По словам П. Кузьменко, на текущий момент в систему Scopus входит 345 российских журналов. Это количество могло быть гораздо выше, если бы журналы соблюдали необходимые требования по включению в индекс цитирования Scopus. За период 2011–2013 гг. из 48 журналов, которые дошли до стадии рассмотрения экспертной комиссии  Scopus, лишь 12 (25%) были приняты. Всего же за отчетный период, по словам Кузьменко, было получено более 500 заявок от российских журналов. Но по тем или иным причинам подавляющее большинство из них не соответствовали требованиям Scopus.

О том, как российским журналам попасть в реферативную базу данных и индекс цитирования Scopus в своём докладе подробно рассказала консультант-эксперт Scopus, директор Учебно-консультационного центра НП НЭИКОН Ольга Кириллова. «Русский язык не является препятствием, чтобы попасть в Scopus» – подчеркнула О. Кириллова в начале своего выступления. Вместо того, чтобы концентрироваться на языковом барьере, гораздо важнее учитывать множество других нюансов издательской деятельности. Так, по словам Кирилловой, для того, чтобы войти в Scopus журналу в частности необходимо объединить усилия коллективов нескольких научных организаций. «В Scopus не могут войти «домашние» или «локальные» журналы» – подчеркнула Кириллова.

В числе других проблем, по которым российские журналы не проходят в базу данных, по словам Кирилловой: невыполнение международных издательских стандартов, узость проблематики публикаций, ненадлежащий уровень рецензирования, плохое качество авторских резюме, плохое издательское оформление журнала и другие нюансы. О том, как решить эти проблемы Кириллова по возможности рассказала аудитории, ответив на вопросы зала. Павел Кузьменко в свою очередь рассказал аудитории о преимуществах использования предложения Elsevier Production & Hosting, предназначенного для размещения  журнала на платформе ScienceDirect с увеличением потенциальной аудитории до 11 млн. научных работников в 70 странах. Программа Production&Hosting также может являться эффективным иструментом подготовки журнала к индексированию в Scopus и увеличения его международной значимости.

В рамках мероприятия отдельно подняли вопрос материальной поддержки ФАНО России институтов в вопросе подписки на Scopus. По словам Павла Кузьменко, вместе с Агентством Elsevier уже запустило специальную программу по подключению к Scopus по льготной цене, которая действует до 31 мая 2015 года. Кроме того, идут переговоры о том, чтобы обеспечить доступ к системе Scopus как минимум для пяти ключевых библиотек РАН.

Презентации докладчиков:

– «Как использовать БД Scopus и платформу Science Direct от Elsevier для повышения международной значимости научных журналов» (П. Кузьменко) (здесь);

– «Критерии отбора и рекомендации по подготовке журнала в индекс цитирования Scopus» (О. Кириллова) (здесь);

– «Программа Production & Hosting от Elsevier – эффективный способ подготовить журнал к индексированию в Scopus и увеличить его конкурентоспособность за счет многократного увеличения качественной аудитории» (П. Кузьменко) (здесь).

Источник: официальный сайт ФАНО, 8 декабря 2014 г.

См. также: ФАНО России провело в Томске методический семинар по использованию информационных ресурсов Thomson Reuters (пресс-центр ФАНО, 10.12.2014)

В недавно опубликованном той же компанией списке 3215 ученых, которые наиболее часто цитируются в своей научной области, только 5 человек указали Россию как место своей основной работы, еще 4 указали российскую организацию в качестве вторичной аффилиации.

За последний год были приняты некоторые меры, по идее призванные модернизировать организацию российской науки. Институты РАН были выведены из академии и подчиненыФедеральному агентству научных организаций (ФАНО).

Изменилось ли что-нибудь в институтах, которые избавились от «гнета академиков»? Практически ничего, кроме резко возросшего бумагооборота.

Конечно, год не очень большой срок, но ведь должен же быть, по крайней мере, какой-нибудь план действий ФАНО — уже пора. Если верить недавно опубликованным документам, ФАНО собирается заняться увлекательным делом группировки институтов в федеральные и региональные научные и исследовательские центры, их переименованием в национальные исследовательские институты и т.д.

Они работать не будут, коль скоро не затрагивают главного — самого исследователя, активно работающего в науке.

Мне уже приходилось писать, что наука сразу же начнет развиваться ускоренными темпами, если создать в России систему, обеспечивающую для хорошо работающих ученых ощущение надежности жизненной траектории. Это означает, что если у молодого ученого «получается» работать в науке на мировом уровне, то (а) он должен на всех этапах своей карьеры получать высокую зарплату; (б) он должен вовремя получить возможность организовать собственную научную лабораторию для реализации своих замыслов; (в) он должен иметь достойное обеспечение в старости. Причем все это — вне зависимости от отношения к нему начальства.

Организация науки, при которой достигается надежность жизненной траектории активно работающих ученых, является базовой ценностью для членов Совета по науке при Минобрнауки. Если посмотреть на наши решения, которые были приняты с апреля прошлого года, то все они в той или иной степени направлены на это. С этих позиций мы подходили и к разработке методических рекомендаций по распределению субсидий в рамках государственного задания между научными учреждениями, которая была начата МОН несколько месяцев назад. На заседании совета по науке 22 октябрямы одобрили основные принципы этого документа, которые излагаются ниже (при этом полный текст документа будет вскоре доработан с точки зрения технических деталей и опубликован для общественного обсуждения).
Необходимость разработки таких рекомендаций понятна: до сих пор размер субсидии, которую государство выделяло тому или иному институту, практически не зависел от качества его работы и был напрямую связан со штатным расписанием, то есть с числом работников. Неэффективность такой системы очевидна.

Но по ходу работы над методическими рекомендациями стало очевидно, что уравниловка существует не только по отношению к средствам, выделяемым разным институтам, но и по отношению к оплате труда различных лабораторий, а также отдельных научных сотрудников.

Иными словами, необходимо, чтобы в размере субсидии, которую получает научное учреждение, были выделены средства, направленные на адресную поддержку ведущих лабораторий, а также ведущих исследователей.

С учетом этой триады — институт, лаборатория, научный сотрудник — в ходе обсуждений с сотрудниками профильного департамента науки и технологий МОН возникла идея разделить общую субсидию от государства на науку на три части — общую, проектную и индивидуальную. При этом индивидуальная часть направлена на адресную поддержку ведущих исследователей, проектная — на поддержку ведущих лабораторий, а общая — на все остальное, в том числе на поддержание научной инфраструктуры института.

Размер всех трех частей для разных институтов должен быть разным, то есть определяться не «по головам», а по результатам работы.

При этом ведущие ученые, которые получат адресную поддержку в виде госсубсидии, должны определяться в ходе открытого конкурса — своего для каждого федерального органа исполнительной власти (ФОИВ), в систему которого входят научные учреждения. Большая часть членов Совета по науке считают, что в данном случае был бы более уместен федеральный конкурс на звание «федеральный профессор», но мы согласились с аргументами МОН, что такой подход требует длительных дополнительных согласований. Поэтому можно рекомендовать пока проводить такой конкурс в рамках каждого ФОИВа (например, в рамках ФАНО), это уже будет большим шагом вперед. Предполагается, что за счет средств субсидии институту победитель конкурса адресно получит высокую заработную плату, а также «пакет возможностей» в виде ежегодных средств на командировки, расходные материалы и т.д. (разумеется, этот «пакет» должен зависеть от области науки). Методическими рекомендациями предусмотрено, что при смене ведущим ученым места работы субсидия на его адресную поддержку следует за ним в новый институт.

Точно так же проектная часть могла бы определяться в результате открытого конкурса проектов на статус ведущей лаборатории (своего для каждого ФОИВа).

Оставшаяся часть субсидии (за вычетом индивидуальной и проектной части) имеет общеинститутский характер. Разумеется, ее размер должен определяться не только «по головам», но зависеть и от работы института как целого — методические рекомендации дают способы расчета такой зависимости. В первую очередь эта «общая» часть госсубсидии направлена на сохранение научной инфраструктуры (например, на заработную плату инженеров, поддерживающих уникальные экспериментальные установки института).

Однако на переходный период сюда же должна войти оплата труда сотрудников, не получивших статус ведущих исследователей и не относящихся к победившим на конкурсе ведущим научным лабораториям.

Тем самым мы предлагаем, чтобы финансирование таких сотрудников в какой-то степени осуществлялось по остаточному принципу, но у них будет шанс через год подать на конкурс ведущих исследователей либо войти в состав победившей на конкурсе ведущей лаборатории. В методических рекомендациях предлагается, что в первый год введения описанной системы размер общей части субсидии не может превышать 80%, во второй год — 60%, в третий год — 40%.

Когда эта система вступит в силу, целесообразно установить, что число работающих в институте ведущих исследователей и число созданных ведущих лабораторий являются одними из основных индикаторов успешности работы директора.

Это послужит мощным стимулом к тому, что центральной фигурой в научных институтах станут не администраторы, а ведущие ученые.

В целом представляется, что реализация мер, предусмотренных в методических рекомендациях по распределению субсидий в рамках государственного задания между научными учреждениями, приведет к повышению эффективности российской науки и создаст условия, при которых у успешно работающих в науке молодых ученых будет возникать ощущение надежности жизненной траектории.

Источник: газета.ru, 28 октября 2014 г.

Фото: С. Тихомиров / Коммерсантъ

Читать полностью: «Коммерсантъ».

Александр Ъ-Черных

Насколько недостижима для российской науки доля в 2,44 % от мировой научной периодики?

Указом Президента РФ от 7.05.2012 № 599 «О мерах по реализации государственной политики в области образования и науки» российскому научному сообществу была поставлена задача «увеличения к 2015 году доли публикаций российских исследователей в общем количестве публикаций в мировых научных журналах, индексируемых в базе данных „Сеть науки“ (Web of Science), до 2,44 %».

Что же это такое — современная «Сеть науки» (Web of Science), которая неоднократно упоминается в официальных документах?

Если открыть «Википедию», то можно найти следующее: Web of Knowledge (предыдущее название — ISI WebofKnowledge) — поисковая платформа, объединяющая реферативные базы данных публикаций в научных журналах и патентов, в том числе базы, учитывающие взаимное цитирование публикаций, разрабатываемая и предоставляемая компанией Thomson Reuters. Web of Knowledge охватывает материалы по естественным, техническим, биологическим, общественным, гуманитарным наукам и искусству. Платформа обладает встроенными возможностями поиска, анализа и управления библиографической информацией.

В начале 2014 года платформа Web of Knowledge была переименована в Web of Science, и теперь она состоит из следующих баз данных:

Arts & Humanities Citation Index®;
Biological Abstracts®;
Biosis Citation Index®;
Biosis Previews®;
Book Citation Index;
CAB Abstracts;
CAB Global Health;
Chinese Science Citation Database;
Conference Proceedings Citation Index®;
Current Chemical Reactions;
Current Contents Connect®;
DataScitationIndexTM;
Derwent Innovations IndexSM;
Derwent World Patents Index™;
Food Science And Technology Abstracts® (FSTA);
Index Chemicus;
Inspec®;
Medline®;
Science Citation Index® Expanded;
SciELO Citation Index;
Social Sciences Citation Index®;
Zoological Records®;
COMING SOON KCI Korean Journal Database.

Таким образом, с 2014 года все эти 23 базы, соответствующие аналитические инструменты и всё-всё остальное официально называются Web of Science  (см. http://thomsonreuters.com/products/ip-science/04_062/wos-next-gen-brochure.pdf).

Те же семь баз, которые раньше назывались Web of Science,

Arts&HumanitiesCitationIndex®,
ScienceCitationIndex® Expanded,
SocialSciencesCitationIndex®,
BookCitationIndex,
CurrentChemicalReactions,
IndexChemicus,
ConferenceProceedingsCitationIndex®,

теперь называются Web of Science Core Collection (см. http://thomsonreuters.com/products/ip-science/04_064/wos-core-collection-br-en.pdf).

Если раньше, при учете только этих семи баз данных, доля российских публикаций была примерно 1,6 %, то даже без учета бразильской, китайской и корейской национальных баз данных (SciELOCitationIndex, ChineseScienceCitationDatabase и KCIKoreanJournalDatabase) доля российских публикаций становится меньше процента. Даже если удастся добавить национальную российскую базу к этим 23 базам данных, как нам обещает презентация проекта «РИНЦ на платформе Web of Science» (см. http://elibrary.ru/projects/conference/turkey2014/conf_2014_1_info.asp), то все равно доли публикаций в 2,44 % в этой новой  Web of Science российской науке не достичь.

Легко также заметить, что в этот расширенный список баз данных  Thomson Reuters Web of Science добавлены профессиональные базы данных по биологии, медицине, химии, зоологии и т.д., но не вошли профессиональные базы данных по астрономии, физике, математике, например Computer Science, что также приводит к значительному перекосу числа публикаций по областям знаний в этом расширенном Web of Science.

К сожалению, наши чиновники неспособны не только создать свои собственные инструменты для оценки публикационной активности, но и даже своевременно отреагировать на изменения в существующих коммерческих продуктах. Поэтому, например, в объявлении об открытом публичном конкурсе на получение грантов Российского научного фонда по-прежнему говорится о публикациях в изданиях, индексируемых в базах данных «Сеть науки» (Web of Science), хотя после переименований прошло уже больше 3 месяцев

Вот только что эта «Сеть науки» обозначает — 23 базы данных из переименованной платформы  Thomson Reuters Web of Science или 7 баз данных, которые раньше назывались Web of Science, а теперь называются Web of Science Core Collection?

Профессор Санкт-Петербургского государственного университета

Андрей Цыганов

Источник: Научное обозрение

Автор
С.М. Гусейн-Заде, профессор Механико-математического факультета МГУ

Сборник трудов
«Управление большими системами». Специальный выпуск 44. Наукометрия и экспертиза в управлении наукой, 2013. Стр.422-435.

Статья в формате pdf.