Фото: Ольга Рябцова

Члены комиссии по культуре и сохранению историко-культурного наследия Общественной палаты предлагают изменить концепцию преподавания литературы на «более воспитательную». Также по аналогии с единым учебником истории члены палаты предлагают создать линейку учебников по литературе, свободных от двойных стандартов и выверенных стилистически. Об этом «Известиям» рассказал председатель комиссии Павел Пожигайло.

— Сейчас в концепции преподавания литературы преобладает критерий получения эстетического удовольствия. Мы же считаем, что основой концепции должно быть целеполагание. И главная цель — воспитательная. Литература должна формировать у человека систему моральных и нравственных ценностей, чтобы по окончании школы они могли сами определять, что добро, а что зло, что такое совесть, правда, любовь, свобода, патриотизм. Самое главное — побуждение ребенка к собственному восприятию, оценке, к формированию некоторого внутреннего иммунитета, в какой-то степени даже к формированию совести. Учитель должен быть очень тонким и аккуратным поводырем, который не давит на ученика, что может вызвать некий антагонизм, но и не дает полную свободу, потому что все-таки юная неокрепшая душа в этой свободе может заблудиться, — говорит Пожигайло.

Это первая попытка систематизации преподавания литературы в истории современной России, продолжает общественник. До революции 1917 года предмета «литература» не было, была «словесность». В советские годы учебники по литературе были идеологизированы, вследствие чего туда не попали авторы, не признанные советским руководством. После перестройки, по словам Павла Пожигайло, не было вообще никакой системы, один разброд и шатание.

— Так что мы впервые пытаемся выстроить систему преподавания предмета. В 16 лет у человека должно быть сформированное представление о моральных ценностях, в соответствии с которыми он и определяет отношение к семье, детям, старикам. Можно сказать, что наша задача — формирование достаточно хорошего человека, — добавляет он.

Так же как и в случае с единым учебником истории, формирование единого учебника по литературе будет проходить в несколько этапов. Первый — разработка концепции — уже завершен. Ее члены комиссии по культуре и сохранению историко-культурного наследия представят на обсуждение представителей Министерства образования, депутатов Государственной думы и членов Совета Федерации из профильных комитетов уже 15 мая. Следующий шаг — это разработка учебной программы, которая ляжет в основу написания учебников. Заключительная стадия — непосредственно работа по созданию новой серии учебников.

Напомним, что первой идею по формированию единой линейки учебников по русскому языку, а также литературе и истории высказала руководитель думского комитета по вопросам безопасности и противодействию коррупции Ирина Яровая. Поэтому неудивительно, что ее коллеги в комитете по образованию уже дали положительные отзывы на инициативу ОП. По мнению председателя комитета Вячеслава Никонова, школа — второй по важности воспитательный институт в жизни любого человека после семьи.

— Если человека дома не научат читать, то научат только в школе. При этом, на мой взгляд, не надо перегружать школьную программу громоздкими произведениями, которые школьники не в состоянии понять. Привить привычку к чтению можно и без этого, — отмечает парламентарий.

Проблема вовсе не в концепции преподавания, а в том, что ученики не хотят читать, считает заслуженный учитель России, преподаватель русского языка и литературы Лев Айзерман.

— Какая разница, под каким соусом подавать мясо, если мяса на тарелке нет? Проблема состоит в том, что ученики даже в специализированных школах не читают литературу. И тут хоть какую самую лучшую концепцию разрабатывай — если дети не читают, ничего вы им не привьете. Да и наивно считать, что после прочтения «Бородино» все мальчики пойдут записываться добровольцами в армию. Точно так же как и нельзя выкидывать произведения, в которых содержатся якобы негативные примеры социального поведения — развод, измена. Литература — это не пособие по морали. И невозможно в мире, где всё давно вышло за рамки морали, обучить ей на уроках литературы, — подчеркнул Айзерман. — Подобные предложения выдвигают люди, далекие от практической преподавательской деятельности, поэтому у них и нет понимания происходящих процессов.

Елена Теслова

Источник: «Известия».

А.В. Шевкин. Виктор Анатольевич, Вы академик Российской академии наук, действующий ученый и преподаватель — то есть человек весьма занятой. Почему Вы посчитали важным и нужным потратить несколько лет своей жизни на руководство экспертизой и на экспертизу школьных учебников математики для Министерства образования и науки?

В.А. Васильев. Эта работа началась с 2005 года. А у меня незадолго до того пошли в школу младшие дети – 95 и 96 года рождения. Вот я посмотрел, что творится, и понял, что надо с этим что-то делать. Конечно, квалификация академика для оценки правильности школьного учебника более чем чрезмерна, но зато было понятно, что наплевать на мое мнение будет не очень просто, и, может быть, это последняя возможность остановить эту стихию.

А.Ш. Поскольку я имел опыт работы в Экспертном совете Министерства образования много лет назад, писал рецензии на учебники, то знаю, насколько это хлопотное и конфликтное дело. Помню, как после обсуждения рецензий (одна из которых была моя) Экспертный совет не рекомендовал к использованию в школе учебники для 5-6 классов М.Б. Воловича. А через некоторое время мы узнали, что министерство рекомендовало его учебники как соответствующие авторской концепции, то есть не программе, не федеральному компоненту и т. п., а именно системе взглядов автора на преподавание математики. Не думаю, что тот, кто перечеркнул решение Экспертного совета, действовал бескорыстно. Но это было давно. А как теперь? Всегда ли министерство считалось с мнениями экспертов?

В.В. По правилам, решение двух комиссий – РАН и РАО – является решающим: для включения учебника в перечень необходимо и достаточно одобрения обеих этих комиссий. В самом начале этой деятельности, в 2006 году, был неприятный случай: 7 или 8 наших отрицательных заключений (содержащих указания на многие десятки прямых ошибок в каждом из этих учебников) по дороге к столу министра волшебным образом превратились в положительные. Я узнал об этом в кулуарном разговоре за 10 минут до выступления на большой учительской конференции в Брянске и немедленно предал гласности. В возникшем конфликте разбирался один из замминистров, который сам перепроверил эти замечания и поразился: какие дураки, оказывается, встречаются среди авторов учебников. В результате к нашей работе стали относиться всерьез. Кроме того, по-видимому, в течение следующих нескольких лет издатели и другие лоббисты учебников низкого качества находились в растерянности и не могли найти действенных средств борьбы с нашими заключениями и их последствиями. (Там было всякое: издатели пытались вычислить рецензентов, находили и подсылали общих знакомых, писали кляузы на самый верх, угрожали исками, некоторые руководители издательств предлагали мне возглавить проекты по созданию серии учебников… Кстати, звонили мне и по поводу учебников Воловича, звонил уважаемый и влиятельный человек, и я до сих пор с удовольствием вспоминаю свой ответ.) Но в последние несколько лет они, видимо, оправились от замешательства и нашли разнообразные способы давить как на руководство общей комиссии РАН, так и на другие инстанции, способные превратить отрицательное заключение в положительное. О некоторых последствиях этого я написал в http://atlmrf.livejournal.com/11075.html .

А.Ш. Когда-то в школе было 5 комплектов учебников (математика, 5-6; алгебра 7-9; геометрия, 7-9; алгебра и начала анализа, 10-11, геометрия, 10-11, если пользоваться современной нумерацией классов). После жёсткой критики реформы математического образования в 1980 г. были изданы «параллельные» учебники. После всесоюзного конкурса учебников 1988 г. в школы допустили третью параллель. Добавим сюда ещё учебники для классов с углублённым изучением математики. Но это было обозримое количество учебников. В 2002 и в 2006 годах в федеральном комплекте было уже 33 и 44 комплекта учебников соответственно. На 2014/2015 учебный год в федеральный перечень включено 53 комплекта учебников математики. Как Вы считаете, что является главной питательной почвой для роста числа комплектов учебников? И ещё, оказывало ли министерство какое-либо сдерживающее влияние на этот рост?

В.В. Естественно, это финансовые интересы издательств. Каждое издательство, заявляющее себя как игрока на этом рынке, считает себя обязанным иметь хотя бы одну полную линию по всем предметам. Если бы при этом дальнейшая судьба учебников определялась естественным отбором, то есть интересами детей, это бы было само по себе не так страшно. Но действительно хороших учебников мало, и в школу очень часто попадают учебники плохие. Особого разговора заслуживают способы влиять на выбор учебников учителями и администрацией, но этот увлекательный сюжет мне недостаточно знаком.

Нельзя сказать, что министерство никак не противилось этому напору, ведь и создание академических комиссий произошло при его непосредственном участии. Однако слишком часто в конфликтных ситуациях, требующих ответственного решения, высшие инстанции предпочитают изображать как бы принципиальность, но такого свойства, чтобы не обидеть ни одну из влиятельных действующих сторон. В результате расплачивается наименее влиятельная сторона, то есть дети. Способы такой симулятивной требовательности хорошо известны и универсальны, простейшим из них является забюрокрачивание и накрутка формальных требований по оформлению и процедуре. Это же мы видим и в работе ВАК, патологическая неспособность которой к принятию принципиальных решений на сколько-нибудь серьезном уровне сейчас стала всем видна благодаря замечательной работе «Диссернета».

А.Ш. Есть ещё одна важная проблема, над которой я думаю после прочтения короткого текста академика В.И.Арнольда «О печальной судьбе «академических» учебников.
http://www.mccme.ru/edu/index.php?ikey=viarn_akad-uch
Подспудная мысль этого текста для меня звучит так: «Лучше бы академики не писали школьных учебников, так как ничего хорошего из этого выйти не может». Возможно, это мое предвзятое толкование, так как я сам являюсь соавтором учебников, родоначальником которых был академик С.М.Никольский. Вопрос: сложилось ли у Вас представление о качестве учебников, написанных с участием академиков? Полезно ли для школы участие академиков в учебниках для школы?

В.В. По моим наблюдениям, лучшие учебники, как правило, пишутся коллективами авторов, в которых есть и настоящие математики, и опытные учителя, понимающие, в каком возрасте, что и как воспринимается детьми. Существенное участие образованных математиков необходимо для кругозора, для понимания перспектив, истоков и взаимосвязей в проходимом материале. Когда этого нет, даже в учебниках самых профессиональных и добросовестных методистов, при всех педагогических достоинствах учебника, возникает уклон в обрядовость, в ущерб пониманию высшего смысла. Например, учебники Атанасяна и Макарычева, они далеко не из худших, но все же…

Конечно, при этом наличие именно академического звания у автора-математика не играет большой роли: ведь такого звания не было ни у Виленкина, ни у Шарыгина, ни у Дорофеева, а Прасолов так вообще не защитил даже кандидатской диссертации, так как его руководитель в аспирантуре именно тогда радикально съехал в ниспровержение мировой хронологии.

Да, с академическим званием (которое в этом смысле сходно, например, с высокой административной должностью) связаны (по крайней мере, были связаны в прошлом: про наступающие времена можно только гадать) дополнительные пробивные возможности, иногда позволяющие публиковать недоделанный или аргументированно критикуемый учебник. Что тут сказать? Бывают неприятные явления, типа педагогических генералов, участвующих в авторских коллективах учебников самого разного сорта и качества, между которыми не удается найти ничего похожего. Или использования почтенного имени в качестве тарана, так что порою даже замминистрам приходится разбираться в деталях, не к большой чести для этого имени… Но это все как обычно, и в конечном итоге все зависит от конкретных действующих лиц.

А.Ш. Виктор Анатольевич, есть ещё один вопрос, который никак нельзя обойти, говоря об учебниках. В последнее время стало модным упрекать советскую школу в увлечении фундаментальностью школьного курса математики. Например, министр образования и науки А. Фурсенко в своё время говорил, что «недостатком советской системы образования была попытка формировать человека-творца, а сейчас задача заключается в том, чтобы взрастить квалифицированного потребителя, способного квалифицированно пользоваться результатами творчества других». Ему же принадлежат перлы: «Я не изучал в школе высшую математику, и при этом не дурее других» и «Математика убивает креативность». Каково Ваше отношение к фундаментальности школьного курса математики? Она нужна или уже нет?

В.В. Нужна или нет – это зависит от конечной цели, определение которой и есть самый сложный вопрос. На мой вкус, настоящая цель общего образования определяется одним, хотя и достаточно емким словом – одухотворение. Одухотворение человека, как осознание им своего единства с этим прекрасным и поразительным миром (а это невозможно без искреннего интереса к тому, как этот мир устроен, и понимания его глубочайшего внутреннего единства), как чувство своей ответственности за него. Школьное время здесь – ключевой момент: помните, как пронзительно описывается первый шаг этого открытия в начале книги «Вино из одуванчиков»? Человек, прошедший мимо этого открытия, проживший жизнь не более чем квалифицированным потребителем, — несчастное существо, как правило, само не понимающее своего несчастья. И математическое воспитание здесь очень важно, не только как набор фактов и ключ к методам познания природы, но и как навык правильно рассуждать и делать выводы, не нести чуши самому и отторгать чушь, произносимую другими. Но, конечно, именно ориентация на потребительство устраивает большинство начальства во всем мире, потому что от умников и вообще от живых людей слишком много беспокойства. Эта ориентация напоминает известную сельскохозяйственную практику, надежно избавляющую от излишнего интереса к жизни и активности. С точки зрения мясомолочного производства так, наверное, и нужно делать, но должны ли мы и в человеческом обществе исходить только из предпочтений такого сорта, или пробуждение души человеческой также можно считать одной из целей?

А по поводу математики, убивающей креативность, и вообще потребительской философии в образовании, я даже написал микропьесу «Компетентностная трагедия». Там, правда, встречаются разные нехорошие слова, но дело в том, что это реальная лексика из споров, которые современные митрофанушки ведут в сети, отстаивая свое священное право не подняться выше нынешнего уровня.
С другой стороны, вряд ли надо лишний раз подчеркивать, что умеючи можно и фундаментальное образование организовать так, чтобы ничего не дать, кроме отвращения к науке и учению.

А.Ш. В настоящее время в связи с украинскими событиями Россия рискует оказаться в политической и экономической изоляции. Прежней изоляции вроде «железного занавеса» быть уже не может, но потребуется большая независимость России от поставок продуктов, медикаментов, техники и пр. из-за рубежа. То есть потребуется больше и разнообразнее производить в стране. В том числе и научной и высокотехнологичной продукции. На мой взгляд, жизнь заставляет руководство страны считаться с тем, что «США собираются развиваться против России, за счёт России и на развалинах России» (З.Бжезинский), оно будет вынуждено «поправить» «реформаторов» образования, один из аргументов которых был таков: много знаний нам уже не нужно, так как есть международное разделение труда. Уже есть первый сигнал. На днях вице-премьер Дмитрий Рогозин заявил, что считает необходимым увеличить в школах количество часов на изучение математики и физики, усилить внимание к естественнонаучному циклу в школе (это несколько противоречит многолетней практике в образовании, закрепленной к тому же в законе и в стандартах).
http://www.rg.ru/2014/03/28/rogozin.html

Есть и второй сигнал, почти совпавший с первым во времени. Начато сокращение федерального перечня учебников. Как Вы воспринимаете эти события? Есть ли у Вас надежда на то, что в ближайшее время начнется пересмотр отношения государства к образованию?

В.В. Прежде всего, по-моему, методологически опрометчиво в своих расчетах антропоморфизовать государство, в частности рассматривать его как нечто, способное подобно человеку как-то относиться к образованию или к чему-либо еще. Государство – это не только и не столько высшее руководство, имеющее имена и лица, которые действительно могут как-то к чему-то относиться. Это и огромный разнородный аппарат, реализующий все начинания в соответствии со своими бюрократическими канонами и интересами, и множество ведомственных и региональных феодалов. Возникает впечатление, что эта стихия способна зажевать любую инициативу и найти собственное употребление отпущенным на нее средствам. Развернуть к лучшему ее взаимодействие с образованием – дело в любом случае очень долгое (хотя испортить все можно гораздо быстрее).

Например, в связи с вопросом об учебниках опять вспоминается история с ВАК. Давно понятно, что в некоторых дисциплинах идет огромный вал диссертаций чрезвычайно низкого качества, в большой части ворованных. Была обозначена воля начальства, что этот вал надо сбить. Но при этом упор делался на количество диссертаций (которое может легко подсчитать даже чиновник), а не на качество, за оценкой которого надо лишний раз обращаться к подозрительным грамотеям. В результате проблема была решена методом создания неописуемого бардака с прохождением диссертаций, и одновременно целой серии организационных потрясений: переутверждений советов, изменения номенклатуры специальностей, смены регламентов (опять-таки приводившей к необходимости переутверждать советы) и т.п. На какое-то время количество защищаемых диссертаций из-за этого снизилось, о чем можно было гордо отрапортовать, но к повышению их качества это, разумеется, не имеет никакого отношения. Кроме того, снижение таким способом было заведомо временным, но кого это волнует? Кампания прошла, по результатам отчитались – можно расслабиться и переключиться на другую кампанию. Вот и скандальная ситуация с избранием в новые экспертные советы ВАК людей, активно способствовавших созданию и защите фальшивых диссертаций http://polit.ru/news/2014/02/12/dissertations/ лишний раз подтверждает, что ликвидация этого безобразия не является искренней целью нашего аппарата.
Боюсь, что с заданием уменьшить количество учебников происходит нечто подобное. В частности, большая часть учебников не прошла по формальным причинам, из-за ужесточения понимания дедлайна на представление заявки. Очевидно, это тоже временная отсрочка, и в следующий раз эти же учебники будут присланы в срок. Но опять-таки, кого это волнует? Тогда будет задание бороться с чем-нибудь совсем новым…

Кроме этого, мне очень не нравится новый регламент экспертизы, из-за которого я, собственно, и ушел из этой деятельности (что также описано в http://atlmrf.livejournal.com/11075.html). Наверное, этот регламент соответствует какой-то чиновничьей эстетике, их фантазиям о содержании этой работы, но не интересам дела. Ни описанная выше формализация, ни этот регламент экспертизы не гарантируют улучшения качества принимаемых учебников. Например, из-за анекдотического отзыва одного из трех экспертов РАО не прошли лучшие, на мой взгляд, учебники для начальной школы – Б.П.Гейдмана с соавторами. А вот новые учебники О.А.Ивашовой и Н.С.Подходовой, не прошедшие нашу экспертизу, чудесным образом оказались в списке. По чисто формальным причинам не прошли учебники издательства «Мнемозина», в том числе и хорошие, например, Виленкина — Шварцбурда. Вся корреляция с повышением качества, которую я сейчас вижу, достаточно случайна. Поэтому я бы не радовался просто по поводу сокращения количества учебников: вопрос качества гораздо важнее, а с ним дело обстоит намного сомнительнее.

А.Ш. Виктор Анатольевич, благодарю Вас за интервью, за адский труд, который Вы вложили в совершенствование учебников математики для школы, за предоставленные для общего доступа Ваши рецензии школьных учебников математики.

Ссылка на страничку с рецензиями учебников:
http://www.mi.ras.ru/~vva/test.html

Источник: shevkin.ru.

При формировании федерального перечня учебников в последнее время едва ли не главную роль стала играть степень их патриотичности. Об этом недавно писала Газета.ру. Я хочу подробнее об этом рассказать на примере отрицательного экспертного заключения на учебники Б.П.Гейдмана, И.Э.Мишариной, Е.А.Зверевой «Математика» для 1-4 классов.

Единственным серьёзным основанием для отрицательного заключения являются два пункта:
8. В учебнике нет конкретных текстов, заданий, направленных на формирование патриотизма, любви и уважения к семье, Отечеству, своему народу, краю.
9. В учебнике отсутствуют задания, способствующие развитию толерантного отношения к представителям различных религиозных, этнических и культурных групп.

Собственно к математической стороне учебника не высказано ни одной претензии. Это не удивительно, если учесть мнение бывшего председателя экспертной комиссии РАН по математике В.А.Васильева: «На мой взгляд, лучший учебник из всего списка – Гейдмана, сочетающий с одной стороны математическую грамотность, большой практический опыт и добросовестность, а с другой – полную адекватность и отсутствие неудобоваримых фантазий» (отсюда).

Большинство претензий к рисункам. Агрессивность: агрессивная сцена сражения двух рыцарей; кто-то съезжает по перилам с луком и мечом на поясе. Особое негодование рецензента вызывают полураздетый гном с топором и ножом, полураздетый мальчик и «обнаженный, судя по всему первобытный человек с дубиной среди как мифических, так и реальных животных».

Не понравились рецензенту и некоторые формулировки задач. В одной задаче Матроскин и Шарик поссорились. В другой задаче почтальон Печкин заболел и спрашивается сколько дней жителям Простоквашино не доставляли почту. На это рецензент строго замечает: «Почта должна доставляться вовремя!» Очень не нравятся рецензенту Хоббиты. Во-первых, потому что произведения Толкина не являются программными, а во-вторых, потому, что кинофильмы по его произведениям рекомендованы к просмотру только с 12 или 16 лет.

Источник: ЖЖ.

Фото: РИА «Новости»

В Минобрнауки набирает обороты скандал с принятием перечня школьных учебников, из которого оказались исключены многие лучшие издания. С резкой критикой такого решения теперь выступил почти весь Общественный совет министерства. Среди прочего, его членов возмутило то, что учебник математики был забракован из-за недостаточной патриотичности. В ведомстве тем не менее настаивают, что поделать уже ничего нельзя.

Очередное заседание Общественного совета Минобрнауки ознаменовалось скандалом: подавляющее большинство его членов обрушились с жестокой критикой на руководство ведомства из-за решения отказаться от учебников классиков учебной литературы — Занкова, Петерсон, Гейдмана и Граник. Эти учебники не вошли в новый федеральный перечень по формальным причинам при наличии положительных экспертиз. Минобрнауки, в свою очередь, настаивает на том, что формальность причин — не повод включать учебники заново в федеральный перечень.

«Нужно отдавать себе отчет, что наше невротизированное общество очень болезненно реагирует на посылаемые сигналы, — заявил сопредседатель Общественного совета, директор школы №109 Евгений Ямбург. — Есть классический учебник английского языка Верещагиной. Там есть стихотворение, которое в переводе звучит: «Играй, мальчик, пока играется. Будь веселей».

Но веселый по-английски — gay. И мы уже получаем множество жалоб, что учебник пропагандирует гомосексуализм. Поэтому любой учебник может сегодня подвергнуться нападкам из-за какой-то чепухи».

Учитель литературы школы №57 Сергей Волков заявил, что не припомнит такого количества обращений, которые он получает, как в ситуации с учебниками.

«Ситуация выглядит странно, — заявил Сергей Волков. — Основанием для исключения учебников системы Занкова стало то, что вместо оригиналов документов они (представители издательства. — «Газета.Ru») предоставили нотариально заверенные копии. Хотя никаких отрицательных экспертиз у них нет.

В федеральном перечне не оказалось учебника Граник по русскому языку, который был создан в начале 1990-х и перевернул наше сознание о том, каким должен быть учебник. Их не включили в перечень, потому что они задержали документы. Все это выглядит очень странно, препоны ставятся на основании формальных вещей».

С тем, что учебники не включили по формальным причинам, согласился и сопредседатель Общественного совета математик Станислав Смирнов. «Нельзя выводить из перечня по формальным причинам учебники, по которым долгие годы преподают. По учебникам математики Гейдмана и Петерсон можно нормально учить школьников.

В экспертизе этих учебников можно встретить абсурдные заявления, что Винни-Пух или Чипполино — непатриотичные герои, а Старуха Шапокляк — плохой пример для подражания.

Очевидно, что нужно делать новую экспертизу», — заявил Смирнов.

«Министерство будет выглядеть клоуном, принимая такую экспертизу, — развил мысль Смирнова главред «Эха Москвы» Алексей Венедиктов. — Цитата из экспертизы:

«Содержание учебника математики не способствует формированию патриотизма. Герои произведений Родари, Перро, братьев Гримм, Милна, Линдгрен, Распе, гномы, эльфы, факиры со змеями, три поросенка вряд ли призваны воспитывать чувство патриотизма и гордости за свою страну и свой народ.

А также мультипликационное изображение Московского Кремля без подписи, не имеющее отношения к содержанию заданий». Эту экспертизу на учебник математики Петерсон написала эксперт РАО и автор учебников по русскому языку Любовь Ульяхина. Две другие экспертизы у учебника были положительные.

Изначально совет попросил Минобрнауки, чтобы определенные линейки учебников прошли повторную экспертизу, но оказалось, что это невозможно. Дмитрий Ливанов заявил, что вариативности учебников ничто не угрожает: «Для нас качество учебников является приоритетом. Нельзя согласиться с тем, что, если учебником пользуются во многих школах, это значит, что он хороший. Многие люди пьют кока-колу, но это не значит, что она полезна», — заявил Ливанов.

По словам министра, он на электронную почту получал тысячи писем в поддержку исключенных из перечня учебников, которые были «одного и того же содержания, написанные с разных адресов, ясно, что это были не живые люди». Он считает, что результатом генерации являются и подписи под открытыми обращениями учителей и родителей.

Также Ливанов отверг предположения, что происходит монополизация рынка школьной литературы. «Несмотря на то что перечень учебников сократился с 3 тыс. до 1,3 тыс., количество представленных издательств только увеличилось», — считает министр. Напомним, что еще во вторник после заседании коллегии в Минобрнауки Ливанов заявил, что все качественные учебники должны войти в перечень.

Замминистра Наталья Третьяк заявила, в частности, что на Научно-методическом совете, где принималось решение о включении учебников в федеральный перечень, развернулась ожесточенная дискуссия относительно учебника математики Петерсон. Большинство членов совета якобы проголосовали против предложения Третьяк о возможности повторной экспертизы учебника.

«В состав совета вошли представители общественных организаций, учителя, сенаторы, депутаты, представители организаций, которые проводили экспертизу. Не доверять этим уважаемым людям некорректно», — считает Третьяк.

Замминистра заявила общественному совету, что в учебнике есть ошибки, и даже зачитала одну из них. Правда, члены совета пояснили, что она просто не разобралась в задании и ошибки в нем нет. «Не принимать заключения Российской академии образовании мы не можем», — заявила Третьяк.

Она предложила рекомендовать издательствам исправить ошибки в учебниках. «Сотрудники министерства получают угрозы из-за этой ситуации. Но мы не завершаем обсуждение проблемы качества учебников и продолжим сокращать список», — заявила Третьяк. По ее словам, можно продолжать работать по учебникам, которые не вошли в федеральный перечень. На это члены совета возразили, что, как только учебники исчезают из федерального перечня, это становится сигналом для региональных властей изъять их из школ.

Больше всего родителей и учителей возмутило, что в федеральный перечень не вошли учебники по системе Занкова, ученика основоположника системы развивающего образования Льва Выготского.

Причиной отказа стало предоставление в Минобрнауки нотариально заверенных копий документов, а не оригиналов.

По словам представителей издательства «Федоров», выпускающего учебники, сотрудники ведомства заявили им, что оригиналы не понадобятся. Третьяк же сообщила, что издательству предложили отдать оригиналы. «Почему они этого не сделали, я понять не могу. Это было их решение», — заявила замминистра.

Пересмотрен федеральный перечень может быть только через три года, причем действующий порядок не предусматривает возможности добавления в него новых учебников. Минобрнауки заверяет, что учебники, не включенные в перечень, должны остаться в школе до истечения срока годности, что составляет пять лет. Но на деле обычно учебники изымаются из школы. Поэтому члены совета стали настаивать на том, чтобы в управления образования в регионах направили приказ, что по учебникам, которые не вошли в перечень, можно продолжать заниматься, пока не истек срок их годности. Однако Третьяк заявила, что выпустить подобный приказ тоже невозможно.

В конце обсуждения Общественный совет единогласно проголосовал за рекомендацию Минобрнауки внести изменения в порядок экспертизы учебников, чтобы, среди прочего, была возможность вводить в перечень новые учебники (или те, которые в него не попали) и выводить из него те, в которых обнаружены ошибки, в любое время, а не через три года. Алексей Венедиктов заявил, что готов направить запрос в Минюст, который должен разъяснить, сколько времени может понадобиться на изменение приказа.

«Фамилию Ульяхиной, которая написала экспертизу, никто не знает. А вот фамилию Ливанов, который не поставил на учебнике гриф, знают все, в том числе учителя, которые не смогут работать по учебникам. Эксперты анонимны, а ответственность будет лично на Ливанове»,

— отметил он.

Между тем один из авторов учебников заявил «Газете.Ru», что представители Минобрнауки им намекнули, что, если они хотят, чтобы их учебники выпускались, нужно поменять издательство. Напомним, что большинство учебников, включенных в федеральный перечень, выпускается издательством «Просвещение» бизнесмена Аркадия Ротенберга. Из-за этого издательства, не попавшие в перечень, говорят о монополизации рынка школьной литературы, которому якобы поспособствовало Минобрнауки. Кстати, сегодня ведомство заявило, что в его структуре создано подразделение по профилактике коррупции.

Елена Мухаметшина

Источник: Газета.ру.

МОСКВА, 19 марта. /Корр. ИТАР-ТАСС Виктория Еремина/. Из утвержденного на три года федерального списка рекомендованных учебников возможно исключение некоторых из них, но новые учебники добавлены не будут. Об этом сообщила заместитель министра образования и науки Наталья Третьяк на заседании Общественного совета при Минобрнауки.

«Рекомендованный список учебников утверждается на три года. При необходимости, если учебник может быть признан нежелательным для его изучения по школьной программе, его можно исключить, таким образом, в течение трех лет перечень может быть изменен», — отметила Третьяк.

Она, однако, уточнила, что добавление в утвержденный список невозможно.
Издателям учебников дадут время на исправление ошибок

Ранее глава Минобрнауки Дмитрий Ливанов сказал, что Министерство образования и науки даст время на исправление ошибок издателям учебников, не попавших в еще не утвержденный федеральный список из-за процедурных нарушений.

«Был целый ряд процедурных нарушений, например издательства не внесли в установленном порядке весь комплект необходимых документов», — отметил министр. Издательствам будет отведен определенный срок для исправления ситуации с учетом высказанных замечаний, но «все хорошие учебники должны попасть в федеральный перечень, попасть в руки школьников», добавил Ливанов.

Как сократился список учебников

По словам министра, в результате проведенной экспертизы федеральный перечень учебников был серьезно сокращен: из 3 тыс. наименований осталось примерно 1,3 тыс.

«Отсев велся не по названиям издательств, а прежде всего по качеству учебников, — подчеркнул он. — Каждый учебник проходил экспертизу Российской академии наук, Российской академии образования, общественную экспертизу». Учебники, которые включались в перечень, должны были получить положительные заключения экспертиз всех инстанций, заключил глава Минобрнауки.

Источник: ИТАР-ТАСС.

Фото: РИА «Новости»

Российское школьное образование может оказаться на грани катастрофы — такие громкие заявления экспертов заставил сделать новый федеральный перечень учебников, который собирается утвердить Минобрнауки. В нем не нашлось места для учебников, которые лучше всего соответствуют новым стандартам образования. Зато почти половина книг, попавших в перечень, выпускается издательством «Просвещение» бизнесмена Аркадия Ротенберга.

Минобрнауки опубликовало федеральный перечень учебников на 2014/15 год, откуда по разным причинам оказались исключены российские учебники, лучше всего соответствующие новым федеральным образовательным стандартам (ФГОС). В основе как этих учебников, так и новых ФГОС лежит система развивающего образования, которую создал психолог Лев Выготский. Именно по системе Выготского строится обучение школьников в большинстве западных стран.

Учебники провалили в Минобрнауки

Публикация федерального перечня учебников происходит ежегодно. Сейчас проходит его общественное обсуждение. В этом году, чтобы учебник попал в перечень, нужно было пройти научную, педагогическую и общественную экспертизу. Получив одобрение РАН и Российской академии образовании (РАО), учебники вместе с положительными экспертизами поступают в Минобрнауки. Там 28 февраля их обсудили на научно-методическом совете. В итоге из перечня оказались исключены некоторые учебники издательства «Мнемозина», «Ювента», а также все учебники издательств «Федоров», «Баллас» и «Титул».

 

Один из издателей, чьих учебников не оказалось в перечне, на условиях анонимности рассказал «Газете.Ru», что экспертным организациям было велено писать отрицательные рецензии на определенные учебники. «Однажды нам сказали, чтобы мы даже не приносили документы, потому что их не будут рассматривать», — рассказал собеседник.

Минобрнауки объяснило, почему учебники были исключены из перечня. Издательство «Мнемозина» нарушило сроки предоставления книг — они должны были поступить до 15 февраля, а пришли только 20-го числа. Также у членов совета возникли сомнения в подлинности экспертиз. Издательство «Баллас» также предоставило учебники позже срока, поскольку отправило их «Почтой России». При этом в сообщении Минобрнауки отмечается, что «издатель не мог не предвидеть, что книги не поступят день в день». Учебник «Математика» издательства «Ювента» нарушил процедуру проведения экспертизы. Издательство «Титул» предоставило экспертные заключения, в которых название учебников не соответствовало указанному на титульных листах. Издательство «Федоров», оказывается, предоставило копии экспертных заключений вместо оригиналов.

Эксперты, опрошенные «Газетой.Ru», называют эти причины формальными и уверены, что за происходящим скрывается передел рынка школьной литературы, который гарантированно обеспечивается бюджетным финансированием.

Жертвами стали самые умные

Большинство издательств разместили открытые письма, которые подписывают и учителя, и родители. Самую большую потерю для образования может представлять исключение из списка как раз тех учебников, в основе которых лежит система развивающего обучения. В первую очередь это учебники издательства «Федоров», которые обучают детей по системе Занкова, ученика Льва Выготского. Психолог Леонид Занков — автор системы развивающего обучения для младших классов.

«Суть системы Занкова в том, что ребенку не должно быть скучно во время обучения», — рассказывает директор Объединения профессионалов, содействующих системе развивающего обучения академика Занкова, Светлана Яковлева.

«Если ребенок приходит каждый день на урок, все знает и получает только пятерки, то он не учится, а просто делится с учителем своими знаниями».

«Поэтому надо создавать условия, чтобы ребенок думал, анализировал и в результате совместной деятельности открывал, а не просто получал новые знания. Именно так ребенок может заинтересоваться учебой».

Издательство «Федоров» предоставило все экспертные заключения в срок — в Минобрнауки были поданы как их оригиналы, так и нотариально заверенные копии. Работники министерства сказали, что достаточно копий. Позже выяснилось, что нужны были оригиналы, но издательство никто об этом не предупредил. Самое интересное, что на заседании совета, где обсуждался перечень учебников, присутствовал вице-президент РАН Валерий Козлов и начальник отдела по интеграции науки и образования РАН Сергей Сидоренко, которые подтвердили подлинность экспертиз. Но это обстоятельство не приняли в расчет. Не потребовались совету и объяснения издательства.

«Мы направили письма в администрацию президента, в Минобрнауки, в комитет Госдумы по образованию . Сейчас под открытым письмом стоит 17 тыс. подписей, среди которых подписи академиков и заслуженных учителей», — говорит Яковлева.

Одним из подписантов стал директор школы №548 «Царицыно» Ефим Рачевский. «В России четвертый год работают очень хорошие стандарты для начальной школы, — говорит он. — Линейка учебников Занкова, появившись 20 лет назад, предвосхитила весь тот ценностный ряд, который предлагают стандарты. Поэтому занковская система давно перестала быть экспериментальной, а стала привычной примерно для миллиона школьников. Я мог бы ее понять, если бы речь шла о никому не известном учебнике. Но когда линейка учебников получила положительные оценки всех инспектирующих структур, отказ вызывает недоразумение».

Минобрнауки дало разъяснение, что учебниками, которые школа уже закупила, можно будет продолжать пользоваться в течение пяти лет. «При этом новые учебники наших издательств нельзя будет использовать», — возмущается Яковлева.

«Это же просто противоречит здравому смыслу. Можно работать по прежде утвержденным учебникам, но нельзя по этим же, но модифицированным в соответствии с новыми требованиям и получившими положительные оценки экспертов».

Сейчас по системе Занкова учатся до 14% российских школьников. Примечательно, что ранее Минобрнауки поддерживало интеллектуальный марафон учеников-занковцев, но в этом году впервые за время его проведения отказалось от поддержки.

Устранение главного соперника

Самое крупное издательство, чьи учебники не вошли в перечень, — «Баллас». Оно занимает сейчас 28–30% российского рынка учебной литературы и стало одним из первых, кто опробовал новые стандарты образования еще в начале 2000-х годов. Некоторые сотрудники издательства даже получили за это награды из рук Путина.

Сейчас по их учебникам преподают во всех регионах, в некоторых субъектах до 60% учебной литературы именно этого издательства. Но ни один из 104 учебников «Балласа» не попал в перечень.

Минобрнауки просто отказалось принять его документы для рассмотрения научно-методическим советом.

«Если мы исчезнем, то нашу страну ждет страшное будущее. Учебники «Просвещения» относятся к 1970-м годам. Сейчас же школьники, учащиеся именно по нашим учебникам и учебникам «Федорова», показывают лучшие знания», — говорит Рустэм Бунеев, автор учебников по русскому языку и литературе и глава издательства «Баллас».

По его словам, регионы уже выразили поддержку издательству. Так, в Марий Эл соберется съезд учителей, который должен принять решение работать вопреки приказу министерства. По словам Бунеева, не важно, какое количество учебников в федеральном перечне.

«Каждый регион выделяет на них определенные деньги. Это значит, что есть возможность выбрать те, по которым хочется работать. В таких условиях нет возможности для монополизма», — говорит он. Также Бунеев напомнил, что самое важное в учебниках, каким образом они учат детей. «В некоторых учебниках встречаются фактические ошибки. Но важнее, какие результаты выдают школьники, которые учатся по этим учебникам. Самые высокие результаты показывают учебники, в основе которых идеи Льва Выготского, Алексея Леонтьева, Александра Лурии, Петра Гальперина».

«В основе развивающего образования лежит понимание, что каждый человек рождается с набором определенных качеств и развивающее образование нацелено на то, чтобы их раскрыть. Нет бесталанных учеников, есть бесталанные учителя», — говорит Бунеев.

Единая история сократила перечень

Интересная ситуация сложилась и с учебниками истории, число которых также серьезно сокращено. Произошло это из-за того, что некоторые из них не соответствуют концепции единого учебника истории, которая была принята в конце прошлого года. Среди таковых оказались в первую очередь учебники «Балласа» и «Мнемозины», которые лучше всего соответствуют ФГОС. Зато новой истории вполне соответствуют учебники «Просвещения», написанные профессором Александром Даниловым. Он прославился тем, что возглавлял диссертационный совет МПГУ, где защищались липовые диссертации.

«Произошла отрицательная селекция. Под новую концепцию сократили число используемых линий учебников, и в результате закулисной борьбы между издательствами жертвами пали лучшие учебники», — говорит один из авторов учебника по истории издательства «Мнемозина» Александр Морозов.

 

 

«Больше, чем за себя, обидно за учебники истории «Балласа», — считает Морозов. — У них, правда, есть фактические ошибки, но с точки зрения методики, отработки умений это лучшие учебники по истории в стране. Они учат мыслить, ориентированы на умение работать с полученными знаниями, а не заучивать, что в эпоху Google становится не нужным».

Крупные издательства сознательно уничтожают конкурентов, которые резко пошли в гору в последние годы, уверен Морозов. Он даже написал заявление в Генпрокуратуру с требованием разобраться в ситуации. По его словам, также были поданы заявления в ФАС, первое из которых будет рассмотрено 4 апреля.

Общественная реакция

«Общественная реакция на проект приказа Минобрнауки показывает, что ведомство действует открыто, вовлекая общественность в обсуждение важных документов. Но, к сожалению, схема утверждения учебников, зависящая от издательств, оказалась излишне жесткой, — говорит научный руководитель Института образования ВШЭ Исак Фрумин. — У меня нет оснований сомневаться в процедурных ошибках, обнаруженных Министерством. Но

в результате за ошибки издательств накажут сотни тысяч школьников и их родителей, десятки тысяч учителей, которые пользуются этими учебниками.

 

Сегодня наши родители очень образованы — около половины имеют высшее образование. Они нередко выбирают школы с учетом используемых там учебников. Сейчас их ожидания окажутся обманутыми, и раздражение будет направлено не на издательства, а на органы власти. Я уж не говорю о том, что среди отвергнутых по формальным причинам учебников оказались действительно выдающиеся».

Литературовед Александр Архангельский, чей учебник по литературе выпускается издательством «Дрофа» и вошел в перечень, рассказал «Газете.Ru», что ему уже пишут знакомые учителя, взволнованные создавшейся ситуацией. «Вообще задача сформулирована неверно. Мы часто спорим о внешних параметрах, не определяя внутренних, — говорит он.

«Нам поставлена задача — вдвое сократить количество учебников. Такая логика, возможно, годится для банковской системы, но образование — это не банки».

«Здесь не должна ставиться задача — 2 тыс. учебников вместо 5 тыс. Это должны решать школы, а не чиновники».

В знак несогласия с тем, как проходила экспертиза учебников в РАО, из ее президиума вышел академик Александр Асмолов. Он, а также первый зампред комитета Госдумы по образованию Олег Смолин обращались ко многим чиновникам, чтобы изменить ситуацию, но пока тщетно.

«Существуют учебники, за которыми стоят признаки, делающие их важными, — говорит Асмолов. — Для меня самыми важными представляются учебники, которые реализуют идеологию научной школы Выготского и Леонтьева, которая лежит в основе стандартов образования нового поколения. Этой идеологии отвечают прежде всего учебники системы Занкова, которые полностью выпали из нового федерального перечня. Эту идеологию наиболее ярко реализуют учебники с 5-го по 9-й класс по русскому языку Генриетты Граник, в которых в игровой форме на первый план выходит понимание русского языка. В списке нет учебников по математике Виленкина.

Федеральный перечень в том виде, в каком он сейчас существует, является риском для российского образования.

 

Эти учебники — механизм инновационного развития, они дают перспективу для образования и говорят, что оно не консервативно. Когда эволюция табуируется, мы теряем ключевой признак российского образования, который отстояли за последние 20 лет, — вариативность образования».

Александр Асмолов, как и другие эксперты, считает, что за «селекцией» учебников стоит конфликт интересов.

Отбор учебников в Минобрнауки проходит под руководством замминистра Натальи Третьяк. И после публикации перечня представители многих издательств заявили, что он стал результатом лоббистских усилий издательства «Просвещение», которым владеет Аркадий Ротенберг. Именно его учебников больше всего включено в федеральный перечень. Хотя в последние годы «Просвещение» стало сдавать позиции, а учебники «Балласа» и других издательств стали приобретать все большую популярность.

Министр образования Дмитрий Ливанов пока в ситуацию не вмешивался, поскольку был в отпуске.

В ближайшие дни комитет Общественной палаты по образованию соберется на срочное совещание, где будет рассмотрена ситуация с учебниками, не попавшими в федеральный перечень. Между тем сам он должен быть утвержден к 1 апреля, а последний день общественного обсуждения перечня — 20 марта.

Елена Мухаметшина

Источник: Газета.ру.

Фото: Владимир Машатин

Более 20 тыс. человек подписали ко вчерашнему дню петиции за пересмотр федерального перечня школьных учебников на 2014–2015 учебный год. Минобрнауки не включило в список более 130 книг, в том числе признанные в образовательном сообществе пособия Людмилы Петерсон и Леонида Занкова и популярный учебник Happy English. Чиновники винят издателей в неправильном оформлении заявок, эксперты ссылаются на недостаток патриотизма в учебнике математики, а издательства жалуются в прокуратуру и ФАС на ограничение конкуренции.

Более 20 тыс. человек подписали ко вчерашнему дню петиции за пересмотр федерального перечня школьных учебников на 2014–2015 учебный год. Минобрнауки не включило в список более 130 книг, в том числе признанные в образовательном сообществе пособия Людмилы Петерсон и Леонида Занкова и популярный учебник Happy English. Чиновники винят издателей в неправильном оформлении заявок, эксперты ссылаются на недостаток патриотизма в учебнике математики, а издательства жалуются в прокуратуру и ФАС на ограничение конкуренции.

Открытые петиции против решения Научно-методического совета по учебникам при Минобрнауки РФ об исключении из перечня школьных учебников на следующий год ряда качественных и признанных пособий собрали уже более 20 тыс. подписей. Из 1,5 тыс. учебных пособий от 26 издательств Совет отказал 136 книгам. Среди них оказались учебники системы развивающего обучения Леонида Занкова (все 42 учебника издательства «Корпорация Федоров»), учебники по математике для начальных классов Людмилы Петерсон (издательство «Ювента») и популярный учебник по английскому языку Happy English (издательство «Титул»).

В Минобрнауки утверждают, что учебники исключили из списка в основном за нарушение требований при оформлении документов. Так, издательство «Корпорация Федоров» представило копии экспертных заключений вместо оригиналов. Издательство «Титул» в документах на учебник Happy English назвало его просто «Английский язык». В «Ювенте» нарушили процедуру экспертизы, а издательство «Мнемозина» не только прислало документы на пять дней позже срока, но и с поддельной подписью эксперта. «Эксперт, чья подпись стояла под представленными заключениями, подтвердил на заседании Совета, что не ставил резолюции на документах», – заявляют в пресс-службе Минобрнауки.

Издательства с претензиями не соглашаются и готовят иски в суды, а также жалобы в ФАС и прокуратуру. Директор издательства «Мнемозина» Марина Безвиконная утверждает, что все подписи на документах подлинные, и «ситуация – в конкуренции, больше ни в чем». В «Титуле» уверены, что придирки к ним бессмысленны: учебник должен называться «Английский язык» в соответствии с нормативными документами, а название Happy English издательство может при желании добавлять на титульный лист книги. Директор издательства «Корпорация Федоров» сам сдавал пакет документов в министерство и утверждает, что именно сотрудник ведомства потребовал предъявить не оригиналы, а заверенные копии бумаг, и поэтому решение Совета нельзя считать законным. Издательство уже получило независимое экспертное заключение юристов о неправомочности действий министерства, однако суд может затянуться, и тогда учебники в список все равно не попадут.

Учительница старших классов одной из школ Чапаевска (Самарская область) и соавтор петиции за пересмотр списка учебников Елена Гордеева утверждает, что успех ее учеников – целиком заслуга «занковского курса»: «Считаю, что только благодаря системе Л.В. Занкова у ребят нет ни одной тройки на ГИА, и среди них есть победители и призеры олимпиад различного уровня и по различным предметам, в том числе регионального этапа Всероссийской олимпиады школьников по математике».

Один из подписантов петиции за возврат учебников Людмилы Петерсон завкафедрой психологии образования МПГУ Алексей Обухов полагает, что большая часть претензий экспертов – это «вкусовщина» и «вымысел»: «Странно, когда эксперт заявляет, что баклажаны детям не ведомы, а на картинках они должны смотреть на персонажей только из отечественных произведений и математику учить на символике РФ. Это искажает понятие патриотизма до карикатурного явления». Действительно, в своем отрицательном отзыве на учебник Людмилы Петерсон по математике для 1 класса эксперт РАО Любовь Ульяхина сетует на то, что учебник «не способствует развитию этических чувств, доброжелательности и эмоционально-нравственной отзывчивости», а также «формированию патриотизма», так как «герои произведений Дж. Родари, Ш. Перро, братьев Гримм, А.Линдгрен вряд ли призваны воспитывать чувство патриотизма и гордости за свою страну и народ». Возражения на такое заключение уже отправлены на имя Президента РАО Людмилы Вербицкой и замминистра образования Натальи Третьяк.

Несмотря на общественный резонанс, вызванный новым перечнем учебников, в Минобрнауки планируют, что он все же будет подписан Министром Дмитрием Ливановым до 1 апреля. Однако школам оставят право доучивать детей по учебникам, закупленным ранее. «Учебники, которые были приобретены образовательными учреждениями в этом году или раньше, также будут использоваться, пока не истечет срок износа (в среднем он составляет пять лет)», – сообщили в пресс-службе ведомства. Федеральный перечень учебников будет пересматриваться раз в три года.

«На ближайшем заседании Общественного совета при Минобрнауки я, как сопредседатель, обязательно подниму эту тему и надеюсь, что перечень учебников удастся скорректировать», – пообещал в беседе с «НИ» директор центра образования №109 Евгений Ямбург. Он добавил, что сейчас меняется система лицензирования учебников, чтобы в школы не попадала вредная, некачественная или случайная литература, и из-за этого происходят такие недоразумения: «Говорить о патриотизме в учебнике по математике – смешно».

КРИСТИНА КРУТИЛИНА

Источник: Новые Известия.

Источник: Adme.ru.

Источник: Фейсбук

Мне кажется, что я делал хорошее дело, делал его изо всех сил, и что-то удалось улучшить. Хотя (опять-таки, благодаря дурацким регламентам) большинство дебильных учебников все же в конце концов пробились в школы, но даже задержка их на два-три года — это большое благо, тем более что из них удалось вычистить тысячи (sic) ошибок в самом прямом смысле этого слова, а разного рода недоделок — пожалуй что тысяч 15. И сколько-то десятков самых дрянных учебников все-таки загнать за плинтус. Теперь они, конечно, повылезут, но все равно все к этому шло.

Но хватит мне хвастаться. Цель этого текста не в этом. Я так или иначе считаю себя ответственным за почти все учебники по математике, прошедшие в последние годы в федеральные списки, и сейчас я хочу сказать про это «почти». Оно довольно-таки большое: в перечне на нынешний год обнаружилось 37 рекомендованных или допущенных учебников, на которые я и моя (математическая) подкомиссия никогда не давала никаких заключений, кроме резко отрицательных. Они делятся на три большие группы.

I. Отвергнутые подкомиссией по математике, но легально и открыто продавленные через межпредметную комиссию РАН — 16 шт.

1-4. Александрова Э.А. «Математика», классы 1, 2, 3, 4. ВИТА-ПРЕСС.
5-8. Александрова Э.А. «Математика», классы 1, 2, 3, 4. Дрофа.
9-12. Аргинская И.И. и др. «Математика», классы 1, 2, 3, 4. Изд. дом «Федоров».
13-16. Давыдов В.В., Горбов С.Ф. и др. «Математика», классы 1, 2, 3, 4. ВИТА-ПРЕСС.

II. Знакомые мне учебники, появившиеся в Перечне рекомендованных при отсутствии по ним каких-либо решений, кроме отрицательных — 13 шт.

1-2. Беденко М.В. «Математика», классы 3, 4. «Русское Слово».
3-6. Демидова Т.Е. и др. «Математика», классы 1, 2, 3, 4. Баласс.
7-10. Муравин Г.К., Муравина О.В. «Математика», классы 1, 2, 3, 4. Дрофа.
11. Козлова С.А. и др. «Геометрия», классы 7-9. Баласс.
12-13. Рубин А.Г., Чулков П.В. «Алгебра», классы 7, 8. Баласс.

III. Еще 8 учебников, о существовании которых я впервые узнал из этого перечня.

1-2. Седова Е.А., Черняев А.П., Шихалиев Х.Ш. «Математика», классы 5, 6. Ассоциация XXI век.
3-5. Седова Е.А., Черняев А.П., Шихалиев Х.Ш. «Алгебра», классы 7, 8, 9. Ассоциация XXI век.
6. Седова Е.А., Черняев А.П., Шихалиев Х.Ш. «Геометрия», классы 7-9. Ассоциация XXI век.
7-8. Седова Е.А., Черняев А.П., Шихалиев Х.Ш. «Алгебра и начала математического анализа», классы 10, 11. Ассоциация XXI век.

По поводу списка I я в свое время выдержал битву на межпредметной комиссии. К тому заседанию был подготовлен меморандум http://www.mi.ras.ru/~vva/XI-10.doc. Тогда мне удалось убедить членов комиссии в преступности сливания этих учебников в школу, и (несмотря на очевидное тяжелое давление сверху на председателя комиссии, В.В. Козлова) 5 серий учебников (перечисленные в списке I и еще номера 3-6 из списка II) были отвергнуты. Однако два месяца спустя на экстренном заседании комиссии (посвященном только этому вопросу) это было переиграно, и 4 серии (весь список I) были приняты. Правда, тогда оказалось, что сроки уже прошли, и в тот год эти учебники не попали в список, а дети получили однолетнее избавление. Но со следующего года эти учебники все-таки свалились на детские головы… В добавление покаюсь, что есть еще один очень (на мой взгляд) плохой комплект учебников для начальной школы — В.Н. Рудницкой и др. На том памятном заседании я согласился пропустить его в порядке торга, взамен на согласие (как видим, недолговечное) убрать хотя бы остальные.

Высокое лоббирование этих скверных учебников объясняется в частности тем, что три из этих комплектов (Александровой и Давыдова-Горбова) принадлежат к системе Эльконина-Давыдова, находящейся в наивысшем фаворе у реформаторов образования. Кажется, педагогические идеи Эльконина и Давыдова вполне симпатичны, но математики они (или кто там творил эти учебники) очевидно не понимали. К тому же с самым первым учебником по этой системе произошла подлинная трагедия: его сочинителям удалось включить в список титульных авторов самого великого В.В. Давыдова, после чего фатальные принципиальные глупости этого учебника были канонизированы и стали обязательными для всех последующих.

Для интересующихся — ссылка на мои рецензии 2006-2011 гг.: http://www.mi.ras.ru/~vva/test.html и http://www.hse.ru/org/persons/1297545

Наконец, для страховки привожу список из 11 учебников, по которым осенью 2013 года было принято отрицательное заключение. Надеюсь, что с ними все будет как должно, но если вдруг вы увидите их в вызревающем сейчас новом списке рекомендованных учебников…

IV.

1-3. Петерсон Л.Г. и др. «Алгебра», классы 7, 8, 9. «Спид-ИНФО».
4-7. Ивашова О.А., Подходова Н.С. и др. «Математика», классы 1, 2, 3, 4. Дрофа.
8-9. Гусев В.А. и др. «Геометрия», классы 10, 11. Баласс.
10-11. Рубин А.Г. и др. «Алгебра и начала матем. анализа», классы 10, 11. Баласс.

Источник: блог В.А. Васильева