«ВАК рекомендовала его лишить ученой степени еще 31 января, далее министерство образования и науки России должно подготовить соответствующий приказ о лишении степени», — сказал собеседник агентства.

В свою очередь в Минобрнауки РИА Новости сообщили, что приказ будет издан в течение месяца.

Как Минобрнауки взялось за качество научных работ

Диссертационный скандал разгорелся в России в январе 2013 года. Комиссия под руководством тогда еще замминистра образования и науки Федюкина в ходе проверки докторских и кандидатских диссертаций по истории, защищенных в Московском педагогическом государственном университете (МПГУ), выявила многочисленные нарушения. Согласно выводам комиссии, в вузе было организовано «поточное производство» фиктивных диссертаций. Это привело к тому, что 11 человек, защищавшихся в диссертационном совете на базе МПГУ и уличенных в плагиате и других нарушениях, были лишены степеней.

В августе Министерство образования и науки РФ обнародовало рекомендации по изменению подходов к публикации основных научных результатов диссертаций. Эти рекомендации разрабатывались в рамках принимаемых Минобрнауки и Высшей аттестационной комиссией (ВАК) при министерстве мер по улучшению качества диссертаций. В рекомендациях содержались критерии для включения научных журналов в перечень рецензируемых изданий, в которых должны быть опубликованы главные результаты диссертационных работ. Читайте подробнее >>

«Уже разоблаченные липовые диссертанты — это только вершина айсберга»

«Для нас это вопрос не праздный. Отношение к фальшивым диссертациям делит общество на неравные части. Кто-то скажет: ну, подделали диссертацию, и что тут такого? Главное, что человек хороший. Но для представителей науки, которые писали свои диссертации годами, это вопрос принципиальный», — объясняет физик Андрей Ростовцев (сооснователь проекта, посвященного выявлению фальшивых диссертаций «Диссернет»). Обозреватель РИА Новости Дмитрий Виноградов провел один день с охотниками на липовые диссертации и понял, что разоблаченные липовые диссертанты — это только вершина айсберга, и ниточки тянутся по всему научному сообществу России. Читайте подробнее в репортаже >>

Источник: РИА Новости

В «Коммерсанте» вышло большое интервью министра образования и науки России Дмитрия Ливанова. Значительная часть его посвящена работе нашего сообщества и тому, почему министр считает эту работу вредной, ненужной. На вопрос о том, как он относится к деятельности «Диссернета», министр решительно отвечает: «Никак не отношусь. Но я могу вам высказать свое мнение по поводу всей этой истории». И высказывает очень решительно.

Конечно, мы очень благодарны коммерсантовскому журналисту (жаль, подписи под интервью почему-то нет) за то, что в ходе дальнейшей беседы он рассказал интервьюируемому министру множество интересных и важных вещей о нашей работе, которые, судя по ответам, до тех пор были тому совершенно неизвестны. Но все-таки нам тоже хотелось бы принять участие в обсуждении проблем, с которыми уже как-то даже сроднились: мы ими интенсивно занимаемся уже более года. А вдруг хоть что-нибудь из нашей деятельности все-таки как-нибудь зачем-нибудь когда-нибудь пригодится Дмитрию Ливанову. Ну, или следующему министру, пришедшему на его место. Или следующему за ним. Или следующему дальше…

© Глеб Щелкунов/Коммерсантъ

Министр Ливанов и душевные муки

Прежде всего давайте отметим одну тему, которая во всем интервью нынешнего министра нам представляется самой главной. Причем для Дмитрия Ливанова она явно тоже очень важна, поскольку именно на ее почве у него отчетливо просматривается КОГНИТИВНЫЙ ДИССОНАНС. Явление это определяется психологической наукой как «состояние психического дискомфорта, вызванное одновременным наличием в психике субъекта противоречивых, логически несовместимых представлений, взглядов, взаимоисключающих потребностей, мотивов деятельности, которые приводят порой к внутреннему конфликту».

Ну так вот. «Мы по закону можем сейчас проверять те диссертации, которые защищены в течение последних трех лет. Если раньше, то мы даже не имеем права рассматривать апелляции», — описывает министр Ливанов свою позицию, когда отвечает на вопрос о том, почему «Диссернет», по словам журналиста, «отправляет все данные на экспертизу в Высшую аттестационную комиссию и в Минобрнауки, но получает одни отписки».

Однако далее тот же министр Ливанов сообщает: «А морально, конечно, никакого срока давности нет. Как человек, который лучшие 10 лет своей жизни занимался наукой, я никогда не пойму этих людей с поддельными диссертациями. Это либо полное непонимание того, что такое научная работа, либо просто прямой обман. И то и другое у меня, кроме презрения, никаких чувств не вызывает. Но как чиновник я могу действовать только в определенных рамках».

Таким образом, министру Ливанову приходится признать одно из двух: или его законная позиция аморальна, или его же моральная позиция беззаконна.

Казалось бы, это внутреннее противоречие не может быть преодолено без чьего-то решительного вмешательства извне. Между тем самому министру Ливанову было бы совсем нетрудно избавиться от жестокого диссонанса в душе, просто добившись отмены инструкции, приносящей ему такие муки. Той самой, которую он почему-то никак не решается преодолеть. Да, это потребует некоторой процедурной настойчивости и даже определенной аппаратной храбрости: как-никак, предстоит сообщить начальству свое собственное мнение и аргументировать его. Но зато в результате — свободен, наконец свободен, никакого больше раздвоения личности.

Дело в том, что документ, заповедующий министру образования и науки вместе со всеми его подчиненными аморальную (по признанию самого Дмитрия Ливанова) норму с трехлетним сроком давности на аннулирование фальшивых диссертаций, навязан вовсе не Конституцией Российской Федерации и даже восходит не к Евангелию и тем более не к зарокам, оставленным нам дедами и прадедами. Он всего-навсего является постановлением правительства — документом одного из самых «слабых» разрядов в иерархии государственного нормотворчества, разработанным в недрах того же самого министерства. Конечно, на финальном этапе выпуска в свет он был обогащен некоторыми идеями чиновников из центрального аппарата правительства РФ и подписан премьер-министром. В частности, похоже, что именно на этом этапе в нем образовалась знаменитая норма об «амнистии» всем фальшивым диссертациям, защищенным больше трех лет назад.

Ссылка на загадочных неназванных «юристов», которые запретили министру «нормативным актом ухудшать положение человека», выглядит странно. В результате их усилий, наоборот, сложилась поразительная по своей нелепости коллизия сроков, дважды изменившихся туда и обратно: из-за того, что «срок давности» имел сначала десятилетнюю продолжительность, потом трехлетнюю, а затем опять десятилетнюю, оказалось, что диссертанты, защитившиеся, скажем, в 2008 году (когда действовала 10-летняя норма), теперь радуются трехлетнему сроку давности, а бедолаги, чья защита пришлась, к примеру, на 2012 год (когда срок был 3-летний), теперь будут «мучиться» полные десять лет. Такие нелепости случаются, когда норма вставляется в готовый текст впопыхах, в последнюю секунду. Но именно затем и нужна министерская воля, чтобы эту торопливую глупость отрегулировать в соответствии со здравым смыслом и законом.

Короче говоря, трудно себе представить, чтобы отраслевое постановление, которое, как выяснилось за несколько лет его применения, помогает мошенникам и аферистам уйти от ответственности и позволяет тысячам самозванцев разгуливать с фальшивыми дипломами об их «ученых степенях», нельзя было отменить. Мало ли на свете случалось неудачных инструкций, распоряжений, регламентов и уложений, которые как появились на свет, так и канули в небытие без следа?

Именно такого решения — простого и справедливого — требуют от министра и правительства в целом тысячи (ТЫСЯЧИ!) ученых, подписавших заявление о необходимости отмены абсурдного «срока давности». Чуть позже эти же ученые выпустили и второе заявление — о нелепой ситуации вокруг фальсифицированных диссертаций Павла Астахова: ВАК вроде согласилась эти диссертации рассмотреть, но в то же время заранее сообщила, что не вправе будет принимать во внимание результаты этого своего же рассмотрения.

Министр Ливанов и знающие люди

На вопрос корреспондента о том, не считает ли министр, что деятельность «Диссернета» положительна, поскольку он вскрывает проблему фальсификации ученых званий в России, Дмитрий Ливанов решительно отрезает: «Они не вскрыли ее, для знающих людей она была очевидна».

И потом продолжает: «Мы считаем правильным вести проверку того массива диссертаций, который у нас сейчас накопился в электронном виде. Проверить все диссертации просто технически невозможно, потому что затраты времени колоссальные — я говорю не про машинную проверку, ценность которой очень низкая, а про содержательную экспертную работу. И 50—60 тысяч диссертаций, защищенных после 2000 года, проверить сплошным способом невозможно за разумное время. Наша задача — найти и закрыть те диссоветы, где работают ученые, нарушившие научную этику…»

К сожалению, действительность не позволяет нам отнестись к словам министра с полным доверием. И вот один немаловажный, на дилетантский, наивный взгляд наших экспертов, пример.

31 декабря 2013 года (именно тридцать первого декабря, совершенно непонятно, почему в этот странный день, но хорошо, предположим, что он ничуть не хуже остальных 364 дней в году) Высшая аттестационная комиссия (ВАК) при Министерстве образования и науки Российской Федерации опубликовала свои решения о формировании в новом составе экспертных советов по различным отраслям науки. Эти экспертные советы по существу являются высшими арбитражными инстанциями в соответствующих научных областях. Именно им предоставлено право разбираться с разного рода спорными и конфликтными ситуациями в процессе научной аттестации, рассматривать апелляции, устранять сомнения, определять правых и виноватых и т.п.

Казалось бы, в условиях, когда «для знающих людей очевидна» катастрофическая ситуация в диссертационной сфере, да еще и имеются грандиозные планы «вести проверку того массива диссертаций, который у нас сейчас накопился», именно на экспертные советы ложится особая ответственность, а к составам их должны быть применены особенно строгие требования, чтобы авторитет их оказался непререкаем, а решения — безусловно уважаемы научным сообществом.

©Александр Миридонов/Коммерсантъ

Однако в новых — именно в НОВЫХ, только что сформированных — составах экспертных советов обнаруживаются поразительные чудеса.

В новейшем составе экспертного совета ВАК по отраслевой и региональной экономике присутствуют:

— Валерий Владимирович Минаев — председатель Диссовета 212.198.01 при Российском государственном гуманитарном университете (РГГУ), одной из самых грязных диссероделательных мастерских, известной также как «фабрика профессора Стерликова», где количество защищенных фальсифицированных работ измеряется десятками: вот таких, например, таких, таких, таких или таких. Да и сам профессор Минаев время от времени оказывается научным руководителем на работах, выглядящих как нелепый гербарий из кусков чужого текста;

— Евгений Борисович Смирнов из Диссовета 212.219.01 при Санкт-Петербургском инженерно-экономическом госуниверситете, отмеченный в качестве научного руководителя и оппонента на множестве вполне душераздирающих случаев, вроде таких, таких, таких или таких;

— Анатолий Юрьевич Егоров, которому в Диссовете 212.043.01 при замечательном учебном заведении с витиеватым названием Государственная академия профессиональной переподготовки и повышения квалификации руководящих работников и специалистов инвестиционной сферы (ГАСИС) тоже удалось добиться неплохих результатов на ниве научного руководства. Причем ему доверяли не каких-нибудь там случайных клиентов, а целых ректоров солидных образовательных учреждений, вродеректора СибАДИ, одного из крупнейших технических университетов Сибири, или, скажем, ректора Института экономики, управления и права при Нижегородском архитектурно-строительном университете;

— Татьяна Львовна Безрукова, с одинаковым успехом руководившая защитой нафаршированных заимствованиями работ, занявших почетные места в коллекциях «Диссернета», — то в Орле (Диссовет 212.182.02 при ОГТУ), а то в Воронеже (Диссовет 212.037.09 при ВГТУ);

— Александр Александрович Чурсин, опытный специалист по официальному оппонированию на фальсифицированных диссертациях вроде этой или вот этой;

— ну и совсем уж до кучи — не менее успешные в деле прикрытия фальшивок Н.В. Сироткина (оппонент на этой защите), М.И. Ломакин (оппонент здесь), В.З. Мазлоев (здесь);

И еще по крайней мере пять экспертов, фигурирующих в базе данных «Диссернета» в качестве «сопровождающих» фальсифицированные защиты, кстати, включая самого председателя экспертного совета — Бориса Николаевича Порфирьева (вот результат и его научного руководства).

Ровно под тем же углом зрения можно рассмотреть и второй новоназначенный экономический экспертный совет ВАК — на сей раз по экономической теории, финансам и мировой экономике.

Там немедленно обнаружится Надежда Ивановна Архипова, заместитель председателя все того же рекордно грязного («стерликовского») Диссовета 212.198.01 при РГГУ: вот это и вот это, к примеру, — лично ее достижения в нелегкой роли научного руководителя.

Или Басир Хабибович Алиев из Дагестанского госуниверситета (вот).

Или Татьяна Николаевна Агапова (вот и вот).

Или Владимир Семенович Балабанов (вот и вот).

Или Владимир Александрович Галанов (вот, вот, вот, вот и еще вот).

Или Ирина Николаевна Мысляева (вот, вот и особенно вот).

Или Николай Васильевич Тумаланов (это его).

Или Кайсын Азретович Хубиев (а это его).

Хватит? Или еще?

Нет уж, давайте дальше. Потерпите, господин министр, ничего страшного: рано или поздно вам надо было посмотреть на это своими глазами.

От экономики перейдем, ну, например, к только что сформированному экспертному совету ВАК по праву.

И в нем при первом же беглом осмотре тут же обнаружатся старые знакомые «Диссернета» — все те же мастера научного руководства и оппонирования на защитах фальсификаторов:

— Юрий Ефремович Аврутин, обычно обслуживающий клиентуру Московского университета МВД (раз, два, три и вот, скажем, четыре);

— Алик Галимзянович Хабибулин, оказывающий научноруководительские или оппонентские услуги там же (раз идва);

— Владимир Евгеньевич Сафонов из Российской академии правосудия (раз, два и еще три);

— Леонард Михайлович Колодкин, тоже из академии, но уже управления МВД РФ (у него так);

— Иван Николаевич Сенякин, опять правовая академия, однако теперь Саратовская (а тут так);

— Александр Филиппович Ноздрачев, столичный Институт законодательства и сравнительного правоведения (вот так).

А теперь мы всем «Диссернетом» хотели бы спросить у вас, г-н Ливанов: вы действительно уверены, что ситуация «для знающих людей очевидна»? Может быть, все же не так очевидна? Или, может быть, люди вокруг вас недостаточно знающие?

Потому что если люди «знающие», ситуация «очевидная», а назначения в экспертные советы делаются вот такие — то это может означать только то, что катастрофическая ситуация в руководстве российской научной аттестацией поддерживается ими намеренно. И при этом важнейшая контрольная инстанция осознанно наводняется кадрами, дискредитировавшими себя участием в криминальной индустрии фальшивых диссертаций. И это делает заведомо безнадежными всякие попытки хотя бы замедлить развитие этой индустрии, не говоря уж о том, чтобы искоренить ее.

«По нашим оценкам, — говорит министр Ливанов о фальсификациях, — 250—300 советов этим занимались на систематической основе. И цель — найти эти фабрики фальшивок, а людей, которые там выступали в качестве оппонентов или научных консультантов, внести в черный список и запретить им впредь этой деятельностью заниматься. Исправить ситуацию можно только так — добиться, чтобы в будущем такие нарушения были невозможны…»

Ну и? Это вы таким удивительным способом «добиваетесь»? Рассовывая этих самых людей теперь еще и по экспертным советам? Или вы все-таки просто не в курсе?

При этом хорошо бы обратить внимание, что вновь сформированные экспертные советы, к которым мы только что бегло присмотрелись, будут работать не в тех отраслях науки, которые министр пренебрежительно (и во многом справедливо, наверное) называет пережитками процесса, в результате коего «высвободилось огромное количество преподавателей и ученых в области марксизма, политэкономии и научного коммунизма». Это не какое-нибудь тухлое «управление народным хозяйством», не безграмотная «политология» на российский манер, не примитивная профанация «социальной антропологии» или бессмысленные «теории коммуникаций». Это ключевые для развития российского общества и государства области права и экономики.

Дмитрий Ливанов отзывается о деятельности «Диссернета» как об «акции», которая «не имеет никакого отношения к естественному желанию научного сообщества очистить свои ряды от фальсификаторов и халтурщиков». При этом для доказательства своей позиции он вынужден опускаться до довольно примитивной демагогии: он негодует, что эксперты сообщества «на своем сайте размещают только негативные результаты» и поэтому, дескать, «человеку, который вообще в эту проблематику не погружен, кажется, что все ученые — жулики и обманщики». Тут хотелось бы порекомендовать г-ну министру просто заглянуть на досуге в ближайшее отделение полиции и поинтересоваться там у дежурного офицера, отчего это на доске «Внимание, розыск!» совершенно не заметно портретов честных людей, а вывешены одни только жулики да убийцы.

Проблема в том, что как раз в деятельности самого же министерства не видно того самого «естественного желания очистить». И нам для того, чтобы утверждать это, достаточно просто присмотреться к конкретным действиям — а чаще всего бездействиям — подчиненных г-на Ливанова. Вот таким, например, как триумфально завершенный ими только что процесс: вузовских торговцев фальшивыми дипломами они умудрились наделить функциями верховных арбитров и контролеров в ваковских экспертных советах.

Министр Ливанов и нарушители этики

А теперь последнее.

Министр образования и науки России неожиданно делится с читателями своего интервью удивительным откровением: «По большому счету, если бизнесмен купил диссертацию, потом пришел с ней в диссовет, заплатил деньги, зачитал что-то по бумажке и получил ученую степень — он в данном случае научную этику не нарушил, потому что не является ученым». Эта потрясающая фраза сказана им все для того же, чтобы объяснить собеседнику, что «Диссернет» занят не тем, не так, не там и не в то время.

Но нам хотелось бы напомнить о принципе, который эксперты и репортеры сетевого сообщества снова и снова подчеркивают в своих публикациях. «Диссернет» занят борьбой не с нарушениями научной этики, а с нарушениями этики как таковой. В конечном итоге нас интересует не проблема фальшивых диссертаций и даже не проблема диссертаций вообще. Нас интересует проблема фальшивых репутаций. Если хотите, проблема лжи. Просто метод анализа диссертаций оказался удивительно продуктивным и эффективным для изучения той эпидемии тотального вранья, лицемерия и подлога, которой сегодня охвачена российская, с позволения сказать, элита.

Министр Ливанов не может этого не понимать. Но, судя по его словам, министр Ливанов не может этого и не бояться. Хотел бы, но не может. Вот просто не может — и все.

При подготовке текста использованы аналитические материалы ведущего эксперта «Диссернета» Андрея afrikanbo Ростовцева.

Источник: COLTA.ru

В действительности в этом нет ничего удивительного. Это природное явление, осознанное еще древними: на каждое действие всегда имеется противодействие. Противодействие, в том числе, и здравому смыслу. Как это ни парадоксально звучит, исключений из этого правила не бывает.

Не так давно на медицинском факультете университета Гейдельберга, одного из ведущих научных центров Германии, был организован целый научный форум, посвященный важному вопросу: лишать или не лишать ученой степени коллегу из университетской клиники доктора медицинских наук Nalan Kayhan. Дело в том, что незадолго до этого дотошное немецкое сообщество по разоблачению липовых ученых VroniPlag опубликовало исследование диссертации Nalan Kayhan, которая оказалась на три четверти плагиатом более ранних чужих работ, включая работы ее научного руководителя. Да, признало ученое собрание, есть заимствования, но, как говорится, в этом случае друг Платон нам дороже истины. Люблю немецкий язык за предельную ясность формулировок! «Die wissenschaftliche Integrität» («научное единство») — это то, что, по мнению ученого собрания университета Гейдельберга, стоит существенно выше всяких фальсификаций, научного подлога и обвинений в плагиате, будь он хоть стопроцентный.

Фото: ИТАР-ТАСС

Эта нашумевшая немецкая история вспомнилась мне в связи с недавно прошедшими выборами директора Института стран Азии и Африки (ИСАА) МГУ, ведущего в стране учебного заведения в области востоковедения. Незадолго до этого события основной претендент на пост директора института, полковник запаса и бывший главный федеральный инспектор по Москве профессор И.И. Абылгазиев, оказался в центре скандальной истории, связанной с обнаружением в его диссертации на степень доктора исторических наук обширных многостраничных заимствований из чужих работ. Подобно гейдельбергским коллегам профессора-востоковеды МГУ собрали Ученый совет по вопросу доверия будущему директору. Видеозапись этого ученого собрания была выложена в интернете, а затем почему-то удалена. Но я всё же успел ее просмотреть. Вот сидят ведущие в стране китаисты, японисты, тюркологи и прочие «исты» и «ологи» и внимательно слушают выступление своего коллеги о том, какой он белый и пушистый, и что диссертацию он писал сам от начала до конца, и что понятия не имеет, откуда, с какой стороны к нему присосались эти чужие тексты. Единственное объяснение этому загадочному явлению он видит не больше не меньше, как в заговоре. По словам профессора, враги, распространяя информацию о плагиате в диссертации, пытаются опорочить имя ректора МГУ, доверенным лицом которого был профессор  И.И. Абылгазиев. Видимо, те же враги выкрали незаконченную диссертацию профессора и быстро-быстро опубликовали главы из нее в виде собственного научного исследования, выставив безупречную научную репутацию маститого ученого в дурном свете. Нет-нет, это не мои досужие домыслы — всё это звучит с высокой трибуны ученого собрания.

Результат тайного голосования по вопросу доверия будущему директору ИСАА, как рассказал участник форума историк-антиковед член-корреспондент РАН Аскольд Иванчик: 21 член совета доверяет директору, 10 не доверяют, 7 бюллетеней недействительных. Заметьте, голосование было тайным.

Логический итог этих историй очевиден: в обществе потребления, как в нашем, так и в западном, существует заметный запрос на консерватизм. При этом общество ради консерватизма готово жертвовать многим: академией наук, детьми-сиротами и самим здравым смыслом. Последним барьером на этом пути, как оказалось, становится личное материальное благосостояние, пожертвовать которым готовы немногие. На эту тему очень метко выразился один из профессоров столичного университета, когда узнал, что его коллега, на протяжении многих лет стоявший у руля раздачи списанных диссертаций и липовых ученых степеней (а организованы целые конвейеры по изготовлению этой продукции, вот, например, один из них), теперь взял под контроль бюджет учебного заведения. К сожалению, привести это выражение не позволяет цензура. Так что «итегритет» интегритетом, а денежки врозь.

Андрей Ростовцев

Источник: Ежедневный журнал.

Андрей Ростовцев. Фото: dissernet.org

О том, как вырос за истекший год проект «Диссернет», какие рассадники научной туфты помогли разоблачить его участники и как на разоблачения реагирует власть, в своей лекции на «Газете.Ru» рассказал создатель «Диссерорубки профессора Ростовцева».

Как сообщество единомышленников «Диссернет» оформился в конце февраля 2013 года. Тогда же были созданы программы, позволившие визуализировать тот ужас, который частенько скрывается под твердой обложкой некоторых «научных трудов».

Казалось, стоило приоткрыть какой-нибудь не так давно защищенный труд любого высокопоставленного чиновника, как оттуда весело выскакивали раскрашенные в различные цвета многостраничные куски текста, заимствованные из более ранних чужих работ или просто скопированные из интернета.

Синдром первооткрывателя — сильнейшее эмоциональное состояние.

Открывшийся масштаб и уровень бесстыдства липовых кандидатов и докторов наук обескураживал. Наверное, поэтому в первые месяцы своего существования «Диссернет» ударился во все тяжкие и подсел на троллинг как разновидность спортивного пехтинга. Но со временем в среде участников сообщества «Диссернет» возобладал научный подход к делу. Ведь недаром среди его участников много действительно ученых. В чем же проявился этот научный подход?

Во-первых, была создана база данных липовых диссертаций.

Это мощнейший инструмент, позволяющий визуализировать связи в этом преступном (по отношению к науке) мире. Например, Вася Пупкин защитил диссертацию, списанную с диссертации Лены Попкиной. Оказалось, что у Лены и Васи был один общий официальный оппонент. Далее этот общий текст случайно всплывает в совсем другой, третьей диссертации, научным руководителем которой «чисто случайно» является непосредственный начальник того самого оппонента и заодно заместитель председателя диссертационного совета некоего заборостроительного НИИ.

Заборостроительный НИИ регулярно выступает в качестве ведущей организации для диссертантов, защищающихся в одном из столичных университетов на факультете управления гравицапами, профессора которого формально числятся совместителями в провинциальном заборостроительном НИИ.

На гравицапском факультете прошла защита полностью «скопипащенной» диссертации крупного столичного чиновника, который тут же получил повышение по службе и привел за собой в команду Васю Пупкина и Лену Попкину.

Это распределенная кровеносная система, в которой обращаются по несколько раз одни и те же персонажи, повязанные между собой фальсификациями и подлогами в отношении академической этики.

Метастазы по этой кровеносной системе проникают в жизненно важные для страны органы — в аэрокосмическую отрасль, недропользование, юриспруденцию, военно-промышленный комплекс, фармакологию, атомную энергетику.

Во-вторых, за этот год был создан комплекс программ, позволяющих проверять в потоке все без разбора диссертации, защищенные в этом тысячелетии. Сообщество «Диссернет» часто обвиняют в тенденциозности и ангажированности в отношении авторов липовых диссертаций. Это, возможно, и имело место на самом первом этапе развития сообщества, когда в отборе диссертаций для проверки присутствовала заметная доля ручного труда, но это давно уже не так. Действительно, программа поиска списанных диссертаций работает в автоматическом режиме 24 часа в сутки семь дней в неделю, выдавая на-гора все без каких-либо предпочтений случаи, в которых имеются серьезные подозрения на плагиат (в житейском, а не в юридическом смысле). После проверки таких случаев они попадают в базу данных и, если сами по себе они представляют небольшой общественный интерес, они посредством своих связей вносят неоценимый вклад в визуализацию той кровеносной системы, о которой шла речь выше (подробнее — в моем блоге).

Широко распространен и другой миф, связанный с Диссергейтом. Почему-то многие уверены в том, что липовые диссертации приобретают для себя чиновники и бизнесмены. Да, это тоже верно, но, как оказывается, гораздо шире такое явление распространено в сфере образования.

В среднем на одного липового ученого-бизнесмена или чиновника приходится около десяти сотрудников из сферы образования, от директора школы или доцента кафедры до профессоров и ректоров университетов.

Казалось бы, парадокс: наиболее часто липовые диссертации встречаются отнюдь не среди депутатов Госдумы (хотя и они далеко не сахар), а именно среди ректоров многочисленных государственных и частных вузов. Чем мне нравится «Диссернет», так это тем, что он, подобно рентгеновскому снимку, позволяет увидеть очаг болезни, разглядеть то, каким образом в нашем обществе отрицается здравый смысл, истоки современной лысенковщины, генезис «законов подлецов» и окончательной «реформы» Академии наук.

Очаг этой болезни, по моему глубокому убеждению, находится в сфере образования.

Коли говорить о мифах, то представлю вниманию читателя еще один. Часто можно встретить суждение, что во всем виноваты многочисленные конторы, наперебой предлагающие «консультационные» услуги по написанию дипломов и диссертаций. В действительности их роль в налаженной индустрии научного фальшака близка к нулю. Мощные источники фальсификации научной деятельности надежно оберегаются теми, кто эту деятельность изображает в стенах различных вузов и академий. С набором статистики в сообществе «Диссернет» такие фонтаны научной липы не увидеть уже невозможно. Если не вдаваться в технические подробности,

то географически три наиболее мощных фонтана псевдонаучной туфты расположены в высших учебных заведениях Москвы, Питера и на Кавказе.

Это сразу заметно по тому, как перетасовываются тексты диссертаций внутри сложившихся научных школ, представляющих такие фонтаны. Справедливости ради необходимо отметить, что в уходящем году московский фонтан заметно снизил свою активность, а министр правительства Москвы, руководитель департамента науки, промышленной политики и предпринимательства города А.Г. Комиссаров после обнаружения в его диссертации масштабных некорректных заимствований написал заявление в ВАК с просьбой аннулировать защиту этой диссертации.

Мужественный, достойный уважения поступок.

Каждая новая липовая научная работа обычно состоит из комбинации глав диссертаций, защищенных ранее внутри данной научной школы. Корпус используемых текстов для изготовления новых липовых диссертаций является золотым фондом научной школы и в то же время табу для соседней с ней школы конкурента. Это и понятно: раздел сфер влияния.

Наконец, как нетрудно было догадаться с самого начала, и это наглядно показано на статистике сообщества «Диссернет», набранной за 2013 год, кровеносные сосуды рассматриваемый нами системы питают ее мозг.

Система таких сосудов объединена в очевидные группы: юридическую, экономическую, техническую и т. д. Причем каждая из них имеет еще свои подразделения по географическому принципу. Так, в экономике выделяются две московские, питерская и уральская школы. Каждая из них имеет своего представителя в комиссии (ВАК) либо в экспертном совете ВАК.

Понятно, почему так сложно удовлетворяются апелляционные жалобы даже в случаях очевидного научного подлога. Примеров этого не счесть. За уходящий год от сообщества «Диссернет» в ВАК было подано несколько десятков апелляционных жалоб… Лоббирование трехлетнего срока рассмотрения таких жалоб также не случайно. Как-то на днях в интервью корреспонденту France-Presse я рассказывал о находках «Диссернета», на что дама на том конце телефонной линии, видимо, плохо знакомая с реалиями нашей жизни, дрожащим голосом произнесла: «Так это ведь коррупция».

Да, именно это оно и есть, было и будет есть.

Не устану повторять, что глубоко заблуждаются те, кто утверждает, что в современной России сложился рынок липовых научных степеней. Нет. У нас функционирует институт липовых научных степеней, и в этом заключается принципиальное отличие нас от остального цивилизованного мира.

Андрей Ростовцев.

Источник: Газета.ру.

Наивны те, кто все еще верит, что свершившаяся реформа РАН принесет более-менее ощутимые плоды. Разве что горькие… Прежде чем развалить академию, реформаторы наглядно показали всем модель будущих преобразований на примере объединения четырех ядерных физических институтов в НИЦ «Курчатовский институт». Самый известный в мире Институт теоретической и экспериментальной физики (ИТЭФ) спустя два года после той «демо-реформы» науки разваливается на глазах. Из ИТЭФа, который с легкой руки одного американского профессора уже успели окрестить «ГУЛАГ-лайт», вынуждают уходить выдающихся ученых, докторов, обладателей престижных мировых премий. Отчего это происходит, попыталась выяснить корреспондент «МК» Наталья Веденеева.

— Почему уходят? — повторяет мой вопрос уволенный недавно с должности заведующего лабораторией физики элементарных частиц, а затем и уволившийся совсем доктор физико-математических наук Андрей РОСТОВЦЕВ. — Из-за упавших ниже плинтуса зарплат, из-за дикого авторитарного режима. Чиновники и кадровики нам, ученым, диктуют теперь, какие направления ядерной физики следует развивать, а какие не следует. Не пускают на порог наших зарубежных коллег, с которыми мы работали годами. И так далее, и тому подобное.

Самому Ростовцеву так и не объяснили, с какой формулировкой он отстранен от должности. Личные счеты? Это было бы еще полбеды. Еще до Ростовцева директор института Юрий Козлов (по словам многих в ИТЭФе, давно забывший, что такое научные исследования, и превратившийся в обычного послушного функционера) распрощался со своим замом Михаилом Даниловым. Никак не мог договориться с мировым светилом! Доктор наук, член-корреспондент РАН Данилов смело защищал науку, говорил о необходимости свободы для ученого, повышения зарплаты, настоящей международной экспертизы в вопросах выбора ведущих направлений в институте. Но директор Козлов услышал только то, что «Данилов создавал в институте атмосферу неприятия реформы РАН» (формулировка директора — Прим. авт.). Впрочем, Козлову не позволили его выгнать, коллеги отстояли светило науки. Многие заявили прямо: если уволите Данилова, уйдем и мы. В итоге обладатель двух престижнейших международных премий — Макса Планка и Карпинского, физик, поднявший ИТЭФ в трудные 90-е годы, остался в родном институте, правда, в качестве рядового сотрудника. Он не уходит, потому что не может бросить свои научные группы, своих аспирантов, потому что, кроме Данилова, координировать их работу просто некому.

Продолжение на МК.ru

«На меня в ИТЭФе объявили охоту. Сотрудники административного отдела приходят в восемь утра к дверям моего офиса, садятся и ждут меня до пяти вечера, чтобы вручить какую-то таинственную бумагу — видимо, уведомление об увольнении», — рассказал Ростовцев.

По его мнению, «охота» на него не связана с его активностью в проекте «Диссернет» по поиску списанных диссертаций. Ростовцев в институт не ходит, люди посменно продолжают дежурить у его дверей уже месяц. В ИТЭФе эту ситуацию назвали «Дом-3».

О том, что вышло распоряжение о его увольнении с должности руководителя лаборатории, Ростовцеву сообщили коллеги по лаборатории.

«Студенты ко мне приезжают домой, я с ними работаю. Пока ситуация в институте не изменится, появляться там я не планирую, раз в моем институте на меня ведется охота», — отметил Ростовцев.

«Думаю, что это мелкая месть директора Курчатовского института Ковальчука за проект«Спаси ИТЭФ», за то, что постоянно говорю о том, что происходит в науке и кто в этом виноват», — резюмировал Ростовцев.

Источник: Газета.ru