Реорганизация Российской академии наук 2013 » реорганизация РАН

Программа 4-й сессии конференции научных работников РАН (27 марта 2018 г.)

Mon, 26 Mar 2018 20:40:58 +0000

4-я сессия конференции научных работников РАН состоится 27 марта, во вторник, в конференц- зале ФИАН, (Ленинский пр. 53, 3-й этаж, при входе имеются два лифта ). Регистрация участников начинается в 9.00. Начало конференции 10.00. Для входа нужно иметь удостоверение личности. Пожалуйста, зарегистрируйтесь при входе в зал заседаний.

Программа Конференции

9.00 –Регистрация
10.00 – Открытие

1.   С.М. Стишов (ИФВД) «Вводное слово».
2.   А.В. Чаплик (ИФП РАН), В.Ф. Вдовин (ИПФ РАН) « О корректировке госзаданий».
3.   А.М. Сергеев (Президент РАН) «О текущем моменте».
4.   Представитель ФАНО
5.   А.А. Лутовинов (ИКИ) «О статусе законопроекта о научной, научно-технической и инновационной деятельности».
6.   В.В. Иванов (Президиум РАН) «Следующий этап реформы — новый закон о РАН».
7.   В.В. Бражкин (ИФВД) «Письмо-400 — что дальше?».
8.   Принятие обращения к Общему собранию РАН

Перерыв 12.00 – 12.20

9.   В.А. Рубаков(ИЯИ) «Об оценке результативности деятельности академических научных организаций».
10.   В.П. Калинушкин (Профсоюз РАН) «Финансирование фундаментальной науки: ситуация, проблемы, возможные пути решения».
11.   Е.Е.Онищенко (Профсоюз РАН) «Система финансирования исследовательских работ в научных организациях — что стоит изменить?».
12.   А.П. Кулешов (Сколтех) «Что нового привносит Сколтех в современную российскую науку, образование и инновации».
13.   В.М. Полтерович (ЦЭМИ) «Научное сообщество и власть: о стратегии противостояния и сотрудничества».
14.   А.Н. Паршин (МИАН) «Методы оценки научных результатов у нас и за рубежом (сравнительный анализ)».
15.   А.И. Иванчик (ИВИ РАН) «Об особенностях научной работы и ее оценки в гуманитарных науках».

Перерыв 14.20-14.45

16.   П.И. Арсеев (ФИАН) «Специфика грантового финансирования в России».
17.   И.А. Пшеничнов (ИЯИ и ОНР) «Хватит реформировать — дайте работать! (Заметки научного сотрудника)»
18.   Н.Н. Розанов (ГОИ) «Возможно ли проведение фундаментальных и прикладных исследований вне РАН/ФАНО (столетний опыт ГОИ им. С.И. Вавилова)?».
19.   Ю.В. Рождественский (Университет ИТМО) «Кого, как и для чего мы учим?».
20.   Выступления, дискуссия,
21.   Принятие решения.

Четвертая конференция научных работников — 27 марта 2018 года, 10:00, ФИАН

Mon, 26 Mar 2018 20:31:15 +0000

Конференция научных работников РАН. Четвертая сессия

Прошло три года после третьей сессии конференции. За это время произошло много важных событий. Избраны новый президент и новый президиум РАН. Президиум проводит работу по изменению статуса РАН и пытается получить больше полномочий по контролю за научной деятельностью институтов. В то же время институты по-прежнему управляются ФАНО со всеми замечательными нововведениями для научной работы, как-то нормо-часы, планирование количества статей, отчеты по госзаданиям и многими другими бюрократическими инновациями. С другой стороны сейчас происходит обсуждение закона о науке и ставится вопрос о специальном законе о Российской Академии Наук.

В этой связи клуб 1-го июля счел целесообразном созвать 4-ю сессию конференции для обсуждения изложенных выше вопросов. Прошла предварительная регистрация. Сессия пройдет 27 марта, вторник 10:00, в конференц зале ФИАН.

Источник: rasconference.ru

Наука в Сибири: «Единственный лоббист российской науки — глава государства»

Tue, 15 Dec 2015 10:35:57 +0000

Заместитель президента РАН доктор экономических наук Владимир Викторович Иванов предлагает конкретные меры по развитию управления научными исследованиями в России.

— Прежде чем говорить о том, как нам восстановить науку, следует понять, «откуда есть пошла» сегодняшняя реформа. Говоря прямо, в постсоветскую эпоху исследования перестали быть государственным приоритетом. И начало событий произошло гораздо раньше, в 2004-м, когда создали единое Министерство образования и науки, и стало понятно, что последняя не рассматривается как самостоятельная отрасль. Тогда же в одном из документов МОН было установлено, что в стране достаточно иметь 200 исследовательских институтов. Все последующие годы проводилась такая же политика сокращения научных организаций и перевода науки в университеты, и в 2013-м закономерно наступило то, что наступило.

Сегодня стоит посмотреть: что же, на самом деле, является в стране приоритетом номер один? Если внимательно проанализировать ситуацию, то это финансовый сектор. Так называемые институты развития нацелены, прежде всего, на получение не новых знаний и технологий на их основе, а на экономический результат. У руля везде тоже стоят финансисты.

— Характерно, что главой ФАНО России был назначен бывший замминистра финансов.

— Да, это тоже симптоматично. Но денежная система — как бы кровь организма, доставляющая питательные вещества по адресу. А есть мозг, вырабатывающий и принимающий решения. Он не может быть замещен ничем другим. Финансовый сектор очень важен, но доминировать не способен по определению. И есть смысл говорить об исправлении неудачной реформы научной системы России в более широком контексте — как о коррекции общегосударственных приоритетов. Первым из них должен стать человек. Его жизнь — абсолютная ценность, но это глобальный постулат, если не рассматривать совсем уж пещерные режимы и сообщества. Важнейшим стратегическим приоритетом в России следует признать фундаментальную науку. Именно она служит первоосновой и для образования, и для технологий, и, в конечном итоге, для любого производства. На рубеже столетий была совершена очень серьезная, на уровне парадигмы, ошибка в системе образования — взят курс на подготовку не творцов, а «квалифицированных потребителей». На практике это значит, что, инженер, к примеру, должен быть всего лишь грамотным пользователем привнесенной откуда-то извне технологии, не изобретая ничего нового. Такая философия и привела к сегодняшней реформе науки, хотя реформа, по сути — это изменение, не касающееся сущности, а у РАН она как раз поменялась: Академия прекратила быть главной исследовательской системой страны — научной организацией мирового уровня.

— Извините, мы немного сбились с темы государственных приоритетов.

— Да. Вторым из них, особенно сейчас, следует считать сохранение и приумножение интеллекта нации. В первую очередь, это зависит от уровня образования и культуры, без чего недостижима глобальная конкурентоспособность. Здесь тоже не обойтись без науки. Третий приоритет — качество жизни, которое предполагает соответствие определенным стандартам, а значит, и общему уровню состояния экономики и социальной сферы. Далее: развитие территорий. В недавнем послании Президент России Владимир Владимирович Путин говорил о Дальнем Востоке. Ранее им же была поставлена задача освоения Арктического региона… Но, по-видимому, не стоит забывать и о проблемах очень важных для России территорий Сибири, Урала, Поволжья, некоторых центральных областей: вопрос надо ставить шире, говорить об их динамичном развитии. Учёные могут и должны принимать участие в решении этой проблемы, что иллюстрирует ведущая роль Института экономики и организации промышленного производства СО РАН в разработке программы реиндустриализации Новосибирской области. Наконец, пятый приоритет, без которого государство просто не может существовать — оборона и безопасность.

Все эти позиции не являются декларативными только тогда, когда опираются на достижения высококлассной фундаментальной науки. Поэтому и научная политика России должна отталкиваться от системы стратегических приоритетов, а не от сиюминутных желаний подправить какой-то показатель или встроить ученых в чиновничье-бюрократическую систему управления.

— Если мы переходим к разговору об оптимальной системе управления наукой в национальном масштабе, то какими могут быть конкретные решения?

— Сегодня наблюдается разбалансиованность системы управления наукой: только федеральных законов, имеющих прямое отношение к ней, принято по крайней мере 8. Это не только ФЗ-253, но и акты, касающиеся научных фондов, центров, университетов… «Руководить наукой» стремятся и Минобрнауки, и ФАНО, и отдельные региональные, отраслевые лидеры.

— В академических кругах ведется много разговоров о некотором аналоге советского ГКНТ (Госкомитета по науке и техники), стоящем над ведомственными и корпоративными интересами…

— Да. Это был особо влиятельный орган, которым руководил зампредсовмина СССР. Сегодняшнее законодательство не позволяет полностью реконструировать такой суперкомитет, но есть близкие по сути и вполне легитимные решения. Например, Военно-промышленная комиссия: её возглавляет ответственный за «оборонку» вице-премьер Дмитрий Олегович Рогозин. Эта структура не только координирует деятельность очень важной и сложно организованной отрасли, но и формирует её стратегию на десятилетия вперед. По такому же принципу может быть создан планирующий, связующий и отчасти управляющий центр для всей системы научных учреждений России. Соответственно, должен назначаться «научный» заместитель главы кабинета министров: напомним, что в 1996-1998 годах таковым был нынешний президент РАН академик Владимир Евгеньевич Фортов, который одновременно руководил Госкомитетом по науке и технологиям Российской Федерации.

— А какой может быть роль Академии наук, старательно превращаемой сегодня в «клуб ведущих учёных»?

— Конечно, намного более серьезной и ответственной, чем она является сейчас. Если кто-то уже смирился с «клубным» форматом РАН, то ему можно лишь посочувствовать. Законом определено, что РАН осуществляет научно-методическое руководство научными организациями и вузами. Однако на практике это не реализуется, поскольку не разграничены зоны ответственности Академии и ФАНО. Сделать это можно постановлением Правительства, передав РАН права учредителя исследовательских организаций в части, касающейся научного руководства, и закрепив за ФАНО функции по управлению имущественным комплексом. А сферой ответственности Академии должны быть определение направлений исследований, стратегическое и краткосрочное планирование научной деятельности, экспертиза, кадровые вопросы и распределение финансирования.

— Вы говорите о бюджетных поступлениях в рамках госзаданий? Ведь за гранты идёт свободная конкуренция?

— Не следует фетишизировать грантовое финансирование. Мировой опыт показывает, что оно составляет 20-30% от общего объёма. Причем, в основном, гранты адресованы небольшим коллективам, проверяющим некоторые гипотезы (которые могут и не подтвердиться). Это своего рода научные стартапы. Но «большую науку» в целом, как отрасль, всегда и везде содержит налогоплательщик, а не меценат. Замечу, что в сфере чисто фундаментальных исследований госзадание не может быть конкретным, предопределяющим точный результат, тем более полученный в определенные сроки. Академия, как орган стратегического планирования, должна лишь предписывать в самом общем плане: развивать такое-то направление. И, поскольку бюджетные возможности всегда ограничены, задавать общие пропорции распределения средств.

— А вас не смущает, что в этом процессе могут возникнуть лоббистские интересы определенных научных (да и не научных тоже) сообществ?

— У Российской Академии наук всегда был только один лоббист — глава государства. И другого быть не должно, поскольку её главная задача — обеспечение национальных интересов. Такой её создавал Пётр I, так она работала в СССР, так должна действовать и сейчас. Это единственная структура, способная генерировать необходимый объем объективных знаний, давать обоснованные прогнозы и разрабатывать стратегии. Поэтому без всякого лоббирования следует оценить потребности и финансовые возможности, безо всяких посредников передать средства в Академию, и не загружать ученых не свойственными им функциями по написанию многочисленных бессмысленных отчетов, справок и т.д., не имеющих отношения к научной работе.

— Нет ли противоречия в ваших словах: сначала говорите об ограниченных возможностях бюджета, а затем про «сколько нужно — и отдать»?

— Это мнимое противоречие, которое разрешается как раз чётким определением стратегических приоритетов на самом высоком государственном уровне, куда Академия наук представляет свой взгляд на проблемы, требующие первоочередного решения. Но при этом РАН должна и нести ответственность за результаты своих экспертиз и прогнозов, за качество результатов, полученных с использованием бюджетных средств. Заметим, что речь идет именно о программах фундаментальных исследований, а не о грантовых поступлениях или специальных целевых программах (например, строительства уникальной установки или изучения перспективного региона).

Уникальность Академии наук в дореформенном виде заключалась в том, что она одна, без постороннего вмешательства, могла более-менее обоснованно распределить бюджетные средства между всеми направлениями: и «физиками», и «лириками». Учёные в институтах и лабораториях понимали, какие авторитеты стоят за теми или иными решениями, которые, к тому же, каждый год могли корректироваться.

Но, всё-таки, главная задача Академии — не расставлять тактические приоритеты и сообразно делить средства, а определять научную политику страны в целом. Отчасти можно говорить и о политике научно-технической: в составе РАН есть производственники, главные конструкторы и инженеры, представители крупных корпораций. Это достаточно обширный и универсальный коллективный разум, способный решить задачи, с которыми не справится ни один университет. Наконец, «суперкомпетенция» Академии наук состоит в том, что она способна и самостоятельно формировать научную политику (включая, опять же, определение того, что это такое) Российской Федерации, и, при наделении необходимыми полномочиями, отвечать за её осуществление.

— Но при этом РАН не являлась и не является органом исполнительной власти?

— Конечно. И не должна таковым становиться. Мы же уже говорили о специальной правительственной комиссии по науке и научно-технической политике во главе с вице-премьером. Чтобы создать такой орган, не требуется вносить изменения в Конституцию или принимать новые законы. Это важнейшее решение можно легитимно принять в административном порядке.

— Картина получается чёткая и конкретная. В ней, пожалуй, не хватает последнего штриха: перечня необходимых событий и управленческих решений, которые вернут научную сферу России в нормальное состояние.

— Прежде всего, необходимо добиваться исполнения 253-ФЗ не только от РАН, но и от других структур. Это касается, например, разграничения полномочий, четкой регламентации взаимодействия при разработке научной политики, в проведении исследований и т.д. Но пока это не до конца решено в Российской академии наук, на сегодня подготовлен проект концепции Стратегии научно-технологического развития, который в рабочем порядке передан на рассмотрение в аппарат Совета Президента Российской Федерации по науке и образованию. Правда, концепция — только первое звено в цепочке (далее сама политика-нормативная база-программы-планы), ведущей в будущее. Но не в очень далёкое: ведь в современном мире путь от научного открытия до технологии занимает незначительное по историческим меркам время, 10-20 лет. Вспомним радиоактивность и атомные проекты, первый лазер и современные его приложения…

Необходимо также оперативно принять решения организационного плана, прежде всего, локализовать функции ФАНО в финансово-имущественном поле. Про это, кстати, много раз говорил и премьер-министр Дмитрий Анатольевич Медведев, и курирующий науку вице-премьер Аркадий Владимирович Дворкович. Корректировать законодательство для этого не нужно, в ФЗ-253 уже прописано, кто чем должен заниматься — следует лишь на уровне правительственных документов ограничить, с одной стороны, активность Федерального агентства по управлению научными исследованиями, а с другой — легитимизировать научно-методическое руководство со стороны РАН исследовательскими организациями и университетами.

Для того, чтобы эта функция стала осуществимой, необходимо (опять же, следуя букве ФЗ-253!) вернуть в подведомство РАН региональные научные центры: они станут узлами «научного влияния» Академии на исследовательскую среду в субъектах Федерации.

— То есть вопрос сводится к политической воле, к достаточно принципиальным решениям? Но будут ли они приняты? Или снова отложены либо делегированы на уровень нижестоящих федеральных чиновников?

— Сегодня страна оказалась в положении, непредставимом всего год назад, не говоря уже о лете 2013 года, когда начался нынешний этап реформы. Даже самые яростные критики РАН должны понять, что при неблагоприятном сценарии развития событий дело может кончиться очень и очень неприятно. Следует более внимательно смотреть вперед, просчитывать варианты и риски. Вспомним исторический опыт. В годы первых пятилеток в СССР открылось около 400 научных организаций, а с 1943 года Академия наук уже перенацеливалась на послевоенное развитие: к этому времени для Победы было сделано все, что возможно. Можно по-разному относиться к РАН, но есть объективная реальность. Укреплять все аспекты суверенитета России — политического, экономического, технологического — и повышать качество жизни (опять же, в самом широком понимании) её граждан можно только в условиях, когда Академия наук имеет возможности для собственного динамичного развития. Темпы изменения ситуации требуют принятия быстрых и точных решений: время не ждет.

Беседовал Андрей Соболевский

Фото: — Елены Трухиной

Источник: «Наука в Сибири»

Новая газета: Стоп РАН

Tue, 02 Jun 2015 09:34:05 +0000

Авторская колонка редактора раздела «Мнения и комментарии» Кирилла Мартынова

Российская наука снова оказывается в центре большой политики. С одной стороны, вероятное закрытие фонда «Династия» дает ясный сигнал бизнесу: вкладывать в научные исследования в России не имеет смысла. То есть надеяться, что финансирование науки у нас в обозримом будущем пойдет по западному пути, когда значительное количество лабораторий и университетов находится в частных руках, не стоит. С другой — само государство предлагает ученым радикально пересмотреть существующие правила игры в сфере финансирования науки. Сейчас каждый институт получает из бюджета фиксированную сумму, которая распределяется по усмотрению руководителя научной организации. Минобрнауки выступило со смелой инициативой: не менее 75% средств выделять конкретным ученым и группам исследователей на конкурсной основе.

Руководство РАН в лице Владимира Фортова предсказуемо протестует против такого сценария. Ясно, что от традиционной уже, сложившейся за последние 25 лет системы финансирования науки при реализации этого сценария ничего не останется — бюрократы от науки полностью потеряют контроль над ситуацией в подведомственных организациях. При этом Фортов, как опытный администратор, кажется, понимает, что старую систему спасти уже не получится, и призывает искать компромисс в эти «трудные времена». Однако по-настоящему алармистские сообщения приходят от молодых ученых. Биолог Евгений Онищенко, например, подсчитал, что если требования Минобрнауки станут реальностью, РАН придется сократить штаты научных сотрудников в три раза.

При этом аргументация чиновников — что бывает не так уж часто — в данном случае может быть названа убедительной. В Федеральном агентстве научных организаций (ФАНО) говорят, что нынешняя система финансирования является рудиментом 90-х годов, когда государство не выделяло на науку сколько-нибудь существенных средств. Тогда поступающие из бюджета символические суммы использовались для поддержания текущей жизни в оставшихся НИИ. Постепенно, по словам представителя ФАНО Алексея Медведева, все адаптировались к такой ситуации: государство недоплачивает ученым, но и не спрашивает с них результата. Теоретически сейчас все должно поменяться: ученые получают деньги, но на конкурентной основе и под конкретные результаты.

Звучит хорошо, но в ФАНО предпочитают умалчивать о том контексте, в котором предлагаются эти как бы прогрессивные меры. На фоне растущего дефицита бюджета перед правительством по-прежнему стоит вопрос о выполнении майских указов Путина от 2012 года. И если не привлекать дополнительные источники финансирования, повысить зарплаты для ученых можно лишь за счет сокращения их численности. При этом чиновники не считают необходимым ни обсуждать судьбу ученых, признанных неэффективными, ни всерьез консультироваться с научным сообществом — готово ли оно выдавать те самые результаты на подобных условиях.

Показательной в этой ситуации является позиция Валерия Рубакова, одного из самых успешных и цитируемых российских физиков. Ученый категорически выступил против новой системы финансирования науки, хотя его самого трудно обвинить в неэффективности и консерватизме. Рубаков сумел организовать продуктивную работу в Институте ядерных исследований РАН задолго до нынешних «оптимизаций». Его выступление против ФАНО заставляет нас задать два вопроса. Во-первых, насколько компетентны действия чиновников-реформаторов? Во-вторых, можно ли в принципе доверить судьбу национальной науки небольшому закрытому клубу чиновников и принимать подобные решения без широкого обсуждения с участием ученых?

Источник: Новая газета

Росбалт.ru: Такого удара наука не переживёт

Tue, 12 May 2015 05:33:01 +0000

Вслед за объявленной реформой Российской академии наук, начались реорганизации и научных институтов РАН. В научном сообществе все громче звучат голоса о том, что очередные реформы, инициируемые чиновниками, нанесут серьезный урон отечественной науке. Председатель профсоюза работников РАН, заведующий лабораторией кристаллических лазеров среднего ИК-диапазона Института общей физики РАН, кандидат физико-математических наук Виктор Калинушкин рассказал «Росбалту», что считает угрозы буквально «смертельными».

– Недавно руководители Дальневосточного и Сибирского отделений РАН направили телеграмму главе академии Владимиру Фортову, в которой выразили озабоченность действиями Федерального агентства научных организаций (ФАНО) в связи с увольнением руководителей институтов и научных центров, обвинили ФАНО в курсе на фактическую ликвидацию научных учреждений РАН.

– Действительно, в последнее время ФАНО совершило ряд действий, в частности, увольнение директора ГЕОХИ Эрика Галимова. Но этот конфликт, вроде, разрешился. Также имела место ситуация с директором Института философии РАН Абдусаламом Гусейновым, которого выдворили с совещания в правительстве. Вот это давление, прессинг имели место наряду с реструктуризацией, объединением институтов, и потому стали поводом для написания тревожной телеграммы. Хотя, на мой взгляд, у институтов РАН есть еще более серьезные проблемы, нежели те, которые упоминались в той телеграмме.

– Какие проблемы вы имеете в виду?

– Сейчас появился большой блок документов, проектов, и среди них наиболее опасные для академии наук – это проект документа из министерства образования и науки РФ, определяющий порядок методических указаний к определению размера субсидий на госзадание. То есть это документ, определяющий порядок финансирования наших институтов. Текст проекта выставлен для общественного обсуждения в Сети.

Помимо того, что некоторые положения этого документа плохо стыкуются между собой, он еще и не совместим с рядом других документов. Но его ключевой позицией является то, что в случае его принятия произойдет примерно трехкратное сокращение числа сотрудников институтов ФАНО. Это на самом деле полный разгром институтов.

Понятно, что увольнение директора ГЕОХИ было сделано, с нашей точки зрения, совершенно неправильным образом, и хорошо, что этот конфликт, видимо, исчерпан. Но трехкратное сокращение сотрудников у нас вызывает еще большую обеспокоенность, чем даже предложения по реструктуризации институтов. Там тоже есть масса своих «наворотов», но все-таки шла речь об объединении в единое юрлицо, а не о разгроме институтов. Хотя и непонятно – зачем это делается, и там тоже может возникнуть много проблем. Но вот этот документ из недр Минобрнауки, о котором я сказал, на сегодняшний день считается наиболее опасным. Вообще очень много появилось документов такого рода, так, что я даже не знаю, что будет завтра с утра. Видимо, чиновники спешат со сроками выполнения поручений президента РФ, появившихся по результатам обсуждений на предновогоднем совете по науке при главе государства. В результате имеем скачущий поток каких-то документов, меняющих ситуацию в управлении наукой. И все не очень удачные, мягко говоря.

– Какие цели преследуют чиновники, чем объясняют свои инициативы?

– В основе у них лежат, может быть, даже благие пожелания. Насколько можно понять из общения с ними, хотят обеспечить нормальные условия труда и достойную зарплату научному сотруднику. Но так как все делается без увеличения финансирования, то этого можно добиться только путем сокращения огромного числа других сотрудников.

Чиновники пытаются сделать что-то вроде немецкой или американской схемы науки. Но там, за рубежом, финансирование на одного научного сотрудника в 5-10 раз больше, чем сейчас у нас. Для того чтобы вывести на такие схемы, надо, как минимум, в три раза увеличить финансирование на одного сотрудника. Так как денег не прибавляют, то остается другое, кардинальное решение вопросов: в три раза уменьшить численность сотрудников. Со всеми вытекающими последствиями. Все просто, без затей…

Есть указ президента об увеличении средних зарплат научным сотрудникам до 200% от средней зарплаты в регионе к 2018 году. А что такое средняя зарплата? Это фонд заработной платы, поделенный на число сотрудников. Если фонд заработной платы не увеличивать, то достигнуть увеличения средних зарплат можно только одним путем – уменьшением числа научных сотрудников…

– Какие будут последствия для науки, если эти планы будут реализованы?

– Смертельные. Я говорю откровенно, что российская наука за последние 25 лет получила невероятное количество ударов и осталась жива. Мы полагали, что и очередной удар переживем – реформу РАН, реструктуризацию, которую предлагает ФАНО… Но если эти правила финансирования госзадания будут приняты, то, думаю, такого удара российская наука просто не переживет. На этом все закончится. Приехали, как говорится…

Единственная надежда заключается в том, что, возможно, удастся опрокинуть эти планы. Были проведены обсуждения в Минобрнауки, и мы, профсоюз, тоже выставим этот проект на обсуждение. Если общественность организуется, то, надеюсь, мы его остановим.

Беседовал Дмитрий Ремизов

Источник: Росбалт.ru

rasconference: Составлена предварительная программа второй сессии Конференции научных работников

Fri, 14 Mar 2014 16:35:57 +0000

Уважаемые коллеги, друзья!

Оргкомитет второй сессии Конференции научных работников на заседании 12 марта составил предварительную программу Конференции и проект резолюции «Организация науки в России: первоочередные задачи». Вы можете оставить свои комментарии и предложения к проекту резолюции, заполнив простую форму сразу под текстом резолюции.

Как многие знают, Федеральное агентство научных организаций разработало проект типового устава научного института. Этот документ касается каждого из нас, поэтому его обсуждение станет одной из главных тем Конференции. Пожалуйста, оставляйте Ваши комментарии и предложения к проекту типового устава здесь.

Оргкомитет Конференции

Предварительная программа (12.03)

25 марта

12⁰⁰–14⁰⁰	Регистрация участников
Часть 1 Ведущий – В. А. Рубаков
14⁰⁰–14²⁰	Открытие конференции *А. П. Кулешов: Вступительное слово*
14²⁰–14⁴⁰	«Научные работники — институты — ФАНО — РАН — МОН. Какой будет эта система? Как она будет работать?», *И. И. Бетеров, Институт физики полупроводников СО РАН, г. Новосибирск «Оценка эффективности научных групп, лабораторий, организаций. Цели, процедуры, последствия?», П. И. Арсеев, Физический институт им. П. Н. Лебедева (ФИАН), г. Москва «Усиление грантового финансирования. Как и на каких принципах?», А. И. Буфетов, Математический институт им. В. А. Стеклова (МИАН), г. Москва, CNRS, (France) «Поправки к закону о РАН. Какие? Новый закон о науке. Что в нем должно быть и чего быть не должно?», В. Ф. Вдовин*, Институт прикладной физики РАН, г. Нижний Новгород
14⁴⁰–15¹⁰	*В. Е. Фортов, Президент РАН М. М. Котюков, Руководитель Федерального агентства научных организаций А. В. Хлунов*, Генеральный директор Российского научного фонда
15¹⁰–16⁰⁰	Вопросы участников конференции к выступившим. Во время этой секции участники в зале смогут задать выступившим вопросы. Однако чтобы собрать и задать в первую очередь наиболее часто задаваемые вопросы, мы просим Вас сформулировать вопрос здесь.
16⁰⁰–16²⁰	Перерыв
16²⁰–17³⁰	Выступления участников конференции
	Принятие резолюции «Организация науки в России: первоочередные задачи» Если у вас есть комментарий или предложение к проекту первой резолюции, пожалуйста, сформулируйте его здесь.
17³⁰–17⁵⁰	Перерыв
Часть 2 Ведущие – О. Н. Соломина и И. А. Михайлов
17⁵⁰–18²⁰	Выступления координаторов рабочих групп Комиссии общественного контроля в сфере науки
18²⁰–20⁰⁰	Выступления участников конференции. Одной из тем тем выступлений планируется проект типового устава научного института, разработанный ФАНО.
	Принятие второй резолюции (проект в разработке)

Источник: сайт Конференции.

Газета «Наука в Сибири» — «Реформа РАН: продвигается, уточняется, обсуждается»

Thu, 06 Feb 2014 21:30:29 +0000

Наталья Притвиц («Наука в Сибири», №5, 6 февраля 2014 г.)

Обзор прессы.

Готовится новый закон о науке!

Не спешите радоваться — закон о реформе РАН никто отменять не собирается. В России появится новый закон о науке — об этом 31 января заявил в Госдуме глава Минобрнауки Д. Ливанов, выступая на заседании Совета по вопросам образования и науки (Совет, по словам председателя Госдумы С. Нарышкина, был создан для оценки реформы РАН и принятого в прошлом году закона «Об образовании». На первое заседание совета депутаты пригласили главу Минобрнауки). Министр рассказал, что действующий закон «О науке и государственной научно-технической политике» был принят ещё в июле 1996 года и с тех пор серьезно устарел. Напомнив о реформе РАН в 2013 году, Д. Ливанов заявил, что «пришло время и для подготовки нового закона о науке». По его словам, Минобрнауки собирается проанализировать опыт других стран, чтобы понять, «на какие вопросы действующее сегодня законодательство ответа не дает и какие вопросы требуют дополнительного регулирования».

Депутат от КПРФ О. Смолин рассказал «Ъ», что парламентарии уже начали работу над новым законом: «В комитете по науке создана рабочая группа, в которой преобладают сторонники политики Минобрнауки. Думаю, в их проекте будет ещё более усилено влияние чиновников на науку». Альтернативный закон готовят депутаты от КПРФ — во главе с нобелевским лауреатом физиком Жоресом Алферовым. «У этого проекта противоположная линия — добиться возвращения контроля учёных за исследованиями и финансированием науки, — говорит О. Смолин. — Какую бы критику ни высказывали в адрес учёных, мы видим, что чиновники управляют наукой гораздо хуже». Депутат добавил, что идеальный закон «должен в первую очередь отменить злополучную реформу Академии наук».

Член Президиума РАН Г. Месяц заявил «Ъ», что письмо Минобрнауки о разработке нового закона поступило в аппарат руководства Академии только накануне, 30 января. «Если какому-то закону удастся подправить последствия реформы, это будет хорошо. Но пока эта тема руководством аппарата Академии не обсуждалась. Поймите, мы ещё не оправились от прошлого бардака, а нам уже предлагают новый» (Ъ 1.02).

Гранты Российского научного фонда (РНФ)

Уже 10 февраля созданный в конце прошлого года Российский научный фонд может объявить первый конкурс научных проектов. Об условиях конкурсов, их приоритетах, системе экспертизы корреспонденту «РГ» рассказал генеральный директор фонда А. Хлунов.

— Да, у нас есть различные фонды, есть РФФИ и РГНФ, но у них есть свои недостатки. Так, максимальный размер гранта РФФИ 500 тысяч рублей. На эти деньги невозможно финансировать самостоятельный научный проект. В основном они идут на зарплату членов научного коллектива. РНФ впервые позволяет перейти к поддержке самостоятельного проекта за счёт гранта. Важное преимущество фонда ещё и в том, что он будет мониторить не процесс расходования денег, что вызывает недовольство учёных, а результаты работы.

О размерах грантов. При формировании отдельных небольших групп, по 2–3 учёных, им выделяется до 5 миллионов рублей в год. Что касается уже существующих лабораторий, которые жёстко завязаны на бюджетный план работы, но у них появилось новое направление, на которое бюджетных денег не хватает, то из нашего фонда учёный сможет получить до 20 миллионов на три года с возможностью продления ещё на два. Если же он предлагает прорывную идею, которую не может реализовать в своей лаборатории, то фонд готов профинансировать создание новой лаборатории, выделив 25 миллионов рублей в год. Но есть принципиальное условие: РНФ должен быть единственным источником финансирования коллектива.

При проведении экспертизы РНФ будет опираться на ведущих учёных России, а также пригласим работающих за границей. Один из главных критериев — активность учёного, его рейтинг в мировой науке.

На вопрос о приоритетах, на которых сосредоточится РНФ, А. Хлунов ответил: «Это девять направлений знаний, которые приняты во всем мире. Мы будем поддерживать и естественные, и гуманитарные науки. В то же время есть задачи, которые конкретно определил президент страны. Каждый человек хочет жить дольше, без тяжких болезней, в чистой экологии, потреблять здоровые продукты и т.д. Наука должна услышать эти потребности. Поэтому кроме традиционных приоритетов фонд делает ставку на направления, связанные с качеством жизни. А ещё есть потребности страны, в частности, по ускоренному развитию Дальнего Востока и Восточной Сибири, по освоению Арктики. Это тоже станет приоритетом фонда» (РГ 30.01).

ФАНО. Некоторые детали

В публикациях о ФАНО проскальзывают иногда любопытные подробности. Так, Агентство, созданное для управления наукой, начало свою деятельность с поощрения своих сотрудников за «особые условия» их работы. Обозреватель НоГ Ю. Батурин, напомнив, что первые акты вновь избранных политиков или созданных организаций, как правило, имеют символическое значение и касаются их важных начинаний, обратил внимание читателей на то, что приказ № 1 ФАНО был посвящен «утверждению положений о порядке выплаты ежемесячной надбавки к должностному окладу за особые условия государственной гражданской службы» руководящим сотрудникам аппарата ФАНО. Размер — кому 100, кому 200 % должностного оклада.

Ю. Батурин попытался хотя бы в шутку сформулировать «особые условия», но получился материал разве что для капустника: «Результаты будущего открытия неизвестны, что затрудняет финансирование исследований»; «Поведение учёных предсказать нельзя» и т.д. (НоГ 27.01).

Обозреватель НГ А. Ваганов, вчитавшись в распоряжение правительства от 30 декабря 2013 г. о перечне организаций, подведомственных ФАНО (1007 организаций) обнаружил, что «ФАНО России совместно с ФНС России, Росимуществом и Росреестром в 6-месячный срок поручается продолжить работу по выявлению и включению организаций, находившихся в ведении РАН, РАМН и РАСХН до вступления в силу Федерального закона (о реорганизации РАН и государственных академий) в перечень, утвержденный настоящим распоряжением». Стало быть, будут ещё выявлять и включать! Кроме того, ФАНО предписывается в течение 2014 г. обеспечить внесение необходимых изменений в учредительные документы. Похоже, что после этого действия названия академических институтов будут оканчиваться не аббревиатурой «РАН» (или РАМН и РАСХН), а другой — ФАНО. «Что звучит, конечно, диковато, — пишет А. Ваганов. — Был, например, Физический институт РАН (знаменитый ФИАН), а будет „ФИФАНО“ и т.д.» (НГ-Н 22.01).

Но встречаются и важные детали, ранее нигде в СМИ не упомянутые. Так, во время встречи руководителей Совета научной молодёжи СО РАН с М. Котюковым они узнали от него о плане предстоящих действий — «примерно в середине года будут сформированы принципы рейтингования научных учреждений, во второй половине года будет проводиться рейтинг институтов, после чего будут приниматься решения о кадровых и прочих изменениях» (НВС № 4, 30.01).

Авторитет в науке и научные авторитеты

Эта большая статья проф. НГУ С. Дзюбы опубликована в НГ 27 января. В ней он делится соображениями, касающимися кадровой политики в научной сфере. Далее — выдержки.

Главным осязаемым продуктом деятельности в фундаментальной науке является статья в научном журнале. У статей на экспериментальную тему обычно несколько соавторов, но творческий вклад каждого из них может быть разный, однако со стороны не видно, у кого какой. Известно только, кто из соавторов выше по должности. И именно этому человеку, обычно руководителю в ранге заведующего лабораторией (в нашей стране) или профессора, по гранту которого эта работа делается (так за границей), приходят приглашения на конференции с пленарными докладами, ему журналы заказывают обзорные статьи, его приглашают в научные советы, оргкомитеты и т.д. Всё это способствует «раскрутке» данного руководителя, который подобным образом в итоге может стать научным авторитетом в своей области.

Появление таких искусственно созданных авторитетов может при определенных условиях стать серьёзной системной проблемой для функционирования науки. В продвинутых в научном отношении странах действуют механизмы по ограничению влияния научных авторитетов — причём всяких, и настоящих в том числе. Этому служит, например, установление предельного возраста для пребывания в должности. Очень важно то, что руководитель даже небольшой лаборатории или группы уже полностью независим от вышестоящих авторитетов. Принимаются специальные меры по стимуляции ротации кадров и т.д. Для российской науки проблема искусственных авторитетов осложнена целым рядом специфических, только ей присущих обстоятельств.

Во-первых, это наше «номенклатурное» прошлое. В советское время вся система управления обществом основывалась на выделении слоя номенклатурных начальников. Часто в руководители тогда попадали из-за активной работы в комсомольских и партийных организациях.

Во-вторых, это наше «рыночное» настоящее. В эпоху откатов и распилов появились «научные авторитеты» новой формации: высокопоставленные научные чиновники, овладевшие искусством добывания денег в министерствах и госкорпорациях (конечно же, для развития инноваций.)

В-третьих, это искусственное разделение научных сотрудников на патрициев и плебеев: на членов Российской академии наук и всех прочих. Это разделение является рудиментом сословных социальных отношений XVIII–XIX веков и советско-номенклатурного периода в XX веке.

В-четвёртых, это неоправданное возвеличивание так называемых научных школ. Это делается под предлогом преемственности научной методологии и сохранения опытных кадров, а на деле оборачивается застоем и поддержкой давно отживших научных направлений.

В-пятых, это истощение кадрового потенциала и захлестнувшее российскую науку мелкотемье. Чтобы руководить теми, кто остался сейчас в институтах, и тематиками, по которым они работают, особых профессиональных качеств не требуется.

И, наконец, это сложившаяся в РАН вертикальная иерархическая система. Она приводит к завышению значимости должностного положения человека в ущерб значимости его творческой активности. Представляется, что для динамичного развития российской науки как воздух необходимы мобильность кадров, их ротация на руководящих должностях, введение возрастных ограничений, организация новых лабораторий под перспективных молодых сотрудников, полная административная самостоятельность руководителей лабораторий и малых групп от вышестоящих «авторитетных» учёных, прозрачное и справедливое — без откатов и распилов — распределение финансовых средств под реально работающих в науке профессионалов. Объявленная президентом система мер вселяет некоторую надежду, что здесь начались позитивные процессы.

В заключение С. Дзюба призывает относиться с осторожностью к введению новых положений в кадровой политике, в частности к введению должности научного руководителя организации, привлечению представителей академического сообщества к экспертной работе и т.п.

Какой статус нужен Академгородку?

В администрации Советского района г. Новосибирска 28 января состоялся круглый стол на тему «Будущее Академгородка», организованный общественным комитетом «За будущее российской науки» и рядом других общественных организаций Новосибирского научного центра. Накопившиеся за последние десятилетия градостроительные, транспортные, социальные проблемы Академгородка и всего Советского района особенно обострились сейчас, с началом реформы РАН, когда институты и некоторые другие организации Сибирского отделения переданы в ведение ФАНО. Состоявшемуся обсуждению посвящен ряд больших публикаций: в НВС 30.01 (наиболее подробная), СР 30.01, СО РАН.Info 29.01.

Председатель Сибирского отделения РАН А. Асеев в своем выступлении отметил, что созданное в ходе реформы РАН Федеральное агентство научных организаций на данный момент является по сути виртуальной структурой, занимающейся перекачиванием бюджетных денег из федерального бюджета в НИИ. Пока же оно является как бы фантомом и на территории района не присутствует. А. Асеев рассказал, что Сибирское отделение РАН продолжает проводить работу, направленную на сглаживание, преодоление итогов реформирования Российской академии наук. Чётко очертив круг проблем, вставших во весь рост перед руководством Отделения в последние месяцы, он особо отметил, что пора прекратить противостояния хозяйствующих субъектов на территории Академгородка и района, объединить усилия по его развитию, и внёс предложение объявить Советский район бескоррупционной зоной. Для решения этой задачи, как он считает, необходимо наладить обмен правдивой экономической информацией всех предприятий района и добиваться неотвратимости наказаний за каждое коррупционное преступление.

Генеральный директор Технопарка Новосибирского Академгородка Д. Верховод высказал опасение, что реформирование РАН приведет к масштабным процессам приватизации собственности Академии наук: «В результате проведённой реформы произошёл ведомственный раздел основных объектов, располагающихся на этой территории. Что будет происходить в результате? Будет потеряно „единое землевладение“. Часть земли останется у Сибирского отделения, но, к сожалению, от значительной части земли СО РАН будет вынуждено отказаться. Таким образом, часть учреждений и предприятий будут приватизированы, и, соответственно, земельные участки, на которых располагаются объекты недвижимости, попадут в частные руки». Депутат Новосибирского городского совета академик Н. Ляхов также выразил опасение, что реформа РАН может быть использована в своих целях нечистоплотными дельцами.

В многочисленных выступлениях, в том числе представителя Ландшафтного совета А. Колонина, представителя совета IT-кластера Ю. Зыбарева, директора Института теплофизики чл.-корр. РАН С. Алексеенко, академика Н. Диканского, заместителя председателя областного Законодательного собрания В. Карпова, главы администрации Кольцово Н. Красникова, представителей общественных организаций и молодёжи ННЦ прозвучало множество предложений по гармонизации развития Академгородка и Советского района, по формированию их обновленного статуса. Все они будут документально оформлены и представлены в органы власти.

Сокращения: Н — «Навигатор»; НВС — «Наука в Сибири»; НГ — «Независимая газета»; НоГ — «Новая газета»; П — «Поиск»; РГ — «Российская газета»; СР — «Советская Россия»; Ъ — «Коммерсант».

Фото В. Новикова

Источник: Газета «Наука в Сибири»

Инфоцентр Конгресса работников образования и науки (КРОН)

Fri, 06 Dec 2013 08:40:17 +0000

Открыт инфоцентр Конгресса работников образования и науки (КРОН), который состоит из сайта, а также групп Вконтакте и Facebook. В группах можно оставлять сообщения по теме работы Конгресса.

Напоминаем, что Конгресс работников образования и науки состоялся в Москве 30 ноября 2013 г. в гостиничном комплексе «Измайлово-Бета». Цель Конгресса — создание общественных структур, которые оформят в ближайшие месяцы запрос народа к научно-образовательному сообществу на проект Стратегии развития России, а также обеспечат общественную поддержку его реализации.