выступил с предложением создать Уральский региональный селекционно-генетический центр по растениеводству, в который вошли бы профильные институты Свердловской, Тюменской, Курганской, Челябинской областей, Пермского края, Республики Удмуртия.

«У нас много общего. Развита промышленность и высокая потребность в продуктах питания, особенно в продуктах животноводства. Не случайно, что 60-80% пахотных земель у нас работает на кормопроизводство. Хорошая материальная база, разработана программа развития Центра», – отметил А. Колотов.

Тему продовольственной безопасности продолжила директор Всероссийского селекционно-технологического института садоводства и питомниководства РАСХН Ирина Богданова. Она вынесла на обсуждение вопрос о создании на базе Свердловской селекционной станции регионального научного центра по садоводству. Его структура будет включать в себя лаборатории по 8 направлениям селекции. А также биоресурсный центр плодовых ягодных культур и центр коллективного пользования.

Источник: официальный сайт ФАНО России, 3 октября 2014 г.

См. также: ФАНО приглашает на серию экспертных сессий «Стратегия развития научных организаций» (8-9.09.2014);

Пресс-центр ФАНО: ФАНО России провело первую экспертную сессию, посвященную стратегии развития сети научных организаций (22.09.2014);

«Наука в Сибири»: Сетевые решения (отчет об экспертной сессии в Новосибирске) (29.09.2914);

газета «Поиск»: Предчувствие стихии. Академическим НИИ предложено искать пути к спасению (№40, 3.10.2014)

Исполнился год с момента принятия ФЗ №253 “О Российской академии наук, реорганизации государственных академий наук и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации”, которым РАН была отделена от входивших в ее состав научных организаций.

Уже можно уверенно сказать, что, как и предполагало большинство ученых, новая система управления академической наукой себя не оправдала. Ликвидация центра, координирующего научную деятельность, и разрыв научных связей между институтами отрицательно сказывается на нашей работе. Благодаря многолетним академическим традициям (демократические принципы самоуправления, самостоятельность в выборе направлений исследований) институты РАН пока держатся, хотя их руководству приходится тратить много сил на решение искусственно созданных и сильно мешающих основной деятельности организационных проблем. Однако мораторий на имущественные и кадровые решения заканчивается, и, похоже, нас ждет новый изматывающий виток борьбы за существование.

Что в этом году изменилось к лучшему? Без перебоев осуществлялось финансирование организаций. Но эта сторона вопроса не вызывала нареканий и в системе Академии наук. А вот бюрократизация существенно возросла. Руководство институтов не освободили от несвойственных науке функций, а наоборот, перегрузили ими и при этом еще требуют сокращать административно-хозяйственный аппарат. Огромный ущерб работе ученых  наносит новый закон о закупках.

Говорят, что полным ходом идет безупречная, по всей форме, регистрация имущества РАН. Наверное, это важно. Но намного важней, что даже в тяжелые перестроечные годы академия сохранила основную часть переданной ей в управление госсобственности. Сейчас же ученые опасаются, что после оформления имущество начнет быстрыми темпами переходить в частные руки.

В ведомственной социальной сфере не просто нет положительных сдвигов — ситуация в ней серьезно ухудшилась. Провалена жилищная программа РАН на текущий год. С января 2015 года резко возрастет оплата проживания в аспирантских общежитиях.  Существование академической медицины под угрозой.

Сегодня институты остались один на один с чиновником. Если руководство и аппарат академии по мере возможностей прикрывали институты от непродуманных разрушительных инициатив Минобрнауки и других бюрократических структур, то ФАНО, являясь органом федеральной власти, этого делать не может.

Последний пример. Не успели институты утвердить новые уставы и приспособиться к условиям существования в принципиально иной, чем прежде, административно-управленческой схеме, их втягивают в очередную авантюру – «структуризацию». И вновь  без обсуждения, обоснования необходимости, детального плана преобразований, перечисления задач, которые с помощью этих действий предполагается решить. Научные сотрудники считают, что эта кампания затеяна или ради показухи (обозначить продолжение реформ), или для того, чтобы окончательно развалить, атомизировать академическую систему.

Параллельно готовится еще один удар: Госдума в первом чтении приняла закон, согласно которому директорский корпус наших НИИ в течение короткого срока должен быть существенно обновлен. Это явно приведет к хаосу и потере управляемости организациями.

Профсоюз работников РАН в течение реформенного года участвовал в работе над типовым уставом института, создании новой системы оплаты труда, внесении поправок в ТК в части совершенствования механизмов регулирования труда научных работников, руководителей научных организаций и их заместителей. Мы постоянно напоминали руководству ФАНО о необходимости более активно заниматься жилищной программой, готовили и предлагали необходимые для ее реализации нормативные документы.

Профсоюз  внимательно отслеживал все инициативы, которые могли привести к массовым сокращениям сотрудников и потерям имущества РАН. Мы выступали против «модели функционирования научных институтов РАН», предложенной Советом по науке при Минобрнауки; критиковали разработанные этим министерством новые правила финансирования госзаданий; требовали дополнительных средств на реализацию пункта Указа Президента РФ о доведении средней зарплаты ученых до двойной по региону или отмены этого невыполнимого для ряда субъектов федерации положения. Противодействие этим и другим потенциально опасным начинаниям, к сожалению, оттеснило на второй план борьбу за нормальные условия труда и достойную зарплату.

В настоящее время мы вместе с коллегами из профсоюзов здравоохранения и агропромышленного комплекса готовим новое Отраслевое соглашение по РАН, в котором будем стремиться сохранить важнейшие положения предыдущих документов, включая позицию о недопустимости массовых сокращений по инициативе работодателя.

Надо отдать должное ФАНО, его руководство, что называется, «идет на контакт». Однако наша совместная работа в этом году, увы, была пока направлена на то, чтобы сохранить положительные моменты академической системы, а не на продвижение вперед.

Взаимодействовали мы и с руководством РАН, которому хотелось бы пожелать большей активности в отстаивании интересов академической науки.

Нас ждут нелегкие времена. Нынешняя ситуация требует от научного сообщества солидарности, ответственности, боевитости. На протяжении двух последних десятилетий нам всем вместе удавалось отстоять наши институты. Уверены, что удастся и на этот раз.

Председатель Профсоюза работников РАН  В.П. Калинушкин

Источник: Профсоюз работников РАН, 29 сентября 2014 г.

БЕН, ГПНТБ и Библиотека им. Ушинского под угрозой объединения
С сайта библиотек и neglinka-msk.livejournal.com

Годичный мораторий на решения об имуществе Российской академии наук подходит к концу, а научное сообщество обеспокоено сразу несколькими событиями, которые могут служить предвозвестниками того, что случится  в 2015 году.

В пятницу, 22 августа, из ФАНО (Федерального агентства научных организаций) директору Библиотеки естественных наук РАН пришло письмо, ставшее для него полной неожиданностью (хотя практика неожиданных реформ уже хорошо известна академической общественности). Начальник Управления федерального имущества ФАНО Игорь Романенко пригласил директора или его ответственных представителей на совещание 26 августа в 14.00. Повестка дня – объединение трех федеральных государственных бюджетных учреждений (ГПНТБ России, Научно-педагогической библиотеки им. К.Д. Ушинского и Библиотеки по естественным наукам Российской академии наук) и «создание на их базе современного библиотечно-информационного и социо-культурного центра».

Директор Библиотеки по естественным наукам РАН, доктор технических наук, профессор Николай Каленов сразу забил тревогу. «»Слияние» полностью разрушит сложившуюся и достаточно эффективную систему информационного сопровождения научных исследований, которая реализована в БЕН РАН», – уверен он. – «Создавать на базе этих трех библиотек «социо-культурный центр» представляется [мне] бессмысленной и вредной идеей».

«БЕН РАН обеспечивает информационное сопровождение исследований, проводимых более 100 организациями РАН (ныне ФАНО), в ее структуру входит 60 отделений, базирующихся в академических институтах, общий распределенный фонд составляет около 6 миллионов экземпляров естественнонаучной литературы, она является ведомственным информационно-библиотечным центром. ГПНТБ России является публичной библиотекой, Педагогическая библиотека ориентирована чисто на педагогику и близкие к ней научные дисциплины», – отмечает Николай Евгеньевич.

Отметим, что все три библиотеки принадлежат разным ведомствам, что еще более осложнит объединение. БЕН – это часть РАН, Библиотека им. Ушинского и ГПНТБ подведомственны Минобрнауки.

По одной из версий, причина столь внезапного объединения состоит в том, что БЕН РАН (ул. Знаменка, 11/11) и Библиотека им. Ушинского (Б. Толмачевский пер., д. 3) располагаются в центре Москвы в зданиях, представляющих историческую и коммерческую ценность.

«Комплекс зданий, в которых размещается библиотека, является памятником архитектуры», – отмечается на сайте Библиотеки им. Ушинского. В разделе «Из истории здания библиотеки» приводится такая информация: «В комплекс сооружений усадьбы вошли главный трехэтажный каменный дом, два двухэтажных каменных флигеля, образующих вместе с домом парадный двор, ажурная ограда с воротами и остатки старой территории сада. Усадьба была построена в конце XVIII в. Аммосом Прокофьевичем Демидовым, сыном известного русского заводчика П.А. Демидова, и его супругой Анной Никифоровной, которые купили участок земли в Толмачевском переулке у майора Петра Камищева в 1772 г.».

А немногим раньше в Сети появилось письмо главы ФАНО Михаила Котюкова министру образования и науки РФ Дмитрия Ливанова, в котором содержатся предложения по переструктурированию сети научных организаций, подведомственных ФАНО России. «…В зависимости от того, насколько эффективно любая научная организация может принять участие в решении базовых задач науки, все подведомственные ФАНО России научные институты предлагается структурировать в следующие организационные платформы…».

Письмо появилось на сайте «Спасите РАН», а потом на сайте Академии наук. Подлинность письма под сомнение не ставится, говорят, что Котюков был очень раздосадован, что содержание его переписки с Ливановым стало известно широкой публике.

Это письмо, в свою очередь, стало следствием нашумевшего письма советника президента Андрея Фурсенко, бывшего министра образования и науки, в котором тот обращался к Владимиру Путина с идеями о том, как нам реорганизовать науку в стране. В письме Фурсенко констатирует, что интеграция российской науки в общемировую оказалась вопреки ожиданиям неэффективной, и предлагает вновь самоизолироваться, сосредоточив силы на нескольких крупных проектах. Письмо было опубликовано газетой «Троицкий вариант-Наука», там же состоялось нелицеприятное обсуждение идей Фурсенко (см. подборку комментариев «Шеф, всё пропало!»). Говорят, что публикация этих материалов также вызвала недовольство автора.

В письме Андрей Фурсенко, в частности, предлагает: «До конца 2014 года структурировать подведомственные ФАНО институты, выделив группы, которые обеспечивают реализацию приоритетных направлений в научно-технической сфере (медицина и науки о жизни, энергетика, агронаука и продукты питания). В случае обоснованной необходимости создать по ряду направлений национальные исследовательские центры».

На это письмо президент ответил позитивно «Согласен. Дорабатывайте и в Правительство РФ и АН РФ 8.06.2014 г.». На основании этого было оформлено президентское поручение от 08.06.2014 № Пр-1362, затем зам. председателя Правительства РФ О.Ю. Голодец дала поручение от 18.06.2014 г. № ОГ-П8-4506 об обеспечении выполнения указания Президента Российской Федерации В.В. Путина. В ФАНО закрутились жернова и там стали думать, как проводить реструктурирование РАН в рамках предложений, изложенных в письме Фурсенко.

По информации «Полит.ру», до конца 2014 года ФАНО должно представить некую концепцию реструктурирования. У ученых РАН теперь непростой выбор: участвовать в выработке такой программы реструктурирования, укрупнения, оптимизации (можете сами выбрать нужное слово) или же ждать, когда такую программу придумают сами чиновники.

На заседании Комиссии по общественному контролю за реформой науки, состоявшемся 20 августа с участием академиков Валерия Рубакова, Александра Кулешова и Владимира Захарова, единой позиции выработать не удалось. «Мы так и не выработали никакой позитивной программы реформ», – говорили одни. «Зачем участвовать в укрупнении ради укрупнения?» – недоумевали другие. «Вспомните, как происходит в Москве оптимизация школ и к чему она приводит», – предупреждали третьи. «Не стоит ждать, пока тебя кто-нибудь съест. Все мы понимаем, что придется укрупнять институты», – отмечали четвертые. Все понимали, что чиновникам будет проще всего пойти по пути наименьшего сопротивления, допустим, объединить в один-два все институты Кольского полуострова, которые к тому же находятся в одном здании, или же объединить все физические институты Троицка — наукограда, ставшего частью Новой Москвы. А что делать с институтами Москвы, Санкт-Петербурга и Новосибирска?

Какую повестку дня могут предложить сами ученые? Какие принципы укрупнения и оптимизации? Да и вообще, есть ли среди активной части научного сообщества те, кто могут разработать серьезный план структурных реформ, позволяющий не разрушить хрупкую ткань науки в России? Будет ли реструктурирование проводиться до оценки научной эффективности институтов или после? Все эти вопросы пока остаются открытыми.

Отметим, что у всех этих планов реформ, над которыми теперь ломают голову ученые, есть несколько общих черт. Предлагаемые решения, серьезно меняющие структуру академической науки, готовятся чиновниками, а не учеными, конфиденциально, без совета с научным сообществом или хотя бы с теми, кого эти решения напрямую затрагивают. Затем эти решения навязываются для исполнения, причем всё нужно делать/ломать/объединять быстро, срочно, немедленно. А за последствия эти чиновники обычно уже не отвечают. Более того, авторы реформ предпочитают оставаться неизвестными.

Только сейчас, например, становится понятно, какие сложности вызывает навязанное сверху объединение трех академий. Разные уровни зарплат, штатные расписания, разные требования к научным сотрудникам, разные научные традиции…  Реформа РАН, подготовленная втайне даже от президента Академии наук Фортова и навязанная академическому сообществу несмотря на протесты, «гуляния» возле Госдумы и Совета Федерации, привела пока лишь к одному очевидному результату – существенному увеличению бюрократической нагрузки на исследователей.

В то же время министр Ливанов и вице-премьер Ольга Голодец, которые объявили о начале реформы РАН 27 июня 2013 года в ИТАР-ТАСС, выступив ее горячими сторонниками, от ее проведения теперь фактически отстранены. Голодец перестала курировать науку, передав это направление Аркадию Дворковичу. «Научные сотрудники этой реформы даже не заметят», – обещал год назад Дмитрий Ливанов. Заметили, и еще как…

P.S. По последней информации совещание в ФАНО, назначенное на 26 августа об объединении трех библиотек, отменено. У редакции есть письмо зам. руководителя ФАНО А.М. Медведева в Минобрнауки от 20 августа , в котором тот отмечает, что объединение Библиотеки естественных наук РАН с двумя другими библиотеками нецелесообразно. Судя по этому письму, инициатива об объединении поступила в аппарат Правительства РФ 15 июля 2014 года от следующих граждан: Лещанова Е.М., Медведевой К.А., Князевой О.А., Колованова Э.Д. и Попковой М.Н.

Наталия Демина.
Источник: ПОЛИТ.ру

Ещё совсем недавно положение российской науки казалось безнадёжным.

В самом деле: цитируемость заметно ниже, чем у передовых в научном отношении стран. Именно к ним по фантомной болезненной привычке причисляют у нас ещё Россию. Если точнее — 19 место в мире, на 20 процентов ниже среднемирового уровня.

И ладно бы с нею, с цитируемостью — не за одни ссылки в журналах работаем. Главное — по финансированию наша наука не просто ниже, а постыдно ниже мирового уровня. Всего 1,12 процента от валового внутреннего продукта.

А тут ещё Академию наук ликвидировали…

Именно так многими учёными было воспринято принятие в прошлом году закона о реформе РАН. Для чего её делали? — чтобы превратить академию наук в ничего не решающий клуб престарелых учёных. Институты отобрали, отдали их под какое-то ФАНО, деньги — тоже. Научных сотрудников сократят. А в комнатах наших будут сидеть комиссары от ФАНО и руководить фундаментальными научным исследованиями. Так, как умеют «эффективные менеджеры».

Впору взывать к поручику Голицыну…

А кто-то и взывал. Боролись. Писали. Выходили на митинги.

И… И вот в ближайшее время должен быть утверждён в правительстве новый устав РАН. Если что-то тектоническое не сдвинет сложившуюся конфигурацию интересов причастных элит, то устав станет фактически законом. Законом, по которому жить, конечно, академии… но в силу её веса в системе отечественной науки — и научной отрасли тоже. Например, то же ФАНО — Федеральное агентство научных организаций, под которое перевели академические институты, — должно соотноситься с этим уставом, чтобы окончательно определить поля взаимодействия с РАН.

Именно — взаимодействия. Ибо прошла первая волна столкновений вокруг реформы и вокруг полномочий — именно о них в конечном итоге ведётся речь во всякой реформе. Прошла череда трений, споров и утрясок. Настало время практического взаимодействия.

Это не значит, что искр выбиваться больше не будет. Но это уже так… Афтершоки, если сравнить с землетрясением. Вторичные толчки, в природе обычно затухающие. Однако первый результат уже очевиден: магнитуда была хоть и большой, но тотальных жертв и разрушений не случилось.

Прежде всего, конечно, благодаря вмешательству президента, который наложил мораторий на всячески резкие ломки сложившего порядка вещей, предложил всем потихоньку вживаться в новые формы и роли, чем сгладил углы и способствовал пусть настороженному, особенно поначалу, но диалогу. И заявленные первоначально цели обеих сторон постепенно трансформировались. В конце концов, рациональное начало взяло верх, и сейчас нащупывается новая формула существования отечественной науки.

И что же получается?

Физически научные учреждения РАН ей теперь не подчиняются. Оперативным управлением институтами занимается ФАНО. Оно же, что называется, содержит их материально.

Так что фундаментальная наука теперь из-под РАН вышла. И что же — она под ФАНО? Это теперь — академия наук?

Нет, отрицают здесь, мы, в общем, действительно только лишь менеджеры. В пульсарах и квазарах мало что понимаем, и на какой из них нацеливать «Радиоастрон» — решать не собираемся.

Но кто же тогда будет это решать? Э-э… РАН! Собственно, академия будет и далее предлагать государственные программы фундаментальных научных исследований. И, в общем, в оценке их результатов её слово будет не последним. А именно на эти программы и будет выделять деньги государство.

В адрес ФАНО.

А уж определять конкретику в этих самых квазарах — это дело научных работников. В крайнем случае — директора института.

Значит, РАН становится как бы мозгом российской науки, а ФАНО — её руками? Или, точнее, мастерской или лабораторией, обеспечивающей «руки» условиями для работы?

Нет, такой простенькой схемы не получается. Распределение функций в ней более сложно и до конца покамест ещё неясно — окончательный алгоритм ещё только складывается. И не исключено, что он будет работать, может быть, даже более эффективно, чем в благодатные для науки советские годы. Тем более что эффективность науки тогда вовсе не была такой уж высокой.

Чем была Академия наук в советской схеме? Если упрощённо, то исполнителем. Квалифицированным исполнителем научного заказа государства.

Характерный пример с созданием атомной бомбы.

Государственный комитет обороны (ГКО) велел: «Обязать Академию наук СССР возобновить работы по исследованию осуществимости использования атомной энергии путём расщепления ядра урана». Созданный при ГКО СССР Специальный комитет спросил: «Что нужно для достижения результата, товарищи учёные?» (и очочками этак бликнул обещающе). А товарищи учёные, рассказав, что требуется, и получив оное, атомную бомбу создали. А по пути — атомную энергетику, атомную промышленность, новые разделы физики, химии, биологии, ускорители и так далее.

Правда, цена этого достижения была ой какой запредельной…

Потом стало помягче, без бликов пенсне, но принцип оставался: государство заказывает и даёт деньги — академия наук исполняет — государство контролирует и принимает. Лишь в ходе нарастающих реформ и потерь 90-х годов государство самоустранилось из этой схемы, и Академия наук постепенно сама начала составлять для себя программы фундаментальных исследований, сама контролировать их, сама выбивать под них деньги. Конфликт с министерством образования и науки, заложенный к тому же в самом его названии, — наука ведь, по сути, заказчик и потребитель образования, не могут они жить под одной крышей, — этот конфликт, отравлявший научную атмосферу страны все последние годы, был неизбежен.

Что же теперь? Теперь академия — да, теряет «руки» в образе исследовательских организаций. Но при этом становится профессиональным сообществом предельно компетентных и предельно — что может быть выше звания академика? — авторитетных экспертов. Оно и подготавливает для утверждения государством стратегию научного поиска. Дальнего и ближнего.

И теперь РАН парадоксальным образом находится на стороне заказчика, становится инструментарием государства по формированию и формулированию заказа на науку.

А ФАНО становится исполнителем — в качестве управляющего и организатора непосредственной работы научных институтов.

При этом сами институты в юридическом и в научном статусе остаются вполне самостоятельными субъектами — никаких комиссаров от ФАНО там рассаживать не предусматривается.

Управляет же институтом, как и прежде, директор, в качестве прежнего главы юрлица, отвечающего за его деятельность.

А директор… в любом случае он — креатура РАН, если не действительный её член. Или член-корреспондент.

Круг замкнулся. Функции академии сместились с тех мест, на которых они закрепились по итогам советской схемы, но наукой как таковой управляет по-прежнему она.

В общем, некая система «двух ключей», о которой раньше говорил и за которую ратовал президент РАН Владимир Фортов, похоже, складывается.

Хотя… И она ещё только-только приобретает очертания.

Но уже есть главный результат во всём, что случилось и что проделано с начала реформы. Он в том, что никто — ни РАН, ни ФАНО, ни Минобрнауки — не щеголяет готовыми ответами. Ни у кого нет позиций, которые беспощадно наезжали бы друг на друга, словно литосферные плиты, готовя новое землетрясение. Все стороны ищут устраивающую все стороны новую формулу.

Формулу науки.

Обозреватель ИТАР ТАСС Александр Анатольевич Цыганов

Источник: Центр политического анализа при поддержке ИТАР-ТАСС
25 апреля 16:55

20:25

Конференция завершена. «Газета.Ru» благодарит всех читателей этого онлайна. На конференции работали Надежда Маркина и Николай Подорванюк, а из редакции онлайн вел Владимир Корягин.

20:24

Резолюция принята единогласным решением участников конференции.

20:22

Идет обсуждение проекта резолюции.

20:18

Зачитывают проект резолюции «О типовом уставе институтов Федерального агентства научных организаций». Он отличается от того, что опубликован в газете «Троицкий вариант». Отмечают, что нет проекта устава ФАНО, а есть проект устава федерального государственного бюджетного образовательного учреждения — из-за этого придется внести изменения в название резолюции.

20:16

Ведущие говорят, что выделят выступающим еще десять минут.

20:09

Участники конференции просят закончить выступления и перейти к принятию резолюции.

19:58

«Но с точки зрения общества у ученого другие функции. За пределами наукометрических показателей останутся люди, не обладающие соревновательным потенциалом на международном уровне. Нужно ли их выбрасывать? Можно, но тогда за пределами Москвы будет общество, которое вообще не способно воспринимать научные знания», — полагает Летаров.

19:56

«Основная цель нашего труда — это генерация новых знаний. И с этих позиций мы склонны оценивать работы свои и своих коллег», — добавляет Летаров.

19:53

Андрей Летаров: «Функция науки как социнститута. Грантовое финансирование должно быть только частью финансирования науки, а не основой. Но в реальности для интенсивности работающих ученых оно составляет 50% и больше».

19:50

«Любое догоняющее развитие может быть только развитием обгоняющим. Надо увидеть, где наши преимущества, и сделать на них ставку. Старые формы оценки труда научных сотрудников, в форме публичных защит и обсуждений, надо возрождать», — добавляет Шупер.

19:49

«Все формы организации и финансирования науки крайне несовершенны. И нет никакого средства, чтобы сделать это наилучшим образом», — считает Шупер.

19:45

Вячеслав Шупер: «В какой степени конкурс грантов соответствует принципам науки? Да ни в какой. Конкурс грантов — это конкурс обещаний. Серьезная экспертиза отчетов невозможна. Я не знаю ни одного случая, когда грантодержатель не смог бы отчитаться. Как свидетельствуют американские коллеги, они тратят половину времени на добывание грантов. Вероятно, вторую половину времени — на отчеты».

19:31

«Зарплата редактора составляет 8300 и 9300 руб. в месяц. В результате журнал издается научными сотрудниками на общественных началах. Журнал должен поддерживать страницу в интернете. На Западе поддержание этой страницы берет на себя издательство. У нас это приходится делать редакции без всякой поддержки. Можно предложить меры. Издательство должно обслуживать журнал и его редколлегию. Субсидии должны предоставляться не издательству, а редколлегии журнала. И журнал должен иметь право выбирать издательство», — добавил Иванчик.

19:20

Аскольд Иванчик говорит о научных журналах.
«В советское время была монополия журналов издательства «Наука». Сейчас издательство «Наука» сообщает, что ежегодные дотации не получены. В результате стоимость подписки выросла вдвое», — говорит он.

19:18

«Сейчас все вопросы упираются в один вопрос — какая наука нужна России. А он может быть решен только в форме диалога», — считает Демченко.

19:11

Николай Демченко, соруководитель комиссии: в каком правовом поле оказали институты? Они оказались в правовом вакууме.

19:08

Очных и заочных участников конференции призывают присылать свои замечания к резолюции и участвовать в функционировании конференции.

19:01

«Существуют способы работы: ковровые проверки каких-то категорий, например депутатов. Есть проверка отдельных ученых советов. Имеются целые советы, уличенные в допуске «плохих» диссертаций. Есть две проблемы: первая — очень мала сопротивляемость научного сообщества. К липовым диссертациям общество привыкло. Сейчас открывается проект «Научный дозор». Ученым будут рассылать диссертации в их областях, и можно будет отставить отзыв всем, кто захочет. Если этот проект пойдет, будет ясно, собирается ли критическая масса экспертов, которые готовы следить за чистотой своего поля. Не верю, что Рамзан Кадыров сам писал свою диссертацию», — сказал Гельфанд.

18:59

«Хочу развенчать несколько мифов. Первый: что вся эта деятельность основана чисто на компьютерном анализе. «Диссернет» не пользуется системой «антиплагиат». И «Диссернет» занимается ручным просмотром и анализом. Второй миф — это чисто политическое действие. Данное утверждение неверно — сейчас проверено уже больше 1000 диссертаций. Третье — плагиатом затронуты только области обществ наук. Неправда, есть заметные заимствования в биологии, по-видимому есть в медицине», — говорит Гельфанд.

18:58

«Развивалось абсолютно горизонтальное сообщество — «Диссернет». Он начал изучать диссертации известных людей, и в какой-то момент оказалось, что какие-то диссертации рассматривать можно, а какие-то не стоит», — говорить Гельфанд.

18:57

Выступает известный ученый и активный противник реформы РАН Михаил Гельфанд.
Об рассказывает об истории «Диссернета» и говорит, что работали фабрики диссертаций, все про это знали, но никого не заботило.

18:48

Ольга Соломина, руководитель Комиссии общественного контроля в сфере наук: результат работы комиссии показал, что при вычете из науки академии как клуба ученых остается что-то еще. Наука должна управляться учеными.

18:45

С текстом резолюции «О типовом Уставе института Федерального агентства научных организаций» можно ознакомиться на сайте конференции. Она должна быть принята по итогам оставшейся части мероприятия.

18:35

Конференция возобновилась.

18:16

Объявлен перерыв на 20 минут. За ним последуют выступления координаторов рабочих групп Комиссии общественного контроля в сфере науки.

18:15

Академик Рубаков поставил резолюцию «Организация науки в России: первоочередные задачи» на голосование. Она была принята при одном воздержавшемся.

18:12

Академик Валерий Рубаков продолжает отвечать на вопросы участников конференции относительно текста резолюции.

18:07

Александр Буфетов также ответил на вопросы «Газеты.Ru».
— Какого результата вы ожидаете от конференции?
— Что мы можем сделать — это выказать нашу позицию, чтобы нас услышали. Во Франции какой-то эффект от этого был. Когда Саркози стал очень активно наступать на CNRS, то французское научное сообщество выступило очень мобилизованно и очень жестко, и хотя сначала в газетах даже усмехались насчет забастовки научных сотрудников (кто ее заметит?), тем не менее эффект был, и Саркози отступил. Мы очень хотели бы, чтобы наш голос был услышан.
— Что изменилось по сравнению с первой конференцией РАН?
Время идет, процесс идет. Нельзя судить об исходе шахматной партии в ее середине. Получится ли у нас? Я надеюсь, что получится, что мы победим. Но возможен и другой исход – пошумят и разойдутся.
— А есть ли у российских ученых еще какие-то методы воздействия? 
— Забастовка? Нет, не думаю. Но массовые выступления дали определенный эффект: то, что ученые выходили на митинги, то, что была опубликована книга, собранная академиком Паршиным, «Хроника протеста». Наше научное сообщество показало определенный уровень сплоченности, организации и определенного идеализма. Это не борьба за деньги, это борьба за жизнь российской науки. Моя главная боль — за молодых математиков, моих студентов, которых я просто не знаю, как буду трудоустраивать. Одно из главных следствий всех этих реформ — это резкое сокращение ставок для молодых. Вот это будет настоящая катастрофа.

18:03

На вопрос, что такое научное сообщество, Рубаков отвечает: здесь, на конференции, находятся представители научного сообщества.

18:02

По словам Рубакова, предложения и корректировки текста резолюции принимались вплоть до начала конференции.

18:00

Академик Валерий Рубаков предлагает зачитать текст резолюции. Ее зачитывает Анна Щербина.

17:58

«Я думаю, что новое руководство РАН, утроенное с присоединением медицинской и сельскохозяйственных академий, тоже это понимает, хотя им надо капать на мозги», — резюмирует Гулев.

17:55

«Тот результат, которого мы добились, что Котюков и Хлунов сидели здесь, — это уже результат. Наука выполняется самодостаточными личностями, в науке нет понятия «офисный планктон». Донести до власти то, что наука выполняется самодостаточными личностями, — это единственный путь. В науке нет понятия «офисный планктон». Самодостаточные личности эту науку организовывали, и она худо-бедно, но жива», — говорит Гулев.

17:54

Гулев недоволен молодостью Котюкова, считает его неподходящим руководителем такой организации, как ФАНО. По словам Гулева, «власть настроена против науки».

17:52

Выступает член-корреспондент РАН Сергей Гулев.

17:20

Тем временем проректор МГУ, академик РАН Алексей Хохлов рассказывает о деятельности Совета по науке при Минобрнауки, который он возглавляет.

17:53

Тем временем своими впечатлениями с «Газетой.Ru» поделился Геннадий Калюжный, научный сотрудник ИППИ.
«Не понравилось, что руководители науки чувствуют себя чиновниками вертикали власти. Не всегда с ними получается диалог, иногда они просто не отвечают на вопросы. Вообще, Россия за последнее время стала сословной страной. Даже среди ученых начальники ведут себя как феодалы. А наука может развиваться только в демократичном социуме. Пока тот же Котюков демонстрирует желание слушать, есть надежда на обратную связь, но ее можно перерубить очень легко. Достаточно, чтобы на каком-то крупном посту оказался непросвещенный феодал, и система рухнет».

17:17

В перерыве директор специальной астрофизической обсерватории РАН, член-корреспондент РАН Юрий Балега рассказал корреспонденту «Газеты.Ru», что нынешнее мероприятие оказалось важным, так как руководители, отвечающие за организацию науки в России, не стали избегать общения с научным сообществом и постарались ответить на все, в том числе и самые неудобные, вопросы.

17:15

Конференция возобновилась, идут выступления желающих на тему организации науки в России.

16:33

Объявляется перерыв.

16:32

Возражение: Вы ушли от ответа на мой вопрос: планкой 28 вы отрезали многих достойных руководителей и дали дорогу руководителям не такого уровня.
Хлунов: Я никого не отрезал, экспертные советы примут решение.

16:30

Последний вопрос Хлунову: Хотел бы объяснить, почему мы заинтересованы в грантах РНФ. Как говорил Александр Буфетов, нормальные зарплаты докторов — 20 тыс. Когда базовое финансирование научным работникам будет поднято хотя бы раза в два… В связи с этим планка в 28 публикаций совершенно неразумна и заставляет сомневаться в качестве ваших экспертов. Если бы вы опросили научное сообщество, вы бы получили мнение, что выдающиеся ученые, которые могли бы быть руководителями, они бы не прошли выше этой планки.
Хлунов: Какую зарплату вы считаете достойной?
Ответ: Среднюю по Москве
Хлунов: Давайте на научном языке я объясню. Возьмем 60 тыс. Прибавим 30% во все фонды. Это будет 90 тыс. Умножим на 12 человек. Будет больше миллиона. Теперь возьмем научные группы — 3–5 человек, до 10. Вот будут цифры фигурировать внятные и нормальные. Еще нужно покупать расходные материалы — просто зарплаты недостаточно. Нужно еще расплатиться с директором института — накладные расходы. Вот 11 млрд, которые даны фонду. Разделите — и получим ровно ту сумму грантов, которую объявил фонд. Если бы мы оперировали 100 или 200 млрд — было бы больше грантов и большее количество поддержанных коллективов. Сейчас фигурируем в рамках тех кошельков, которые есть.

16:26

Вопрос: Тут висят два портрета, они, наверное, не прошли бы, ведь они не имеют 28 публикаций за пять лет? Капица, Тамм и Сахаров не прошли бы. А Эйнштейна с Бором вы бы пинками прогнали! Вы тут говорили, что пришли с подарками. Я, как налогоплательщик, подозреваю, что вы не свои личные деньги распределяете. Так что объясните нам принципы распределения.
Ответ: Вопроса не было, я его не понял.

16.23

Вопрос: Как вы относитесь к тому, чтобы совместными усилиями добиться в рамках крупного международного проекта победы науки над старением и смертью?
Ответ: Мы положительно относимся. Парадигма новых лабораторий должна отличаться — конкурс должен быть по приоритетам. Это направление неплохо ложится в потребности общества. И если такое приоритетное направление будет сформулировано — мы готовы объявить конкурс.

16.19

Вопрос: Есть ученые, у которых относительно мало публикаций, но высокий индекс Хирша. Почему они исключаются из возможности руководить грантами?
Ответ: Нас же не было до декабря. Мы ни у кого деньги не отнимали. Не нужно относиться к деятельности фонда как к волшебной палочке, которая может решить все проблемы.

16.15

Вопрос: Что будет с научным коллективом после завершения гранта? Будет ли восстановлено финансирование институтов? У меня более 20 статей в год, можно объяснить, как это делается?
Ответ: Фонд поддерживает проекты на 3–5 лет, и по окончании периода фонд прекращает финансирование. Мы исходим из того, что есть накладные расходы (10–15%) и они позволяют восстановить финансирование.

16.12

Вопрос: Грантов РНФ мало, ими нельзя поддержать все достойные коллективы. Будет ли объявлен следующий конкурс? Когда?
Ответ: Грантов мало, не ставилось задачи поддержать всех. Продолжают работать РФФИ и РГНФ. В суммарном объеме они больше, чем РНФ. Что касается следующих конкурсов — у нас на сайте пять конкурсов, это те деньги, которые имеются у нас в бюджете, других денег нет. Если будет прибавка — мы объявим дополнительные конкурсы, в случае если такая прибавка будет. Если не будет — будем выполнять взятые обязательства по финансированию проектов на длительный период времени.

16:11

Вопрос Хлунову: Почему не была проведена рейтинговая оценка научных коллективов?
Ответ: С позицией согласен, мы были учреждены в декабре прошлого года.

16:10

Вопрос: Каким образом членам РАН будет дана возможность вести научные исследования по своим направлениям?
Фортов: Мы будем настаивать, чтобы у нас в РАН были подведомственные институты.Представить себе академию наук без науки — это бюрократический выверт.

16:09

На вопросы продолжает отвечать президент РАН Владимир Фортов.

16:08

Котюкову вручили футболку с надписью: «За одного ученого трех неученых дают».

16:07

Академик Валерий Рубаков: Пару слов перед тем, как вы уйдете. Хотел бы подчеркнуть необходимость тесного взаимодействия ФАНО с учеными, пока это не очень получается. Надеюсь, эта система будет отлажена. Это главный месседж, который мы бы хотели передать Михаилу Михайловичу. И передаю вам дайджест вопросов, которые пришли по интернету. Благодарим за участие в нашем заседании.

16:06

Вопрос: Будет ли ФАНО продолжать программу жилья для молодых ученых? Котюков: Мы получили не очень простое наследство. ФЦП «Жилище» исполнялась не на 100% той части, которая предназначалась для академического сектора. Те объекты, которые строились на землях президиума РАН, предполагаем передать РАН — письма направлены в Минстрой. То, что строилось институтами, предполагается оставить и распределить через институты. По программе дальше через МЭР и ЖКХ — у нас средства только на 2014 год. Попробуем получить продление на 2015 год. К 2016 году должна быть новая программа. Нужно будет выстраивать единую систему работы для всех организаций.

16:05

Вопрос математика Анатолия Вершика: В России нет постдоков, как везде в мире. Котюков: вопрос понятен, нужно понять, что нужно найти для ответа на этот вопрос. Если нужны коллективные требования — давайте попробуем найти совместно и сформулировать их. Что такое позиция? Это штатное расписание? Нужно понять, что в это входит.

16:03

Вопрос про возрастной ценз для заведующих лабораториями. Ответ Котюкова: Пока ограничение только для директоров институтов.

16:01

Котюков пытается уйти — пять минут просит.

16:00

Александр Буфетов: Хотел бы спросить о молодых — аспирантах или студентах старших курсов. Любая турбулентность вызывает в головах молодежи вопрос: нужно ли строить свое будущее на науке в России? Что с постоянными позициями для молодых ученых?
Котюков: Хочу разделить ваш жесткий настрой, это правильная позиция. Штатное расписание — не предмет учредителя. И точно совершенно — я встречался на местах с советами молодых ученых, На Урале молодой человек поднял руку: «Я заведующий лабораторией, руковожу лабораторией, которая обсчитывала серьезные проекты. А я недотягиваю для таких проектов, дайте мне такую задачу».

15:59

Вопрос: Как должно происходить избрание по конкурсу на научную должность?
Хлунов: Законом предусмотрены специальные процедуры для согласования и одобрения кандидатур директоров, другое не предусмотрено. Живем пока по этой конструкции.Пока сохраняются действующие уставы, которые не противоречат законодательству.

15:57

Вопрос: Как будут финансироваться поликлиники РАН?
Хлунов: Сейчас они получают такое же финансирование, как и другие больницы, поликлиники.
Вопрос: Как будет оцениваться эффективность ФАНО?
Хлунов: Мне отвечать не очень корректно, думаю, оценит правительство.

15:56

Вопрос: Собираетесь ли обратить серьезное внимание на ученые советы и их роль в управлении наукой?
Хлунов: Мы должны обсудить функционал и ответственность. И никто не может снять ответственность с директора института, которая прописана законодательством.

15:55

Вопрос: Планирует ли учреждение надбавки к пенсиям?
Хлунов: Пока таких предложений не было.

15:54

Вопрос: Будут ли ученые иметь право решающего голоса для принятия решения ФАНО?
Хлунов: Мы стараемся принимать решение коллегиально, но какие-то решения должен принимать и чиновник.

15:54

Предложение из зала — создать конкурентную систему — соревнование между РАН и ФАНО.
Котюков: «Отвлеченный комментарий — ФАНО на сегодняшний день согласовало положение о закупках на средства не из госзадания, более 800 заявок. Кто-то отказался — это тоже позиция. Всего 7 организаций вообще никак не проявились».

15:50

Хлунов также заявил: «На первый конкурс РНФ — 17 на место. Откуда взялось столько ученых? Это абсурдный конкурс».

15:46

Вопрос из зала: «Требования на конкурс для руководителей лаборатории — 28 статей за последние 5 лет». Хлунов: «Это нормально. Мы посмотрели Web of Science — есть много таких ученых». Академик Стишов: «А у меня 2–3 статьи в год только, но работы качественные».

15:45

«Допустим, нобелевский лауреат ни разу не был в России, но будет возглавлять лабораторию в российском научном учреждении. Никаких ограничений на это не будет», — говорит Хлунов.
Хлунов привел пример: лаборатория, которую возглавлял Геннадий Андреевич Месяц (директор ФИАН, где проходит конференция), получила финансирование из разных источников.

«Это мошенничество», — заявил безапелляционно Хлунов.

15:43

«С утверждением РНФ приняты приоритетные направления. Расчет идет, чтобы полноценно финансировать научные группы и платить все социальные отчисления. В рамках фонда эта концепция полностью реализована. Впервые мы видим полную степень открытости при формировании экспертного совета. Российская наука должна быть открыта для мира науки», — говорит Хлунов.

15:38

Выступает директор РНФ Александр Хлунов.

15:37

«Те средства были в одной статье — закупка оборудования, стипендии, компенсации проезда серверов, ремонт. С учетом того что часть централизованно перераспределялась, было около 6 млрд. Сейчас у агентства — 4 с небольшим. Мы получили средства меньше прошлогоднего. Сейчас стараемся их перераспределить. Денег реально меньше. Где они? Надо искать, где они. Я могу отвечать только за то, за что я могу отвечать», — ответил Котюков.

15:34

Академик Рубаков: «Еще был вопрос существенный, куда делись деньги на закупку оборудования. Я бы хотел, чтобы вы на этот вопрос ответили».
Котюков ответить не успел, начали задавать вопросы с места.
Рубаков настаивает: «Куда делись деньги, Зин?»

15:32

«100 руб. суточных — получаю так же, как и вы. Вопрос серьезный, системный. Как его решить — достаточно сложно. Минфин не считает должным вмешиваться. Брать дополнительных обязательств на себя я пока не могу. Можно платить больше? Можно, но с учетом подоходного налога», — говорит Котюков.

15:33

«Деньги на популяризацию науки — полностью в составе РАН», — резюмирует Котюков.

15:31

«По аспирантуре буквально два слова. Есть определенные моменты из-за закона об образовании. Вот цифры, которые вчера были зафиксированы. Количество организаций, подавших заявки в МОН на прием в аспирантуру, более чем вполовину превышают прошлогодний объем. Здесь была услышана наша позиция. В этом смысле наши организации серьезно нарастили объем. На два месяца пока конкурс продлили — с учетом новых субъектов нашей Федерации», — утверждает Котюков.

15:30

«Вопросы по обнулению базового финансирования — в 2014–2016 годах утверждено, совокупный объем — того, за что отвечает агентство, 90 млрд руб. Будем стараться всячески защитить этот объем, чтобы его как минимум не уменьшали. Объем грантовых денег, если считать совокупно, приличный, но меньше», — говорит Котюков.

15:28

«Вопрос финансирования науки — государство тратит более 700 млрд руб. Вопрос, кто получает эти деньги, как за них отчитывается — это надо обсуждать. На сегодняшний день объем средств, которые вкладываются частными инвесторами, крайне невысок. Это противоречит международным нормам. Задача — сделать что-то в этом направлении, чтобы был интерес инвестировать что-то в науку, отвечать за прием результатов», — добавляет Котюков.

15:27

«Ни один орган не утверждает штатного расписания, это решается в коллективе», — полагает Котюков.

15:26

«2014 год отведен для приведения устава в соответствие с законодательством», — добавляет Котюков.

15:25

«По типовому уставу учреждений такого документа нет. Мы планируем делать такую работу совместно с институтами. Мы сформировали рабочую группу на основе региональных центров. Они будут связующим звеном. Будем продолжать разрабатывать конкретные положения, которые могут стать примером такого устава», — рассказывает Котюков.

15:24

«Время еще есть: 2014 год — год, когда проходит апробация», — говорит Котюков.

15:23

«Во-вторых, система оценки не может быть основана только на наукометрических показателях. Об этом же договорились на совете при президенте в конце прошлого года. Вопрос ключевой — как отобрать экспертов. Эти вещи нужно обсуждать и встречаться многократно, чтобы найти оптимальную конструкцию», — добавляет Котюков.

15:22

«В выступлениях были опасения, что кому-то уменьшат финансирование. Во-первых, есть постановление правительства, которое регламентирует этот процесс. В Минюсте на регистрации соответствующие приказы от Минобрнауки. Считаю, этот процесс должен проходить тесно с вами. Нужно минимизировать избыточную нагрузку на коллективы, чтобы было то, что есть уже в каких-то данных», — продолжает Котюков.

15:21

«ФАНО не принимало участия в формировании бюджета на 2014–2016 годы, ибо агентство появилось после. Сейчас с Фортовым предметно общаемся и часть средств друг другу перераспределяем. Как сформировано госзадание — в ФАНО, но от институтов был приложен план научно-исследовательской работы институтов. Эту практику не считаю неэффективной. Надо сохранить взаимодействие и дальше. Я за то, чтобы это было максимально прозрачно всем участникам системы», — говорит Котюков.

15:19

«По вопросам оценки и взаимоотношений. И закон, и положение предполагает тесное взаимодействие — от формирования госзадания. Вопрос формирования научных организаций — это вообще задача РАН, не надо перегружать коллективы несколько раз в год разным набором информации», — добавляет Котюков.

15:18

«Благодарю возможности встретиться с людьми, которые реально работают в регионах. Я старался в своих поездках не ограничиваться директорами и общаться с работающими учеными. Может, где-то я повторюсь», — начинает свою речь Котюков.

15:17

Выступает глава ФАНО Михаил Котюков.

15:16

«Про плагиат — я отрицательно отношусь к любому плагиату. Не должно быть срока давности, если украл — значит, украл», — утверждает президент РАН.

15:15

«Про сокращения — это больной вопрос. Здесь есть сложная тема, которая выходит за рамки ФАНО и за рамки РАН. Это произошло: институты выделены в одну организацию, получилась самая крупная конструкция на земном шаре (ФАНО), 1007 организаций. Но организация такая — похожа на перестановку кроватей. Это ничтожные зарплаты. Крайняя изношенность фондов. Отсутствие оборудования и вычислительной техники. Я встречался с президентом и вчера с премьер-министром. К этой задаче придется обращаться и работать рука об руку. Президент согласился с тем, что эту проблему решить невозможно в таком режиме. Согласился, что конструкция получилась очень тяжелой. И предложил дать варианты по выруливанию этих проблем», — говорит Фортов.

15:14

«Насчет представителей институтов, почему их нет в составе общего собрания. Мы ставили этот вопрос, когда делали второй вариант закона. Это тот пункт, который был выброшен Минобрнауки на том основании, что было сказано: «Вы являетесь клубом, у вас нет институтов». В новом проекте устава остались представительства в составах отделений. Хотя надо добиваться на будущее, чтобы была связь между работающими людьми и Академией наук», — говорит Фортов.

15:12

«Бюрократическое бумаготворчество — это отражение некомпетентности. Мы в зале представляем, кто и чего стоит и какую работу выполняет. Проблемы бюрократии перед нашей наукой — очень важные», — настаивает Фортов.

15:09

«По поводу грантов — я приложил свою руку к РФФИ. Пропорции тут такие: около 30% должно быть грантовое финансирование, остальное — не гранты. Если уходите за эту пропорцию — это приводит к развалу инфраструктуры и распаду школ», — полагает Фортов.

15:08

«Объединение академий происходит путем присоединения. Вы имеете старую РАН, и к ней присоединяются РАН и РАСХН. В уставе мы предлагаем наделить членов-корреспондентов отраслевых академий статусом членов-корреспондентов большой академии», — добавляет Фортов.

15:06

«Есть тема, связанная с оценкой научной деятельности. Есть тема, связанная с формированием научно-технических заданий. И многое другое, что дает рычаги воздействия. Ключевой момент в том, что ФАНО и РАН нашли разумные пропорции и границы своей компетенции. Сегодня нам удается найти общий язык, многие вещи делаются по взаимному согласию. Если это пойдет дальше — это будет здорово», — утверждает президент РАН.

15:05

«Процедура назначения директоров сегодня выглядит так: директора выдвигаются научными коллективами, академиками, и затем они идут на президиум, президиум их рассматривает, и директора идут в комиссию по кадровым вопросам, которую возглавляет президент РАН и куда входят представители научной общественности. После того как ступени все прошли, возвращается кандидатура к ученому совету, а ФАНО заключает контракт, и человек начинает работать», — говорит Фортов.

15:04

«Второй вектор состоит в том, что возникло движение сделать одноступенчатую систему выборов: сделать членкоров академиками. Эта норма вызывает очень большие сомнения. Я убежден, что несвоевременно заниматься этим вопросом», — добавляет Фортов.

15:03

«Два слова скажу, что важно на ближайшее время. Говорилось, что через два дня будет проведено объединительное собрание трех академий. Это сложнейший вопрос. Мы подготовили устав. Этот устав — очень опасная вещь для нас. По тем правилам, которые существуют, устав должен приниматься правительством. Это было принято 15 лет назад. Мы резко возражали, но такое решение принято. Итак, если принятый нами устав будет отклонен правительством, мы останемся вне правового поля, будем вне закона. То есть, если по каким-то техническим причинам устав не будет принят, мы этот устав получим от Минобрнауки и от Министерства экономики. И эти уставы будут копией того первого варианта закона, с которым мы имели дело летом», — добавил Фортов.

15:02

«Прежде всего хочу поблагодарить, что вы пригласили нас. Ваше движение крайне важное, оно сыграло важную роль в первом этапе, если бы не оно, научный ландшафт был бы сегодня совсем другим. Спасибо за это», — говорит Фортов.

15:01

Начинаются ответы. Первый — Владимир Фортов, президент РАН.

15:00

Валерий Рубаков продолжает зачитывать вопросы.
Вопрос Котюкову: «Что лежит в основе идеи, высказанной вами на Урале, что госзадания, сформулированные из численности нынешних сотрудников, должны быть выполнены силами одной трети, а остальные должны быть уволены?»

Рубаков добавил: «Правда, не знаю, говорили ли вы это».

«Что делать с распространением лженауки в СМИ и плагиата?»

14:59

«Как планируется финансирование экспериментальных установок? На исходе третий месяц года, нет средств на текущую эксплуатацию (БТА, РАТАН-600). Куда исчезли деньги на закупку крупного оборудования в 2014 году?»

14:58

Продолжаются вопросы Котюкову: «Когда будет решена проблема 100–550? Вы часто бываете в командировках, вам тоже так компенсируют? 100 руб. суточных и 550 руб. за проживание?»

14:57

Президент РАН Владимир Фортов: «Может, хватит? А то запутаемся!»

14:56

Вопрос главе ФАНО Михаилу Котюкову: «Как вы считаете, будет ли новая система управления наукой вообще работоспособной? Имеется в виду не техническая сторона дела, а становление новых направлений развития и т.д.».

14:55

Академик Валерий Рубаков: «Предложение изменить сценарий. Вместо выступления — сначала задать вопросы».
Рубаков зачитывает вопросы, на которые Фортов, Котюков и Хлунов должны ответить в своих выступлениях.

«Говорилось о том, что ФАНО будет управлять институтами, а РАН — научной деятельностью. Как будет?»

14:54

Информация по конференции:
Зарегистрировано более 1000 человек. В этот зал и 600 человек влезает с трудом.
Около трети участников не из Москвы и Московской области. Представлен 51 город — по розданным бейджикам.

На общем собрании, которое состоится послезавтра, не придется участвовать официальным делегатам от институтов. Около трети официальных делегатов, которые были избраны, сегодня в этом зале.

14:54

«Сегодня удачный момент: завершается этап выполнения закона о РАН и самое время будет двинуться в новый этап. И, знаете, не могу не коснуться, хотя ведущий призывал не трогать Крым. Политическая воля, проявленная относительно Крыма, показывает, что наша власть может быстро и качественно принимать решения. Замените «Крым» на «науку» — найдете решения, которые нам нужны», — считает Вдовин.

14:53

«Сейчас есть концепция перенести финансирование на гранты. Но все с РФФИ знают, что грант — это не зарплата. Пока что РНФ не включен в перечень фондов правительства, и там планируется выплачивать зарплату по гранту. Грант — это не зарплата, а подарок. Тут будут социальные начисления, подоходный налог — соответственно, человек не имеет социальных гарантий. Человек убился в командировке — никто не несет ответственности», — продолжает Вдовин.

14:52

«Наши проблемы лежат в формировании нового закона о науке. Этот процесс пошел, 11 февраля началась работа в Госдуме, 3 марта прошел «круглый стол». У нас есть масса предложений, что касается системы оплата труда — мы нигде не наблюдали такого разгула системы оплаты труда, как в России. У нас есть вопиющее недофинансирование, хотя многие получают за пределом разумного. Средняя зарплата ни о чем не говорит, функция ее распределения бимодальна. Путин дал поручения к 15 мая — Медведеву и Фортову — подготовить предложения по повышению содержания наиболее эффективных ученых. Чтобы у нас не было системы как в вузах, где выбираются 2–3–4–5 выдающихся, остальные — гуляйте, ребята, зарабатывайте на грантах», — добавил Вдовин.

14:50

«Поправки будут делаться, надеюсь, поправки научного сообщества будут услышаны. Я больше 35 лет работаю в системе РАН, за 20 лет я не пропустил ни одного общего собрания, и впервые я не получил на него приглашения. И не только я. Это по закону, впервые мы будем стоять в стороночке. Сегодня в последний раз участвовал в заседании президиума РАН. Но мне кажется, что протест, поднятый научным сообществом, приведет к тому, что поправки будут приняты», — говорит Вдовин.

14:49

«Все, что случилось, предопределено двумя законами: закон о РАН и особенности закона об образовании, где мы утратили нашу, академическую, аспирантуру. И есть закон о науке, который правили, и много правили, сегодня он состоит из одних заплаток, и его надо модернизировать. Тот закон о РАН, который имеется, вступает в заключительную стадию на этой неделе. Состоится общее собрание, будет принят новый устав и тот факт расчленения научного академического сообщества на «Клуб ученых» и институты с приставкой «РАН». Надеюсь, после принятия устава начнется новый этап, который обещало руководство государства: «А вот теперь давайте вносить поправки», — надеется Вдовин.

14:48

«Изыскания нашего сообщества в правовом поле. Все то, что случилось с РАН, предопределено правовым полем. Когда можно было протестовать — мы шли на митинги и писали в прокуратуру. Опыт таков, что специфическая наша и правоприменительная практика и правоформировательная», — говорит Вдовин.

14:48

С докладом «Поправки к закону о РАН. Какие? Новый закон о науке. Что в нем должно быть и чего быть не должно?» выступает Вячеслав Вдовин, Институт прикладной физики РАН, г. Нижний Новгород.

14:47

Буфетов не смог включить украинского студента в грант РФФИ, потому что он иностранец.
«Такого нет нигде в мире! Теперь он учится в Массачусетсе. Академическая свобода несовместима с корпоративной этикой. Выживет ли наука в России? Мы должны сделать для этого все возможное!» — резюмировал Буфетов.

14:46

Буфетов сообщил, что только что дописал промежуточный отчет в РФФИ — более 60 страниц. И еще получил письмо: «Проведите экспертизу для РНФ в течение трех дней».

14:44

Основные тезисы выступления Буфетова:
1. Зарплата должна быть гарантированной. Позиции должны быть постоянными.
2. Дебюрократизация (отчет на 63 страницах).
3. Разрешение участвовать — руководить грантами иностранцами, учащимся — работающим в России.
4. Длинные проекты (например, 5 лет).
5. Сохранение принципа: достойные исследователи получают гранты.

14:43

«У меня зарплата 22 тыс. руб. Гранты и прочее повышают ее в два раза. Гранты не могут быть заменителем зарплаты. Нигде в мире этого нет. В США гранты — не более 20% зарплаты. И это главная опасность — потеря молодого поколения», — говорит Буфетов.

14:42

С докладом «Усиление грантового финансирования. Как и на каких принципах?» выступает Александр Буфетов, Математический институт им. В.А. Стеклова (МИАН), г. Москва, CNRS, (France).

14:27

«Очень странная система управления наукой, трехглавый дракон: ФАНО — РАН и МОН. Раньше говорилось о том, что РАН — это некое министерство. С одной стороны принимало решения, с другой — обладало компетентностью в вопросе организации науки. Сейчас ФАНО — система, которая не претендует на компетентность в области науки. РАН выведена из процесса принятия решений. Вопрос: какая из голов этого дракона будет отвечать за науку высокого уровня?» — говорит Бетеров.

14:39

«Если говорить о том, что оценка — это для финансирования, то экспертиза должна быть общей для всех: для вузов, научных центров и т.п. Страшно подумать: в вузах научные центры с зарплатами 100–120 тыс. руб., а в РАН — 20–30 тыс. Никакой формализованной системы оценки, как ЕГЭ для школьников, создать невозможно. Созданная МОН «Карта российской науки» — мы видели безобразные результаты, и на продолжение этих работ выделен почти 1 млрд руб. Инструменты типа этой «Карты» не могут использоваться. Эксперты должны ходить по лабораториям, разговаривать с людьми. Если оценка будет основана только на формальных критериях, то тогда останется приложить Салтыкова-Щедрина: «Только те науки распространяют свет, кои способствуют исполнению высочайшего предписания», — резюмирует Арсеев.

14:37

«Много говорилось о важности экспертной функции РАН. Что может быть важнее оценки институтов РАН? Однако ни от президиума, ни от уважаемого президента РАН мы не видим активной позиции по этому вопросу. Непонятно, есть ли взаимодействие по вопросам разработки и принципов оценки. Видим, что часто цели оценки, которые ставят чиновники, из нескольких выбрать лучшее из лучших, а остальные — уничтожить. Это появляется вновь и вновь. Потому что чиновники не понимают принципов функционирования научной среды. Понятие конкурентоспособности — только тогда, когда разные группы и разные люди. Поэтому эксперт должен думать не о том, как закрыть какой-то институт, а как его развить и поддержать», — добавил Арсеев.

14:35

«Вопрос оценки институтов — это вопрос финансирования. У нас речь идет о совершенно обескровленном организме, и некоторые решения могут привести к добиванию того, что осталось. В России много лет еще придется восстанавливать научную среду, от студентов до профессоров. Для сохранения научной среды надо оценивать не только текущие результаты коллектива, но его уровень и потенциальные возможности. Чтобы делать такую оценку, человек должен долго учиться и долго работать в науке. Именно поэтому возникают понятия научного эксперта и научной экспертизы. И тут возникают разногласия с чиновниками. Разрабатывать методику и принципы оценки должны сами ученые, а не чиновники. Со стороны ученых такие шаги были сделаны. Существует корпус экспертов, система, которая постарается формализовать такое мнение, ипопытка оказалась удачная. Предлагается использовать для оценки экспертные мнения, а количественные показатели — как вспомогательные. Подробнее — вечером во второй части конференции», — говорит Арсеев.

14:34

С докладом «Оценка эффективности научных групп, лабораторий, организаций. Цели, процедуры, последствия?» выступает Петр Арсеев, Физический институт им. П.Н. Лебедева (ФИАН), г. Москва.

14:32

«Мир ушел далеко вперед в научном отношении, нужно догонять и определять, а как это делать, если механизмы принятия решений непрозрачные и не учитываются реалии сегодняшнего дня? Самый главный вопрос — когда закончится та неопределенность, в которой находится сегодня наука?» — резюмирует Бетеров.

14:24

«Сегодня приходят школьники и студенты — мы не можем дать ни на один вопрос определенного ответа. Что будет с институтами? Сколько людей останутся за бортом? Непонятно, что будет с тематиками! Вдруг какая-то наука не попадет в список приоритетных направлений? Непонятна ситуация с жильем. Непонятно, откуда брать средства на поездки на конференции. Самый главный вопрос — вопрос о тематике, о будущем института, каково будет положение человека в институте, какие у него будут права и обязанности. Это создает недопустимую для научных исследований неопределенность. Люди вместо сосредоточения на научных задачах ждут непонятных документов сверху, что будет в итоге», — утверждает Бетеров.

14:21

С докладом «Научные работники — институты — ФАНО — РАН — МОН. Какой будет эта система? Как она будет работать?» выступает Илья Бетеров, Институт физики полупроводников СО РАН, г. Новосибирск.

14:18

«Несколько слов от себя лично. Может, это все не так пессимистично, как кажется. Хотя, может, как в анекдоте: «Пока все нормально», — думал парень, пролетая мимо 18-го этажа». Я скажу два слова, игнорируя, что о начальстве или хорошо, или никак. Любой функционер живет в ограничениях, рамках и критериях, которые спускаются сверху. Если он их нарушает — фамилия руководителя уже другая. А ограничения тяжелы. С одной стороны, увеличить зарплату. С другой — бюджет РАН уменьшается. Это задача Иисуса Христа — накормить 5000 верующих ограниченным количеством рыбок. При всем уважении к Михаилу Михайловичу Котюкову, на Иисуса Христа он не похож», — утверждает Кулешов.

14:16

«Вторая опасность — это сокращения. Мы понимаем, что уровень научных групп, лабораторий и отдельных сотрудников в нашей среде чрезвычайно разнится. Но здесь есть две очевидно разные трактовки термина «сокращения». «Сокращение» — процесс обновления, как времена года в природе. Пожилые уходят, приходят молодые. В нашей стране этот интеллектуальный гумус, который позволяет развиваться науке, страшно истончился, и любое неосторожное движение может привести к катастрофическим масштабам. И много поколений может потребоваться, чтобы его восстановить. Когда я слышу, что нужно сократить 50–60% от уважаемых людей, я не могу скрыть возмущения. Мы рискуем превратить нашу страну в лунный ландшафт. Еще вопрос — типовой устав институтов ФАНО. Сейчас в проекте он отдан на откуп директору. Это противоречит академическим традициям. Еще вопрос — как будет работать эта триада (с ФАНО) или даже тетрада (есть же Минобрнауки)», — полагает Кулешов.

14:15

«Мы должны стать частью того механизма, который принимает решения. Если раньше существовала виртуальная возможность сотрудников институтов быть услышанными, то сейчас этот механизм полностью утрачен. Для нас очень важно его восстановить и здесь, на конференции, обсудить, в какой форме надо выработать механизм обратной связи, чтобы быть услышанными. Конференция должна объединить активных работающих ученых, людей с гражданской позицией и выработать порядок участия людей в механизме функционирования науки», — добавил Кулешов.

14:13

Выступает директор Института проблем передачи информации им. А.А. Харкевича Александр Кулешов.

«В чем цель сегодняшнего события? Чего мы хотим добиться? Для того чтобы дать на этот вопрос ясный и вразумительный ответ, давайте вспомним, что произошло за последние полгода. Мы знаем, что, несмотря на митинги, демонстрации, письма зарубежных ученых и 120 тыс. подписей, закон о реформе РАН принят. Он принят, и мы в нем живем. Надо отметить, принят он был не в самой катастрофической редакции. На самом деле мы были настойчивы, и, как та самая лягушка, которая попала в горшочек с молоком, масла мы не сбили, но промежуточную субстанцию создали. И вклад нашей августовской конференции переоценить невозможно. В ходе первой конференции мы провели совещание десяти общественных организаций. Не только общественных — есть и официальные, президиум РАН и профсоюз РАН, а также более «фольклорные», «Клуб 1 июля». В число организаций-учредителей входили 11 объединений», — сказал Кулешов.

14:11

По итогам конференции должна быть принята резолюция «Организация науки в России: первоочередные задачи». С ее проектом можно ознакомиться на сайте конференции.

Основные требования:

Фундаментальная наука должна стать главным направлением в перечне приоритетных направлений развития науки, технологий и техники в нашей стране. Это положение должно быть отражено в новом Законе о науке и в соответствующих постановлениях и актах правительственных структур.

Любые принципиальные решения в сфере науки и образования, готовящиеся органами государственной власти, включая Минобрнауки и ФАНО, должны приниматься только после обсуждения и согласования с научным сообществом.
Российская академия наук по-прежнему должна объединять ее членов и научных сотрудников институтов. В названиях институтов, подведомственных ФАНО, должно сохраниться указание на их принадлежность к Российской академии наук.

Должно быть обеспечено самоуправление научных коллективов на всех уровнях. В качестве инструмента, реализующего механизмы самоуправления, необходимо использовать создаваемые на основе выборности ученые советы институтов и их подразделений.

14:10

Академик Валерий Рубаков зачитывает письмо Владимира Захарова, о котором мы писали.

14:09

Вторая конференция научных работников РАН официально начала свою работу.

13:52

Профессор Вячеслав Вдовин, заместитель председателя профсоюза РАН, дал комментарий корреспонденту «Газеты.Ru»: «Комментарий для старта конференций очень оптимистичный. У многих было опасение, что научное сообщество утратило интерес к происходящему, тем более в связи с последними политическими событиями. Однако, когда для участия в конференции уже зарегистрировалась тысяча человек, регистрацию пришлось прекратить в силу ограниченности зала. Я вижу, что сюда приехали люди из разных регионов — все это внушает оптимизм».

13:44

В своем письме Захаров высказался и по поводу современной политической ситуации. «И еще одна болевая точка — конфликт с Украиной. Разные люди имеют на него разные точки зрения, но одно очевидно — нам следует всячески продолжать и развивать сотрудничество с украинскими коллегами, организовывать совместные конференции, семинары, добывать совместные гранты. Не может быть «российской науки», есть только одна наука — мировая, и есть ее анклав в России, за развитие которого мы и боремся. Ради этого и созвана вторая сессия конференции научных работников, успеха которой я еще раз хочу пожелать», — написал академик.

13:43

Один из наиболее ярких активистов против реформы РАН, академик РАН Владимир Захаров, будет отсутствовать на конференции. Он обратился к участникам конференции с письмом, основными в котором являются следующие три идеи:
1) Наука должна управляться учеными. Администраторы должны вмешиваться в научный процесс самым минимальным образом.

2) Наука в России остается непозволительно недофинансированной. Ученые должны всячески разъяснять обществу этот факт, добиваться увеличения финансирования и достойной оплаты своего труда.

3) Мы должны обращаться к российскому обществу со следующим посланием: дело науки — это не только дело ученых. Это дело всего общества. И не только потому, что без науки невозможен технологический прогресс. Потому еще, что наука является главным барьером на пути всяческого мракобесия и шарлатанства, которые сегодня как никогда активны. И потому еще, что страну, не имеющую сильную и развитую науку, никто в мире не будет уважать, какие бы Олимпиады она ни проводила».

13:21

Конференция скоро начнется, а пока читатели «Газеты.Ru» могут ознакомиться с лекцией академика Валерия Рубакова о том, в чем важность открытия первичных гравитационных волн.

12.30

Программа первой части конференции выглядит следующим образом:
14.00 – 14.20 — открытие конференции. А.П. Кулешов: Вступительное слово
14.20 – 14.40 — серия докладов:
«Научные работники — институты — ФАНО — РАН — МОН. Какой будет эта система? Как она будет работать?», И.И. Бетеров, Институт физики полупроводников СО РАН, г. Новосибирск.
«Оценка эффективности научных групп, лабораторий, организаций. Цели, процедуры, последствия?», П.И. Арсеев, Физический институт им. П.Н. Лебедева (ФИАН), г. Москва.
«Усиление грантового финансирования. Как и на каких принципах?», А.И. Буфетов, Математический институт им. В.А. Стеклова (МИАН), г. Москва, CNRS, (France).
«Поправки к закону о РАН. Какие? Новый закон о науке. Что в нем должно быть и чего быть не должно?», В.Ф. Вдовин, Институт прикладной физики РАН, г. Нижний Новгород.

Затем настанет черед высоких гостей:
14.40 – 15.10
В.Е. Фортов, президент Российской академии наук
М.М. Котюков, руководитель Федерального агентства научных организаций
А.В. Хлунов, генеральный директор Российского научного фонда

Наконец, 50 минут уйдет на дискуссию:
15.10 – 16.00
Вопросы участников конференции к выступившим.

12.15

Добрый день, уважаемые читатели! Отдел науки «Газеты.Ru» проводит текстовую онлайн-трансляцию второй сессии конференции научных работников РАН, в ходе которой будет обсуждаться реформа РАН.

Источник: Газета.ру

«Чтобы оценить реформу, надо ее «съесть»»

— Как проходит процесс реформы, какова сейчас расстановка сил?

— Англичане говорят: чтобы определить качество пудинга, надо его съесть. Вот сегодня мы встраиваем ФАНО и Академию наук в ту систему, что прописана в законе. Согласно ему Федеральное агентство осуществляет финансовую и хозяйственную функции, РАН — научное руководство. Успех будет зависеть от того, как сработают эти две ветви, каким в итоге получится наш «пудинг» из имеющихся «ингредиентов».

— Как вы будете аргументировать свои требования?

— Мы сейчас готовим несколько проектов, под которые надеемся получить ресурсы. В первую очередь намерены создать проекты, опираясь на инициативы, выдвинутые президентом Владимиром Путиным для развития науки и техники в стране. Это «Наука о жизни» — большое магистральное для нас направление, так как касается здоровья людей, сохранения нации. Проект «Север», касающийся 2/3 территории нашей страны, которая находится в зоне вечной мерзлоты. Там куча проблем, начиная от природных ресурсов, освоения шельфа, Северного морского пути. Третье направление — это «Математическое моделирование». У нас всегда была сильная математика. И разработка программ для моделирования самых различных процессов, начиная от экономических до космических и оборонных, здорово бы повысила качество производства и уровень жизни. Есть также проекты, которые должны выполняться в интересах обороны, — от робототехники до современных систем «умного оружия» и противоракетной обороны. Все это вместе даст нам перспективы.

— Вы надеетесь, что можно внести какие-то поправки в уже имеющийся закон?

— Я убежден. Будем настойчиво это делать, и мы обязательно добьемся успеха. Уж больно много в законе осталось белых пятен и нестыковок. Уж больно он сырой. А на карту поставлена работа 150 тысяч ученых — научной элиты страны.

— Как идет подготовка нового устава РАН?

— Общее собрание РАН назначено на 27 марта. На нем мы и должны принять новый устав. Он должен отразить те новые реалии, которые сейчас возникли. Во-первых, надо, чтобы в уставе были прописаны новые нормы, которые возникли в законе, во-вторых, мы должны будем сделать так, чтобы наши коллеги из РАМН и РАСХН объединились с нами. Если с академиками все ясно — все становятся академиками большой академии, то по член-корреспондентам ситуация менее рельефно выписана в законе. Их статус сегодня не определен. Большинство наших коллег склоняются к тому, что они также должны быть наделены статусом член-корреспондентов новой большой академии. Все это мы сейчас обсуждаем, работает комиссия по уставу под председательством академика Валерия Козлова. Она сводит разные точки зрения, и скоро все, включая также положение о выборах и региональных отделениях, будет вынесено на обсуждение.

— В свое время вы просили Путина оставить за РАН несколько институтов общего академического профиля, а также музеи, библиотеки и дома ученых. Почему их не оставили?

— Это противоречило бы закону. Тем не менее когда мы недавно снова обсуждали этот вопрос с Владимиром Владимировичем, он согласился с тем, что это может быть сделано только одним образом — в виде поправки к закону. Он предложил, когда наберется критическая масса «дефектов» по закону, его правоприменению, тогда мы выпустим еще один указ, которым все сразу подкорректируем. Итак, после собрания 27 марта мы начнем работать над этими поправками — и после институты уже смогут вернуться в РАН.

— Перед новым годом Президентом России было объявлено о годовом моратории на все преобразования в институтах. Чего он в первую очередь касается?

— Согласно мораторию, институты, которые сейчас переходят в ФАНО, не могут уйти в другие структуры. К примеру, если бы кто-то захотел «переехать» в космическое агентство, в Министерство сельского хозяйства, то мораторий это не допускает. Это все продиктовано заботой о том, чтобы академические институты за переходный период, который всегда связан с турбулентностью и возникновением множества желающих погреть на этом руки, не растащили на куски. В этом кабинете, где мы сейчас с вами находимся, до моратория каждый день приходили по нескольку персонажей с разными «интересными» предложениями. Теперь они не приходят.

— Наверняка совсем избежать сокращений не удастся?

— В течение первого года никаких движений в этом направлении точно не будет. Я еще ни от кого не слышал каких-либо цифр о сокращении. Но процесс идет, люди стареют, эффективность падает, молодежи надо давать дорогу… Эффективность институтов, конечно, должна быть проанализирована. Как это делать? Это сейчас обсуждается. По-моему, должна быть комбинация между оценками специалистов и наукометрическими оценками. При этом приоритет — за экспертными мнениями. К примеру, где-то в Тюмени существует институт, который занимается нефтью. Может, по публикациям он не такой активный, как институт им. Губкина, но закрывать его нельзя, ведь он работает на отрасль, приносит пользу. Я очень надеюсь, если подойти к вопросу продуманно, то трагедии быть не должно.

Читать полностью: Московский комсомолец

Фото: М. Шеметов/ИТАР-ТАСС

Владимир Путин подписал ряд поручений, связанных с наукой. Но если о годовом моратории на имущество РАН было известно заранее, то перевод фундаментальных исследований на гранты и государственное задание для академических ученых вызывают вопросы: ученые опасаются финансовых сложностей и внешних корректировок исследовательских тем.

В среду вечером Владимир Путин подписал перечень поручений по итогам прошедшего 20 декабря Совета по науке, сообщает официальный сайт президента. Он посвящен начавшейся в июле 2013 года реформе Российской академии наук (РАН). Отдел науки «Газеты.Ru» представляет анализ основных положений документа.

Уже первый пункт, при кажущейся невинности, заставляет задуматься научное сообщество: президент поручает правительству в срок до 1 апреля 2014 года «рассмотреть вопрос об оптимизации системы формирования государственного задания на выполнение работ (оказание услуг) в сфере науки, в том числе о формировании государственного задания на конкурсной основе, и представить соответствующие предложения».

«Сейчас государственным заданием для научных институтов, по сути, является их план научно-исследовательской работы, который возвращается нам из министерства», — рассказал корреспонденту «Газеты.Ru» администратор одного из институтов, входящих в состав Российской академии наук. В январе 2014 года формирование госзадания началось для вузов, подчиняющихся Министерству образования и науки.

«Это очень жесткий и формализованный документ, который охватывает разные стороны научной жизни, и последствия распространения такой практики на институты академии могут быть самыми серьезными», — отмечает академик, д.ф-м.н. Валерий Рубаков.

В этой новации дьявол, как обычно, прячется в деталях, т.е. в том, каков будет объем финансирования госзаданий, кто, как и по каким правилам будет их формулировать и проводить конкурсы и, наконец, будет ли при этом увеличен общий уровень финансирования научных организаций или «оптимизация» означает, что науку просто секвестрируют вслед за другими социальными расходами», — говорит ведущий научный сотрудник Лаборатории биомеханики НИИ механики МГУ, сопредседатель совета Общества научных работников Андрей Цатурян.

Есть и еще один аспект: госзадание будет выражаться не только в необходимости подготовки людей по тем или иным специальностям — речь может идти и о корректировке, и даже изменении исследовательских тем. «Государство хочет регулировать научный процесс, но ученые сомневаются в компетентности чиновников, которые будут госзадания раздавать. Выход я вижу в том, чтобы сами коллективы ученых публично формулировали основные направления своих исследовательских работ. Такая публичность будет хорошим лекарством от бесполезности и халтуры», — сказал руководитель Центра истории России, Украины и Белоруссии Института всеобщей истории РАН Александр Шубин.

Особенно на это обращают внимание работники гуманитарных институтов РАН, которые опасаются возможного идеологического влияния на свою работу.

Второй пункт касается кадров — президент предложил распространить на руководителей институтов и других учреждений, входящих в Российскую академию наук, нормы, которые сейчас распространяются на ректоров университетов (речь в первую очередь идет о возрастном цензе). При этом предполагается «при необходимости введение в научных организациях должности научного руководителя». В документе не раскрыто, что именно будет входить в компетенцию научного руководителя. Два дня назад на президиуме РАН звучало мнение, что это своего рода «парашют» для влиятельных ученых, которые по возрасту не смогут занимать директорские посты. Не стоит также исключать возможность привлечения на эти позиции одиозных ученых, которые не имели бы шанса быть избранными на общем собрании работников института. С другой стороны, возможно, речь идет о создании своего рода противовеса — директор, который больше сосредоточен на административной работе, и научный руководитель, который курирует содержательные аспекты.

Отсутствие конкретики пока не выглядит странным — к 1 мая правительство должно «представить предложения по внесению в законодательство России изменений», соответственно, статус будет более определенным.

В противном случае это может стать поводом для конфликтов между двумя «ветвями власти» в рамках одного отдельно взятого института.

Вызывает интерес третий пункт поручений — в нем правительству «в целях повышения эффективности использования бюджетных ассигнований федерального бюджета на проведение научных исследований» предлагается «преимущественно» перевести на гранты российские фундаментальные и поисковые научные исследования. Вторым подпунктом поручения значится «прекращение финансирования фундаментальных и поисковых научных исследований за счет бюджетных ассигнований федерального бюджета на реализацию федеральных целевых программ (ФЦП)». Срок реализации решения — 1 июня 2014 года.

«Это означает, что деньги, которые сейчас идут на финансирование фундаментальной науки через ФЦП, будут переданы куда-то еще, например, во вновь созданный Российский научный фонд», — отметил Рубаков.

По его словам, из текста неясно, идет ли речь о сокращении базовой части финансирования. «Если идет, то многие институты окажутся банкротами», — говорит Рубаков.

Однако работники институтов опасаются, что речь может идти о начале перевода всей исследовательской деятельности на грантовые рельсы. «То есть начнется борьба за деньги, в которой будут решать не только научные факторы, но и административный ресурс, и многие другие внешние вещи», — утверждает администратор одного из институтов, входящих в состав Российской академии наук. «Это вызовет шок и ступор среди ученых. Речь раньше шла о том, что надо сохранять бюджетное финансирование и увеличивать грантовое. Считалось, что это оптимальный путь. Если снять бюджетное финансирование, будет просто коллапс, который коснется, боюсь, всех областей фундаментальной науки, это ее прихлопнет: прикладной науки это не коснется, так как там всегда была другая схема финансирования», — рассказал ведущий научный сотрудник Института ядерных исследований РАН, главный редактор «Троицкого варианта» Борис Штерн.

«Еще летом было известно, что в ФЦП, которая раньше называлась «Исследования и разработки», останутся только НИОКР, т.е. прикладные разработки, — рассказал «Газете.Ru» Андрей Цатурян. — Тогда же я слышал от сотрудников и членов Совета по науке Минобрнауки, что и эта, и другая ФЦП, которая раньше называлась «Научные кадры», будут переведены на грантовое финансирование. Прежде они реализовывались через систему непрозрачных и порой абсурдных «лотов», что подвергалось резкой критике научного сообщества.

То, что эта практика будет прекращена, можно было бы только приветствовать, если бы было понятно, по каким принципам и правилам будут расходоваться 11 млрд руб., переданных в Российский научный фонд (РНФ), в том числе и на выполнение тех задач, которые должна была решать ФЦП «Кадры».

Имеются опасения, что работа нового РНФ не будет соответствовать принятым во всем мире прозрачным правилам и принципам научной экспертизы. Иначе трудно объяснить, зачем законодатель придал РНФ многие черты госкорпораций, не прописав правила экспертизы, характерные для научных фондов, таких, например, как РФФИ и РГНФ».

Кроме того, официально оформлен мораторий на имущественные и кадровые решения в отношении Российской академии наук, а также сливающихся с ней Российской академии медицинских наук (РАМН) и Российской академии сельскохозяйственных наук (РАСХН). Напомним, что в декабре 2013 года начался процесс передачи учреждений, входящих в эти организации, — институтов, библиотек, домов ученых и прочих — в ведение созданного с целью управления имуществом академии Федерального агентства по научным организациям (ФАНО).

В связи с тем что научное сообщество неоднократно высказывало опасения относительно сохранности зданий институтов (в частности, тех, которые находятся в престижных районах Москвы), президент предложил ввести годовой мораторий на какие-либо изменения подобного рода. Более того, глава академии Владимир Фортов составил список из учреждений, которые РАН хотела бы сохранить в своем прямом подчинении, но они 8 января вошли в список передаваемых ФАНО. Несмотря на эти предложения политического руководства страны, еще в конце декабря 2013 года новосозданное ФАНО оперативно въехало в здание президиума РАН на Ленинском проспекте, заняв часть помещений расположенных там институтов. Поэтому на заседании президиума академии его члены интересовались возможностью формализации моратория.

«Хорошо, что мгновенных решений приниматься не будет, но все равно никто не понимает, что будет с нами через год», — говорит Рубаков.

Таким образом, поручения Путина касаются самых острых вопросов, ответов на которые у научного сообщества нет. Однако в нынешнем виде эти поручения могут спровоцировать дополнительные спекуляции – так как они сформулированы очень тезисно. «Распоряжения Владимира Владимировича Путина довольно логичны, но не одинаково хороши. До конца не ясно, во что они прорастут», — подытоживает заместитель председателя профсоюза РАН Вячеслав Вдовин.

Тимур Мухаматулин, Павел Котляр, Николай Подорванюк

Источник: Газета.ру

«Правительству РФ… обеспечить сохранение структурной целостности, имущества и кадровых ресурсов организаций, находившихся в ведении Российской академии наук, Российской академии медицинских наук и Российской академии сельскохозяйственных наук, в течение года со дня их передачи в ведение Федерального агентства научных организаций (ФАНО) », — указано в документе.

Ввести годовой мораторий на решение имущественных и кадровых вопросов в связи с реформой РАН и созданием ФАНО сам Путин предложил еще в октябре 2013 года. Однако, выступая на совете в декабре, глава академии Владимир Фортов пожаловался президенту на «бурный поток желающих поуправлять (этим) имуществом». «Во всяком случае я просил бы и считаю полезным подкрепить ваше устное мнение поручением правительству по практической реализации моратория», — обратился тогда Фортов к Путину.

Передача собственности РАН в ведение ФАНО

8 января председатель правительства РФ Дмитрий Медведев утвердил перечень из 1007 организаций, которые будут переданы в ведение ФАНО. Согласно распоряжению, «на ФАНО России возлагаются обязанности по исполнению функций и полномочий собственника федерального имущества, закрепленного за указанными организациями, а также полномочия учредителя указанных организаций». Такое решение, поясняется в документе, направлено на повышение эффективности работы указанных учреждений и является одним из шагов по реализации закона о реорганизации РАН.

Реформа РАН: от идеи к реализации

Законопроект о реорганизации РАН был внесен правительством РФ в Госдуму в конце июня этого года и, претерпев значительные изменения при прохождении в парламенте, был подписан президентом 27 сентября. Реформа академической науки вызвала большой резонанс в сообществе ученых.

Как принимали новый закон. Хронология

Решающую роль в этом вопросе сыграли встречи президента РФ Владимира Путина с новым президентом академии Владимиром Фортовым, которые позволили снять многие разногласия.

В соответствии с новым законом, академия является государственным бюджетным учреждением, функции учредителя и собственника федерального имущества РАН исполняет правительство РФ через вновь созданное ФАНО. Предусмотрено объединение РАН с Российскими академиями медицинских и сельскохозяйственных наук.

Федеральное агентство научных организаций

Источник: ИТАР-ТАСС

Правительству Российской Федерации — обеспечить сохранение структурной целостности, имущества и кадровых ресурсов организаций, находившихся в ведении Российской академии наук, Российской академии медицинских наук и Российской академии сельскохозяйственных наук, в течение года со дня их передачи в ведение Федерального агентства научных организаций.

Источник: сайт kremlin.ru

1. Правительству Российской Федерации:

а) рассмотреть вопрос об оптимизации системы формирования государственного задания на выполнение работ (оказание услуг) в сфере науки, в том числе о формировании государственного задания на конкурсной основе, и представить соответствующие предложения.

Срок – 1 апреля 2014 г.;

б) представить предложения по внесению в законодательство Российской Федерации изменений, направленных на определение условий для замещения должностей руководителей государственных и муниципальных научных организаций, аналогичных условиям для замещения должностей руководителей государственных и муниципальных образовательных организаций высшего образования, предусмотрев при необходимости введение в научных организациях должности научного руководителя.

Срок – 1 мая 2014 г.;

в) в целях повышения эффективности использования бюджетных ассигнований федерального бюджета на проведение научных исследований принять меры, направленные на изменение существующего механизма финансирования таких исследований, предусмотрев:

осуществление финансирования фундаментальных и поисковых научных исследований преимущественно за счёт грантов;

прекращение финансирования фундаментальных и поисковых научных исследований за счёт бюджетных ассигнований федерального бюджета на реализацию федеральных целевых программ.

Доклад – 1 июня 2014 г.;

г) обеспечить сохранение структурной целостности, имущества и кадровых ресурсов организаций, находившихся в ведении Российской академии наук, Российской академии медицинских наук и Российской академии сельскохозяйственных наук, в течение года со дня их передачи в ведение Федерального агентства научных организаций.

Доклад – 15 января 2015 г.

Ответственный: Медведев Д.А.

2. Правительству Российской Федерации совместно с Российской академией наук:

а) обеспечить совершенствование предусмотренного Программой фундаментальных научных исследований в Российской Федерации на долгосрочный период (2013–2020 годы) механизма формирования и корректировки приоритетов фундаментальных научных исследований с учётом конкурентных преимуществ в различных областях науки, перспективных задач социально-
экономического развития Российской Федерации, в том числе отдельных субъектов Российской Федерации, обеспечения национальной безопасности Российской Федерации, предусмотрев процедуру обсуждения научным сообществом и Советом при Президенте Российской Федерации по науке и образованию приоритетов фундаментальных научных исследований и процедуру
рассмотрения предложений по изменению этих приоритетов.

Доклад – 15 марта 2014 г.;

б) разработать и утвердить план мероприятий по экспертному научному обеспечению Российской академией наук деятельности Правительства Российской Федерации по разработке крупных научно-технических и социально-экономических программ и проектов на среднесрочную перспективу.

Срок – 1 марта 2014 г., доклад о реализации плана – IV квартал 2014 г., далее – ежегодно;

в) представить предложения по установлению повышенной оплаты труда отдельным категориям научных работников, достигших высоких результатов в научной деятельности.

Срок – 1 мая 2014 г.

Ответственные: Медведев Д.А., Фортов В.Е.

3. Министерству образования и науки Российской Федерации разработать совместно с Российской академией наук и представить предложения о мерах государственной поддержки российских научных журналов.

Срок – 1 июля 2014 г.

Ответственные: Ливанов Д.В., Фортов В.Е.

Источник: Газета.ру

Говоря о реформе РАН, председатель Сибирского отделения академии Александр Асеев отметил, что, по предварительной договоренности, научное руководство должно остаться за РАН, однако документально это никак не оформлено. За административно-хозяйственную жизнь научно-исследовательских институтов академии будет отвечать Федеральное агентство научных организаций. По словам председателя отделения, ФАНО предполагает создать около 20 управлений и три территориальных органа. Планируется, что общая численность сотрудников составит около тысячи человек.

Кроме того, согласно предварительной договоренности между министерством финансов РФ и Федеральным казначейством, финансирование институтов в следующем году может производиться без внесения изменений в их уставы.

Тему изменений в уставах продолжили и другие докладчики — академики Василий Фомин и Василий Шабанов.

Далее в прениях тема реформы и ее пагубных последствий прозвучала еще не раз. «Главное, чтобы мораторий не стал поводом для расслабления, — резюмировал академик Асеев. — Катастрофы удалось избежать. Но борьба за сохранение Сибирского отделения и развитие науки в стране в целом еще не завершена». Самой важной работой председатель отделения назвал подготовку поправок к закону о реформе РАН.

Завершилось собрание на более праздничной ноте — награждением лауреатов премии имени М.А. Лаврентьева — директора Института теоретической и прикладной механики имени С.А. Христиановича Василия Фомина и научного руководителя Института нефтегазовой геологии и геофизики имени А.А. Трофимука СО РАН Алексея Конторовича.

“Российские академии наук неэффективно управляли федеральной собственностью” — пресс-релиз под таким заголовком опубликован на сайте Счетной палаты РФ.

Коллегия СП, говорится в сообщении пресс-службы, рассмотрела результаты контрольного мероприятия “Аудит эффективности использования федеральной собственности и имущества государственными академиями наук и подведомственными им организациями”. Проверка, которая охватывала 2010-2012 годы и истекший период 2013 года, выявила, по мнению выступившей на коллегии председателя Счетной палаты Татьяны Голиковой, “серьезные нарушения при использовании имущества Российской академии наук, Российской академии медицинских наук и Российской академии сельскохозяйственных наук”.
Внести ясность насчет “серьезных нарушений” мы попросили руководителя Управления земельно-имущественного комплекса Российской академии наук академика Леопольда Леонтьева.

- Леопольд Игоревич, руководитель Счетной платы отметила, что есть нарушения, которые связаны с регистрацией имущества, с его передачей в аренду, или налицо даже “полное отсутствие регистрации и управления”. Неужели академия действительно такой злостный нарушитель?

- Российская академия наук владеет значительным имущественным комплексом — это земельные участки на праве постоянного (бессрочного) пользования, расположенные на них здания и сооружения, суда, объекты движимого имущества. Все они подлежат учету в реестре федерального имущества с присвоением уникальных реестровых номеров.

На сегодня общее количество таких объектов – 32 626 единиц, из них земельных участков — 1488, зданий и сооружений – 10 120, помещений — 4299. Научно-исследовательский флот РАН насчитывает 86 судов — среди них и такое крупное судно с подводными аппаратами, как “Академик Мстислав Келдыш”, и небольшие катера и лодки. На ноябрь нынешнего года в реестре учтены более 90% земельных участков. Зданий и сооружений (включая коммуникации и иные сооружения, введенные в эксплуатацию десятки лет назад) учтено более 80%. Мы дали подробные ответы на замечания Счетной палаты. Но проверяющие настаивают: есть задание составить реестр, вы его не выполняете, в результате имущество, не внесенное в реестр, может просто “уплыть”.

- А почему все-таки не все 100% объектов зарегистрированы?

- По многим причинам, зачастую не зависящим от академии. Реестр ведут Федеральное агентство по управлению государственным имуществом и его территориальные управления. На первом этапе та или иная организация РАН должна представить в территориальное управление Росимущества по определенному перечню документы. Они вносятся в автоматизированную систему учета федерального имущества (АСУФИ), затем на основании ее базы мы комплектуем пакет документов, подписываем у президента РАН и направляем в Росимущество. Там их рассматривают, согласовывают с Минэкономразвития, Минфином, Минобрнауки и представляют в Департамент науки, высоких технологий и образования Правительства РФ, затем их подписывает председатель правительства, и только после этого объект получает регистрационный номер в реестре.

Процедура эта не только долгая, но и затратная. Например, полное оформление земельного участка площадью 2000 кв. метров обойдется в 100 тысяч 297 рублей, полгектара — в 137 тысяч 218 рублей. Мы посчитали, сколько справок надо собрать для внесения в реестр еще не зарегистрированных объектов и сколько это будет стоить. Оказалось, что понадобится 500 млн рублей! Но в бюджете академии таких денег нет, да и вообще на такие цели у нас деньги не предусмотрены. Кстати, регистрировать федеральную собственность должен собственник, то есть Росимущество, а не академия, которая собственником не является!

В 2011 году мы написали письмо на имя министра финансов Кудрина с просьбой выделить нужную сумму на мероприятия по подготовке технической документации на объекты недвижимости для последующей их регистрации. Но не получили ни копейки. Поскольку нам это дело все-таки поручено, мы стараемся форсировать регистрацию объектов, но часть имущества пока остается не зарегистрированной как федеральная собственность. Стоит отметить, что, по ФЗ №122 о разграничении прав собственности, РАН обязана регистрировать только те объекты, которые вовлекаются в оборот, например, при сдаче в аренду третьим лицам.

К тому же не всегда удается найти необходимые документы. Представьте себе, есть объекты, которые достались академии… от Петра Первого! Где сейчас искать исходные справки? Есть объекты, возведенные в XVII-XVIII веках. В советское время строились институты, заводы, КБ по специальным закрытым постановлениям в целях обороны и безопасности страны — правоустанавливающих документов на них просто нет и, скорее всего, не может быть.

- Председатель Счетной палаты полагает, что какое-то федеральное имущество, не зарегистрированное вовремя, уже потеряно. Это действительно так?

- Проверяющие указали нам на потерю, например, Научно-технологического центра уникального приборостроения РАН в Москве. Якобы отсутствие своевременного оформления прав центра на пять построенных зданий привело к утрате прав на них, а также к незаконному отчуждению части земельного участка. Но формулировка этого заключения весьма странная: “Земельный участок площадью более 9 тысяч кв. метров по фиктивным документам был отчужден Росимуществом в пользу коммерческой организации за 29,7 млн рублей, что составляет 20% от его кадастровой стоимости”. Подчеркну: “отчужден по фиктивным документам Росимуществом”. Почему же отвечать академии? А ведь мы, когда это обнаружили, подали в суд. Четыре суда прошло, во все инстанции обращались, уведомили генерального прокурора. Но подвижек пока в этом деле нет.

- Получается, что академия не просто сохраняет, а еще и сражается за государственное имущество… А какие замечания у Счетной палаты по аренде помещений?

- Вообще право сдавать в аренду помещения РАН предусмотрели законодатели и правительство, чтобы можно было содержать институты. Многие НИИ только так и смогли сохранить академическое имущество. Проверяющие отметили, что оборудование изношено морально и физически более чем на 50%. Так ведь не на что было покупать новое! А многие наши институты представляют собой очень сложные технические объекты с приточной вентиляцией, уникальными установками, оборудованием. Вот на них, а еще на обслуживающий персонал и идут деньги от аренды. Да что там вентиляция — экспериментальный модуль “Марс-500” был построен, запущен и эксплуатировался, в том числе, на арендные деньги! И, замечу, все эти договоры, условия конкурсов, оценочные документы — все они проходили проверку в Росимуществе.

На все замечания Счетной палаты были даны подробные ответы, что РАН будет принимать активное участие в реализации мер, направленных на повышение эффективности использования федеральной собственности и имущества в рамках своих полномочий, но я никак не могу согласиться с замечанием о “недостоверности представленной информации”. Все представленные документы подписывали главные бухгалтеры, директора институтов, они подтверждены сведениями АСУФИ. Что же теперь — подозревать всех подряд?

На столе у Леопольда Леонтьева лежит пухлая папка, в которую собираются документы на перерегистрацию, поскольку имущество с баланса институтов должно перейти в ФАНО, а потом ФАНО… опять переведет его на баланс институтов. И где-то задержалась обещанная бумага на годовой мораторий, в соответствии с которым институтам позволят хотя бы в ближайшее время спокойно работать.

Светлана КРЫМОВА
Фото Андрея Моисеева
13.12.2013
Источник: сайт Российской академии наук, газета ПОИСК

Решением президента начавшаяся реформа РАН была заморожена на год. За это время надо спокойно разобраться: где место фундаментальной науки в современном мире, как она должна финансироваться и кто будет пользоваться ее плодами. Обо всем этом шла речь в пятницу на заседании президентского Совета по науке и образованию.

Подробности на сайте Комсомольской правды

На сегодняшний день это, по-видимому, единственный официальный документ, подтверждающий обнародованное В.В. Путиным на встрече с В.Е. Фортовым и М.М. Котюковым решение о моратории в отношении изменений в кадровом составе и имущественном комплексе академических институтов.

16 декабря 2013 г. указом президента начальник Управления Президента РФ по научно-образовательной политике А.В. Хлунов, подписавший этот ответ, был назначен главой Российского научного фонда.

Уважаемый Виктор Петрович!

Ваше обращение к помощнику Президента Российской Федерации А.А.Фурсенко по вопросам реформирования организаций академического сектора науки рассмотрено Управлением Президента Российской Федерации по научно-образовательной политике.

В отношении создания необходимых условий для обеспечения эффективной научной деятельности научных институтов, в том числе выплаты заработной платы. Эта обязанность является одной из важных для Федерального агентства научных организаций (ФАНО России). Правительство Российской Федерации утвердило постановлением от 25 октября 2013 г. No 959 Положение об этом агентстве, назначен его руководитель. Для качественного решения задач по развитию научной деятельности представляется необходимым тесное взаимодействие ученых научных организаций с ФАНО России. Это должна быть улица с двусторонним движением — в этом случае будет достигнут положительный результат.

Финансирование научных институтов будет осуществляться в запланированных объемах через ФАНО России. Денежные средства будут доведены до научных коллективов в обязательном порядке. Целесообразно также обратить внимание научной общественности на то, что государственные задания на выполнение научных исследований научными институтами должны разрабатываться на основе предложений Российской академии наук.

В отношении изменений в кадровом составе и имущественном комплексе научных институтов Президентом Российской Федерации на встрече с президентом Российской академии наук и руководителем ФАНО России была сформулирована однозначная позиция — объявить годичный мораторий на такие действия.

Безусловно, в трудовых отношениях директоров научных институтов будут происходить изменения, как это предусмотрено Законом о РАН. Но выборность директоров и участие в этом процессе Российской академии наук гарантированы законом.

Вопросы объектов социальной сферы и жилищной программы для ученых должны решаться во взаимодействии ФАНО России, Российской академии наук, научной и профсоюзной общественности. Конструктивное взаимодействие обеспечит положительный результат, тем более что бюджетные средства на эти цели сохраняются в полном объеме.

С уважением,
А.В. Хлунов

Начальник Управления Президента Российской Федерации по научно-образовательной политике

По мнению президента, за этот год Федеральное агентство научных организаций, в ведение которого переходят институты РАН, сможет «не спеша разобраться» с тем, как следует распоряжаться имуществом и какое имущество можно использовать «по другому назначению», «чтобы в течение года не принимались решения, которые могли бы привести к невосполнимым утратам». Разобраться в этом ФАНО поможет, полагает Путин, президиум РАН.

Как именно должен проходить мораторий и когда он должен начаться, президент не уточнил.

Путин заметил, что после моратория, сообщает «Интерфакс», распоряжаться имуществом будут совместно президиум РАН и ФАНО. «Если уж будет очевидно, что то или иное имущество никак невозможно использовать, все равно даже при реализации нужно, чтобы вырученные средства шли на цели развития самой науки», — приводит агентство его слова.

Кроме того, Путин отметил, что президент РАН Владимир Фортов будет играть «одну из ключевых ролей» в решении кадровых вопросов как глава соответствующей комиссии президентского совета по науке.

В ближайшее время, по словам президента РФ, глава ФАНО Михаил Котюков должен сформировать аппарат агентства, используя при этом «кадровый потенциал Академии наук, который до этого времени занимался управлением имуществом и так далее».

Реформа РАН, вызывавшая резкие протесты со стороны ученых, началась после вступления в силу соответствующего закона в конце сентября. Она предполагает слияние трех академий (РАН, РАСХН и РАМН) и передачу имущества и институтов в ведение ФАНО (положение об агентстве было утверждено в конце октября. Изначально Путин предложил Фортову возглавить агентство, однако в итоге пост руководителя занял бывший заместитель министра финансов РФ Михаил Котюков.

Источник: Lenta.ru.