В своем заявлении Профсоюз РАН указывает на ряд моментов, которые могут вызвать серьезные проблемы, и, значит,  должны быть отработаны на начальных этапах процесса, возможно, в пилотном режиме.

23 января 2018 г.

Заявление Профсоюза работников РАН

Профсоюз работников РАН в целом одобряет планы руководства Российской академии наук провести серьезный анализ результатов работы подведомственных ФАНО институтов по госзаданиям в 2017 году и участвовать в формировании планов на 2018-2020 годы. Как было отмечено в докладе вице-президента РАН А.В. Адрианова, представившего план корректировки государственных заданий институтов на заседании Президиума РАН 27 декабря 2017 г., по результатам оценки отчетов за 2017 год часть тем планируется рекомендовать к продолжению, часть — отправить на доработку в институты, а оставшиеся — закрыть. Доработанные темы вновь будут оценены подобранными отделениями экспертами и рекомендованы к продолжению или прекращению. Средства, высвободившиеся после закрытия потерявших актуальность или повторяющихся из года в год тем, планируется направлять на развитие прорывных научных проектов, выбираемых на конкурсной основе.

Таким образом, Академия наук берет на себя функции реального научно-методического руководства институтами. Надеемся, что за этим шагом последуют другие, которые позволят выстроить эффективную систему управления научной деятельностью академических институтов.

Серьезный анализ выполняемых в НИИ РАН работ и постоянная грамотная корректировка научного курса силами академического сообщества безусловно необходимы. Однако, совершенно очевидно, что эта деятельность, особенно на начальных этапах, должна вестись взвешенно, аккуратно, без спешки. В ходе нее явно возникает множество проблем, требующих нестандартных решений.

Очевидно, что необходима серьезная предварительная проработка следующих вопросов:

- выбор критериев оценки значимости и актуальности тематик

- организация экспертизы результатов

- определение порядка проведения конкурсов на новые проекты

- регулирование трудовых отношений с сотрудниками, работавшими по рекомендованным к закрытию темам.

Профсоюз работников РАН обозначил эти проблемы и свою готовность принять участие в их решении на встрече с Президентом РАН А.М. Сергеевым.

Мы уверены, что корректировка госзаданий должна вестись открыто, гласно, с привлечением широкой научной общественности.

Вместе с тем, считаем необходимым напомнить, что информация о введении нового подхода к формированию госзаданий появилась уже после того, как институты представили планы на 2018 год. Сложившееся в последние годы формальное отношение к «приемке работ» по госзаданию могло повлиять на качество планирования. Научные коллективы должны иметь время перестроиться. Тем более что механизм корректировки госзаданий только начинает отрабатываться: предстоит подготовить нормативную базу, накопить опыт решения спорных вопросов.

Профсоюз работников РАН уверен, что в первый год работы по новым правилам научным коллективам необходимо обеспечить возможность самим изменять свои планы. К решению о закрытии тем на этом этапе нужно относиться с большой осторожностью. В случае сомнений в целесообразности продолжения исследований по какому-то направлению основной формой действий на данном этапе должна быть отсылка на доработку в институт. На наш взгляд, в 2018 году преимущественное право принятия решений о закрытии одних тем и открытии других с перераспределением высвобождающихся средств должно предоставляться ученым советам институтов по согласованию с соответствующими отделениями РАН.

Председатель профсоюза работников РАН                                                   В.П. Калинушкин

Источник: сайт РАН, 24 января 2018 года

Заявление Профсоюза РАН о корректировке государственных заданий академических институтов. >>>    (pdf, 61 Kб)

См. также:

Профсоюз предлагает ФАНО и РАН с участием экспертов в течение ближайшего месяца разработать рекомендации по корректировке условий соглашений на выполнение госзадания в 2018 году.

1. Письмо М.М. Котюкова о госзаданиях >>> (pdf, 208 Kб)
2. Письмо А.М. Сергееву и М.М. Котюкову по формированию госзаданий >>> (pdf, 88 Kб)

Профсоюз работников РАН уже не раз обращал Ваше внимание на последовательное ухудшение положения фундаментальной науки в стране. В связи с постоянным уменьшением бюджетного финансирования ситуация в академических институтах, подведомственных Федеральному агентству научных организаций, близка к критической. Зарплатный фонд сжимается, начались сокращения, идет разрушение сложившихся коллективов и научных школ. Институтам не хватает денег на коммунальные услуги, оплату налогов. Из-за падения курса рубля закупаемые за рубежом оборудование,  реактивы, расходные материалы теперь стоят вдвое дороже, чем два года назад. Резко выросла также стоимость участия в международных проектах и конференциях, подписка на научные журналы. Вновь набирает обороты утечка мозгов: уезжают и состоявшиеся ученые, вымотанные постоянными реформами, и талантливые выпускники вузов, не верящие в перспективы отечественной науки.

Чиновники утверждают, что Россия тратит на науку слишком много бюджетных средств, однако это не так. В развитых странах реализуются разнообразные формы государственного стимулирования бизнеса на поддержку исследований и разработок (опосредованного финансирования науки из бюджета) — налоговые вычеты, налоговые кредиты и т.д. Это позволяет экономическим лидерам доводить финансирование науки со стороны государства до 1,5-2% ВВП.

В России уровень финансирования фундаментальной науки является неудовлетворительным, если не сказать – позорным. В докризисном 2014 году Россия, по данным ОЭСР, тратила на фундаментальные научные исследования 0,17 % ВВП, отставая (и серьезно) не только от наиболее развитых стран (Франция – 0,54%, Голландия – 0,56%) но и от Португалии (0,28%), Испании (0,27%), Польши (0,23%), Эстонии (0,37%). Даже Греция в условиях длящегося несколько лет в стране тяжелейшего кризиса расходует на фундаментальную науку 0,28% ВВП — заметно больше, чем Россия в благополучном для нее 2014 году.

Отношение к науке как к затратной «социалке» губительно для страны! Расходы  на науку — вложения в будущее. Именно фундаментальные исследования обеспечивают генерацию новых идей, без которых невозможны продвижение вперед, адекватная экспертная оценка глобальных угроз и вызовов. Сегодня перед Россией особенно остро встала задача создания и внедрения современных технологий, импортозамещения, укрепления обороноспособности. Выход страны из нынешнего системного кризиса возможен только на волне мощного научно-технического и инновационного развития.

Профсоюз работников РАН предупреждает: дальнейшее снижение финансирования приведет к развалу российской науки.  В результате задачи по созданию и внедрению современных технологий, импортозамещения, укрепления обороноспособности решены не будут. Мы знаем, что деньги в стране есть, и настаиваем на пересмотре приоритетов расходования общенациональных финансовых ресурсов!

Профсоюз работников РАН требует:

- Не секвестировать в 2016 году расходы на науку.

- Зафиксировать обязательства по расходам федерального бюджета на фундаментальные научные исследования в 2017 г. на уровне не ниже 0,22% ВВП. Обеспечить увеличения этих расходов в ближайшие годы  до 0,35% ВВП.

- Добиться выполнения хотя бы к 2018 году Указа Президента РФ № 599 от 7.05.2012 г. в части доведения доли внутренних затрат на исследования и разработки до 1,77% в ВВП (этот показатель планировалось достичь к 2015 году).

- Разработать и ввести в действие законодательную базу, стимулирующую бизнес поддерживать науку.

Как глава государства Вы в состоянии обеспечить выполнение этих требований. В своих выступлениях вы постоянно говорите о необходимости перевода России на инновационный путь развития и огромной роли науки в решении этой задачи. Просим вас сделать реальные шаги для сохранения научного потенциала нашей страны.

Председатель профсоюза В.П. Калинушкин

Источник: Профсоюз работников РАН, 6 июля 2016 г.

Вопрос о том, как противостоять негативным процессам, которые уже в ближайшее время могут парализовать работу институтов и запустить массовые сокращения, подробно рассмотрел в своем докладе председатель профсоюза Виктор Калинушкин (на снимке слева). Он заявил, что хроническое недофинансирование фундаментальной науки — ключевая проблема на данный момент. По сравнению с ней отходят на задний план такие раздражающие ученых изобретения чиновников, как реструктуризация, оценка институтов и даже нормирование труда. 

Источник: сайт газеты «Поиск», № 27-28, 1 июля 2016 г.

См. также:  Постановления Президиума Центрального совета Профсоюза работников РАН от 20-22 июня 2016 года

Глубокоуважаемый Михаил Михайлович!

В Профсоюз работников РАН поступила информация о проекте соглашения между НИЦ «Курчатовский институт», Росатомом и ФАНО, который предусматривает создание Межведомственного центра по термоядерным и плазменным исследованиям, с участием НИЦ «Курчатовский институт», ФГУП «ГНЦ РФ ТРИНИТИ», Физико-технический институт им. А.Ф. Иоффе РАН (ФТИ РАН) и Физический институт им. П.Н. Лебедева РАН (ФИАН). Предполагается, что Межведомственный центр будет работать по единой программе, научное руководство разработкой и реализацией которой будет осуществлять НИЦ «Курчатовский институт».

По имеющейся у нас информации, соглашение планируется подписать в ближайшее время. При этом оно детально не обсуждалось ни с институтами – потенциальными участниками программы, ни с Российской академией наук, осуществляющей научно-методическое руководство деятельностью подведомственных ФАНО организаций. Нам представляется неправомерным игнорирование мнения РАН и ученых советов потенциальных участников программы при заключении соглашений и подготовке программ научных исследований. В связи с этим документы кажутся нам не подготовленными, и спешка с их принятием вызывает недоумение.

Развитие научного сотрудничества между организациями различной ведомственной принадлежности, безусловно, важно. Однако при возможных организационных изменениях необходима тщательная проработка всех деталей, которая в данном случае отсутствует.

Считаем, что необходимо обеспечить:

1) открытое обсуждение проектов программ и соглашений

2) согласование их с Российской академией наук;

3) обеспечение принципа добровольности участия в программах научных организаций.

Призываем Вас не подписывать этих соглашений без их детальной проработки, к которой в обязательном порядке должны быть привлечены Российская академия наук и представители заинтересованных научных организаций.

Председатель ПР РАН В.П.Калинушкин

Источник: сайт РАН, 06 июня 2016 г.

Глава агентства отметил, что разработка систем нормирования труда (они включают определение затрат труда на выполнение определенного объема работ и услуг и установление соотношений между мерой труда и его оплатой. ­ Прим. ред.) в бюджетной сфере ­ это требование законодательства.

К началу 2016 года было произведено нормирование всех государственных услуг. В системе ФАНО таковые оказывают учреждения медицины, культуры, дошкольного образования, при подготовке аспирантов. Нормы оплаты этих услуг установили соответствующие министерства, и с этого года академические организации начали их применять.

Теперь подошла очередь установления нормативов на работы, то есть фундаментальные исследования. Этот процесс необходимо завершить в ближайшее время, поскольку на основе этих показателей должен быть сформирован бюджет 2017 года, подготовка которого начинается с февраля.

“За нормирование в сфере исследований отвечает Минобрнауки, но ФАНО отрабатывает этот вопрос, чтобы занимать по нему активную позицию”, ­ заявил Михаил Котюков и в общем виде обозначил подходы агентства к решению этой задачи. “Понятно, что стоимость работ, например, в гуманитарных областях и ядерной физике или у математиков и археологов должна различаться, ­ сообщил глава ФАНО. ­ Чтобы подготовиться к предстоящему нормированию, мы проанализировали фактические затраты наших организаций за два года. Все научные тематики были распределены по 30 группам. Наши специалисты провели по каждой из них расчеты и сформировали модель, которую теперь тестируют. Так, с сентября мы проводим консультации с директорами институтов в разных регионах”.

Председатель Профсоюза работников РАН Виктор Калинушкин сообщил, что профсоюз пока не знает, что представляет собой разработанная ФАНО модель. Однако профсоюз надеется получить разъяснения в самое ближайшее время, поскольку системы нормирования труда должны определяться работодателем с учетом мнения представительного органа работников.

По мнению лидера профсоюза, определение затрат на выполнение разных видов научных работ и распределение средств между институтами на основе этих данных позволит более эффективно планировать исследования и распоряжаться имеющимися ресурсами. Но установление норм труда для такого уникального по своим характеристикам сегмента, как научно-­исследовательская деятельность, ­ это очень тяжелая задача. В каждом конкретном случае должны учитываться все специфические особенности определенного вида работ, влияющие на него объективные факторы и риски. И профсоюз намерен пристально следить за тем, чтобы эти правила соблюдались.

Автор: Надежда ВОЛЧКОВА, «Поиск»

Источник: сайт Российской академии наук, 14 января 2015 г.

См. также: Пробил нормо-час. Научную работу окончательно зарегулируют? («Поиск«, №48, 27.11.2015)

ФАНО начнет финансирование научных организаций в 2016 году с первых рабочих дней (ТАСС, 23.12.2015)

– Недавно руководители Дальневосточного и Сибирского отделений РАН направили телеграмму главе академии Владимиру Фортову, в которой выразили озабоченность действиями Федерального агентства научных организаций (ФАНО) в связи с увольнением руководителей институтов и научных центров, обвинили ФАНО в курсе на фактическую ликвидацию научных учреждений РАН.

– Действительно, в последнее время ФАНО совершило ряд действий, в частности, увольнение директора ГЕОХИ Эрика Галимова. Но этот конфликт, вроде, разрешился. Также имела место ситуация с директором Института философии РАН Абдусаламом Гусейновым, которого выдворили с совещания в правительстве. Вот это давление, прессинг имели место наряду с реструктуризацией, объединением институтов, и потому стали поводом для написания тревожной телеграммы. Хотя, на мой взгляд, у институтов РАН есть еще более серьезные проблемы, нежели те, которые упоминались в той телеграмме.

– Какие проблемы вы имеете в виду?

– Сейчас появился большой блок документов, проектов, и среди них наиболее опасные для академии наук – это проект документа из министерства образования и науки РФ, определяющий порядок методических указаний к определению размера субсидий на госзадание. То есть это документ, определяющий порядок финансирования наших институтов. Текст проекта выставлен для общественного обсуждения в Сети.

Помимо того, что некоторые положения этого документа плохо стыкуются между собой, он еще и не совместим с рядом других документов. Но его ключевой позицией является то, что в случае его принятия произойдет примерно трехкратное сокращение числа сотрудников институтов ФАНО. Это на самом деле полный разгром институтов.

Понятно, что увольнение директора ГЕОХИ было сделано, с нашей точки зрения, совершенно неправильным образом, и хорошо, что этот конфликт, видимо, исчерпан. Но трехкратное сокращение сотрудников у нас вызывает еще большую обеспокоенность, чем даже предложения по реструктуризации институтов. Там тоже есть масса своих «наворотов», но все-таки шла речь об объединении в единое юрлицо, а не о разгроме институтов. Хотя и непонятно – зачем это делается, и там тоже может возникнуть много проблем. Но вот этот документ из недр Минобрнауки, о котором я сказал, на сегодняшний день считается наиболее опасным. Вообще очень много появилось документов такого рода, так, что я даже не знаю, что будет завтра с утра. Видимо, чиновники спешат со сроками выполнения поручений президента РФ, появившихся по результатам обсуждений на предновогоднем совете по науке при главе государства. В результате имеем скачущий поток каких-то документов, меняющих ситуацию в управлении наукой. И все не очень удачные, мягко говоря.

– Какие цели преследуют чиновники, чем объясняют свои инициативы?

– В основе у них лежат, может быть, даже благие пожелания. Насколько можно понять из общения с ними, хотят обеспечить нормальные условия труда и достойную зарплату научному сотруднику. Но так как все делается без увеличения финансирования, то этого можно добиться только путем сокращения огромного числа других сотрудников.

Чиновники пытаются сделать что-то вроде немецкой или американской схемы науки. Но там, за рубежом, финансирование на одного научного сотрудника в 5-10 раз больше, чем сейчас у нас. Для того чтобы вывести на такие схемы, надо, как минимум, в три раза увеличить финансирование на одного сотрудника. Так как денег не прибавляют, то остается другое, кардинальное решение вопросов: в три раза уменьшить численность сотрудников. Со всеми вытекающими последствиями. Все просто, без затей…

Есть указ президента об увеличении средних зарплат научным сотрудникам до 200% от средней зарплаты в регионе к 2018 году. А что такое средняя зарплата? Это фонд заработной платы, поделенный на число сотрудников. Если фонд заработной платы не увеличивать, то достигнуть увеличения средних зарплат можно только одним путем – уменьшением числа научных сотрудников…

– Какие будут последствия для науки, если эти планы будут реализованы?

– Смертельные. Я говорю откровенно, что российская наука за последние 25 лет получила невероятное количество ударов и осталась жива. Мы полагали, что и очередной удар переживем – реформу РАН, реструктуризацию, которую предлагает ФАНО… Но если эти правила финансирования госзадания будут приняты, то, думаю, такого удара российская наука просто не переживет. На этом все закончится. Приехали, как говорится…

Единственная надежда заключается в том, что, возможно, удастся опрокинуть эти планы. Были проведены обсуждения в Минобрнауки, и мы, профсоюз, тоже выставим этот проект на обсуждение. Если общественность организуется, то, надеюсь, мы его остановим.

Беседовал Дмитрий Ремизов

Источник: Росбалт.ru

Подготовленное рабочей группой ФАНО примерное положение об оплате труда работников подведомственных агентству научных организаций еще не утверждено. Но его общественное обсуждение на сайте http://regulation.gov.ru закончено, и, значит, выхода соответствующего приказа можно ждать со дня на день. По просьбе “Поиска” положение прокомментировал председатель Профсоюза работников РАН Виктор Калинушкин, активно участвовавший в работе над этим документом.

- Виктор Петрович, появилась информация, что профсоюз согласовал новую систему оплаты труда. Вас все в ней устроило?

- Да, мы его согласовали. Но не могу сказать, что оно нас полностью удовлетворяет. Документ — результат компромисса: в чем-то нам пошли навстречу, с какими-то моментами мы согласились. А как по-другому? Не такое простое дело — “сшить” две существенно отличающиеся друг от друга системы оплаты труда. Разница действительно серьезная. Благодаря пилотному проекту оклады сотрудников РАН в 2-2,5 раза выше, чем в РАМН и РАСХН, наши квалификационные требования значительно жестче. Профсоюз РАН предложил внести в положение две тарифные сетки — рекомендуемую (рановскую) и минимальную (применяемую в двух других академиях), которая должна постепенно подтягиваться к нашей. ФАНО поддержало эту позицию. К сожалению, представители Минтруда выступили резко против и настояли на стандартной “уравнительной” схеме, базирующейся на утвержденных правительством минимальных окладах по профессиональным квалификационным группам.

- Эти оклады существенно ниже ныне действующих в академических институтах. Не станет ли это основанием для снижения зарплат?

- Надеемся, что в наших институтах все останется по-прежнему. Нам удалось добиться включения в примерное положение пунктов, согласно которым устанавливаемая по новой системе зарплата работников без учета стимулирующих выплат не может быть меньше той, которую они до сих пор получали. Разумеется, при условии сохранения объема должностных обязанностей. Так что гарантированные выплаты действующим сотрудникам должны остаться на прежнем уровне. Вопрос насчет вновь принимаемых работников остается открытым. Но вряд ли им будут устанавливать зарплаты, отличающиеся от тех, что получают работающие бок о бок коллеги.

Хочу подчеркнуть: пункты, о которых я говорю, были внесены в проект положения по инициативе представителей Профсоюза и СМУ РАН и при поддержке ФАНО. Агентство согласовало этот вопрос в рабочем порядке с членами рабочей группы от Минтруда и Минюста. Мы подписали протокол с условием, что эти ключевые моменты сохранятся. Надеемся на это, но пока нет официального документа, всегда остаются сомнения.

- Вы говорите, что ухудшений быть не должно. А как насчет улучшений?

- Увеличения базового финансирования пока не ожидается, в этом смысле мы можем рассчитывать разве что на внебюджетные доходы. Впрочем, в ближайшие годы ФАНО, видимо, будет получать небольшие целевые средства на увеличение зарплат ученым для выполнения соответствующего указа президента. Уже в этом году было обещано выделить 2,7 миллиарда рублей, и часть этой суммы в институты пришла. Говорят, что в следующем году дадут 5-6 миллиардов. Напомню, фонд заработной платы во всех подведомственных ФАНО институтах составляет около 40 миллиардов рублей. Дополнительные деньги будут направляться на стимулирующие надбавки.

- Правильно ли я понимаю, что согласно новому положению документы о распределении стимулирующих выплат институты должны разработать самостоятельно — сверху ничего регламентироваться не будет?

- Да, порядок и размеры выплат стимулирующего характера будут устанавливаться коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами. По-другому теперь нельзя. Даже для академических организаций подобрать универсальные показатели было не так просто, поэтому пресловутый ПРНД носил рекомендательный характер. А как можно найти общие стимулы для наших институтов и структур РАМН и РАСХН, где публикационная активность — далеко не главный критерий эффективной работы?

Замечу, что институтам теперь вообще предоставляются достаточно широкие права в распределении фонда оплаты труда. Но в то же время предусматривается контроль со стороны представительного органа работников — профсоюза. Все локальные нормативные акты должны быть приложениями к Коллективным договорам, которые разрабатываются совместно администрацией и профорганизацией и принимаются на конференции трудового коллектива.

Профсоюз постарается помочь институтам сориентироваться в новой системе оплаты труда. В РАН не было особенной финансовой вольницы, и не все к ней готовы. Мы разработаем рекомендации по формированию локальных нормативных актов, которые разошлем в первичные профсоюзные организации. С председателем Совета директоров институтов РАН Геннадием Андреевичем Месяцем есть договоренность, что совет доведет наши предложения до руководителей НИИ.

- Вернемся к зарплатам ученых. Будут ли учитываться при их расчете научные степени?

- К сожалению, обязательная выплата степенных надбавок ученым была отменена новым Законом об образовании. Профсоюз РАН будет рекомендовать директорам включать в оклады научных сотрудников (НС) и старших научных сотрудников (СНС) кандидатские надбавки (три тысячи рублей), а в оклады ведущих (ВНС) и главных научных сотрудников (ГНС) — докторские (семь тысяч).

Тем, у кого доплаты за степень сегодня входят в оклад, они будут сохранены. Как я уже говорил, в проекте положения есть соответствующий пункт, и мы надеемся, что он останется в итоговой версии. То есть материально люди не пострадают. Но с тем, что ученые теперь лишены важного стимула повышать профессиональную квалификацию, мы мириться не собираемся. Профсоюз РАН намерен бороться за то, чтобы закрепить степенные надбавки законодательно. Сделать это будет непросто. К сожалению, вместе со своей пилотной системой оплаты труда мы потеряли и академические квалификационные требования, в которых, кроме всего прочего, утверждалась необходимость наличия кандидатской степени у НС и СНС и докторской — у ВНС и ГНС. А в Едином квалификационном справочнике должностей, на который мы теперь должны ориентироваться, требования по ученой степени есть только для ВНС и ГНС.

Кроме того, сейчас в наших институтах немало сотрудников имеют еще и “международную” степень PhD. По идее и ее надо учитывать, назначая человеку зарплату.

В общем, вопросы остались, и это значит, что предстоит еще много работы. Новое положение — только первый шаг в формировании новой системы оплаты труда. Постараемся по максимуму реализовать заложенные в нем возможности и в случае необходимости будем совершенствовать нормативную базу.

Подготовила Надежда ВОЛЧКОВА
Фото Николая Степаненкова
Источник: Поиск, № 45-46(2014), 14.11.2014

«Мы должны добиваться реальных сдвигов в обеспечении научной работы», — подчеркнул президент РАН академик Владимир Евгеньевич Фортов.

Результатом трехчасового обмена мнениями стал проект документа, содержащего рекомендации президентскому Совету по науке и образованию, Федеральному Собранию, Правительству, Минобрнауки, ФАНО России и РАН. Базовыми предложениями обозначены проработка возможности внесения изменений в ФЗ-253, продолжение деятельности рабочей группы по мониторингу практики его применения, а также включения в повестку дня новой комплексной стратегии, определяющей цели и приоритеты государственной политики России в сфере науки и технологий. Поднимался и вопрос и о принципиальной необходимости организации нового надведомственного органа, аналогичного советскому Госкомитету по науке и технике (ГКНТ). Как сказал член Совфеда член-корреспондент РАН Арнольд Кириллович Тулохонов, «…отвечать в России за науку некому».

Особое внимание на круглом столе уделялось мотивациям научных работников, их социальной защищенности, обеспечению жильём. Председатель Уральского отделения РАН академик Валерий Николаевич Чарушин рассказал о проблемах с распределением уже построенной в Екатеринбурге служебной жилплощади: «Мы не можем передать 100 квартир молодым учёным, потому что таковых у нас нет!», — сказал он, имея в виду формальную принадлежность научной молодёжи «организациям, подведомственным ФАНО». В. Чарушин предложил создать трехстороннюю комиссию с представительством агентства, РАН и Росимущества, а в проекте решения круглого стола отмечена необходимость продолжения федеральной программы «Жилище» в отношении Академии наук и ее региональных отделений до 2020 года, с распространением ее действия на сотрудников (прежде всего, молодых) институтов, отошедших к ФАНО. Председатель профсоюза работников РАН Виктор Петрович Калинушкин сообщил, что учёные Крыма уже вступили в профорганизацию и ходатайствовал об их включении в жилищные проекты. Участники обсуждения обратили внимание и на обязательность единой системы оплаты труда в объединенной сети академических институтов.

Рекомендации круглого стола в адрес Минобрнауки РФ указывают на то, что министерству совместно с РАН следует сформировать пакет нормативных актов, необходимых для реализации функций Академии, предусмотренных ФЗ-253. «Понятие «научная экспертиза» в российском законодательстве прописано слабо», — конкретизировал главный учёный секретарь Президиума РАН академик Игорь Анатольевич Соколов. Председатель Красноярского научного центра СО РАН академик Василий Филиппович Шабанов назвал «ключевыми» недостающие регламенты: по согласованию кандидатур на должности директоров институтов и по вопросам создания, реорганизации и ликвидации научных организаций.

На круглом столе в Совете Федерации интенсивно обсуждались и другие проблемы: приоритетов в бюджетном финансировании исследований, дублирования в отчётности ФАНО и МОН России (и разграничения полномочий по организации науки в целом), укрепления правовых позиций региональных отделений РАН, реструктуризации сети академических институтов и обеспечения академической аспирантуры… Перечень тематик и предложений этим не ограничивался, и участники встречи согласились с модерировавшим её Виктором Косоуровым: следует дать две недели на расшифровку аудиозаписи, составление стенограммы и внесение в проект дополнений, после чего документ будет направлен адресатам.

Андрей Соболевский

Фото автора

Источник: сайт газеты «Наука в Сибири», 31 октября 2014

Представлявший РАН заместитель президента академии Владимир Иванов перечислил звучавшие ранее положения, по которым стороны пришли к консенсусу.

Главные из них таковы. Реструктуризация сети институтов может проводиться только после подведения итогов первого года реализации закона о РАН. “Нельзя делать второй шаг, не завершив первый, — пояснил этот посыл заместитель президента академии. — А до этого еще далеко: не отработан механизм формирования госзадания, у многих институтов не утверждены уставы, не оформлено имущество, ожидается массовая смена руководящего состава”.

Решения об изменении организационно-правовой формы института и его передаче в другие ведомства должны приниматься после согласования с РАН, как это предписано действующим законодательством. Начиная реструктуризацию, РАН и ФАНО определяют цели, задачи и ожидаемые результаты от преобразований. При этом академия отвечает за научную сторону, а ФАНО — за ресурсное обеспечение процесса. Только обговорив эти детали, можно проводить конкурс пилотных проектов, отметил Владимир Иванов.

Он привел предлагаемые РАН модели переформатирования сети институтов, среди которых, как оказалось, есть и вариант вхождения НИИ в состав РАН и ее региональных отделений — как с потерей юридического лица, так и с сохранением самостоятельности.

Поддержав, как и многие из выступавших, обозначенные В.Ивановым принципы реструктуризации, главный ученый секретарь Президиума Сибирского отделения РАН член-корреспондент Валерий Бухтияров добавил, что предложения по интеграции НИИ должны быть плодом совместной работы ФАНО, РАН, заинтересованных организаций, а в регионах — еще и соответствующих отделений академии. Он рассказал, что в СО РАН поиск новых форм интеграции возглавил президиум отделения. Сразу после появления предложений ФАНО он поручил объединенным ученым советам (ОУС) по направлениям науки разработать перечень актуальных для региона тем.

На основе проведенного анализа СО РАН уже начало разрабатывать несколько пилотных проектов — Федеральный научный центр углехимии на базе институтов Кемеровского научного центра, программа “Энергоресурсоэффективные катализаторы” на базе Института катализа. В этот же пакет решено включить стартовавшую ранее программу создания Междисциплинарного научно-образовательного инновационно-технологического центра НГУ — СО РАН.

Все решения по реструктуризации в СО РАН принимаются гласно и открыто: сначала экспертиза ОУС (сибиряки считают их координирующими органами, идеально подходящими для новых условий), потом — обсуждение на президиуме регионального отделения, которое выразило готовность осуществлять научно-методическое руководство вновь образованными структурами.

Член Президиума РАН академик Геннадий Месяц раскритиковал идею объединения институтов научных центров в одно юридическое лицо: “Это мы уже проходили: через несколько лет председатель центра, распределяющий ресурсы, превращается в богдыхана и тянет одеяло на себя. Именно поэтому РАН давно отказалась от такой формы организации, дав НИИ финансовую самостоятельность”.

Вряд ли стоит выдумывать новые формы взаимодействия институтов, в то время как существующие вполне актуальны, поддержал председатель Президиума Красноярского научного центра СО РАН академик Василий Шабанов. Он заявил, что нынешние научные центры — гибкие и эффективные структуры, в рамках которых можно решать важные народнохозяйственные задачи. “А вообще, если государство заинтересовано в наших научных результатах и хочет видеть их реализованными, оно, в первую очередь, должно дать институтам такие же льготы, как “Сколково”, — добавил он под аплодисменты зала.

Исполняющий обязанности директора Института радиотехники и электроники член-корреспондент РАН Сергей Никитов, входивший в комиссию по совершенствованию структуры академии, рассказал о том, что реструктуризация сети НИИ проводилась постоянно и, конечно, должна продолжаться в соответствии с потребностями времени. Однако в этом деле нельзя переходить границы разумного. “Вчера нам пришло требование дать предложения по включению института в программу “Фотоника”, отведено на это “целых” два дня, — привел он актуальный пример. — А многих наших партнеров вообще не проинформировали об этой инициативе. Так можно погубить любое полезное начинание!”

Многие выступавшие говорили о том, как тяжело ученым работать в атмосфере неопределенности, присущей непрерывному реформированию.

- Коллеги из других структур при встрече спрашивают: “Вас еще не закрыли?” — поделился директор Института философии и права Уральского отделения РАН член-корреспондент Виктор Руденко. — Есть ощущение, что небольшим академическим организациям скоро придет конец. Нас пугает пущенная реформаторами фраза: “Маленький институт не способен решать большие задачи”. На самом деле, это не так: даже один маленький человек способен. Гуманитарные институты с несколькими десятками сотрудников, как показывает мировая практика, вполне успешны. Создавать гигантские учреждения или консорциумы в этой сфере нецелесообразно.
Вице-президент РАН, директор Института космических исследований, академик Лев Зеленый подтвердил: в научных коллективах царят тревога, настороженность, нервозность, что отрицательно сказывается на результатах. Лев Матвеевич отметил, что многие проблемы нельзя решить на уровне ФАНО. Между тем наукой в стране управляют около 20 структур (эта цифра была приведена в докладе Владимира Иванова), и ученым очень мешает рассогласованность их действий.

“Необходим единый государственный орган, который исполнял бы функции управления, координации и контроля в научно-технической сфере, — подчеркнул академик Зеленый. — Это на данном этапе самый важный вопрос. Реформирование системы управления академическими институтами — значительно более мелкая и вторичная задача”. Он призвал ФАНО обратиться к власти с предложением создать координирующий центр по типу хорошо себя зарекомендовавшего Государственного комитета по науке и технике СССР.

“Мы не видим, для чего нас стоило бы реформировать”, — более жестко высказалась первый замдиректора Института мировой экономики и международных отношений РАН академик Наталья Иванова. Она рассказала, что Отделение глобальных проблем и международных отношений РАН, куда входит ИМЭМО, было создано в рамках совершенствования сети РАН и доказало свою эффективность.
- Эффективность наших исследований повысилась, мы востребованы в стране, имеем высокие международные рейтинги, — заявила Наталья Ивановна. — В чем мы реально нуждаемся, так это в оптимизации использования наших скромных ресурсов. Была надежда, что грамотные финансисты ФАНО начнут решать эти проблемы. Однако пока нас только заваливают немыслимым количеством бумаг. Еще одна задача ФАНО — оградить институты от недружественного слияния с вузами. Мы постоянно получаем такие предложения и ничего хорошего в них не видим. Как председатель Экспертного совета ВАК по экономике, могу сказать, что вузовская наука — клинически тяжелый случай.

О том, как воспринимают идеи реструктуризации простые научные сотрудники, рассказал председатель Профсоюза работников РАН Виктор Калинушкин.
- Имея ту информацию, которая сейчас доступна, ученые делают вывод, что цель нового этапа реформирования — переориентация институтов РАН на прикладные исследования, — отметил он. — Однако появляющиеся документы — например, по оценке НИИ, аттестации научных сотрудников — ведут нас совершенно в другом направлении. Кроме того, для решения практических задач необходимо усиливать материально-техническую базу институтов. Это требует серьезных вложений, но в бюджете на ближайшее трехлетие они не предусмотрены. Все эти нестыковки приводят к выводу о том, что затеянные преобразования направлены или на изъятие имущества, которое высвободится при объединении, или на создание иллюзии реформ.

Виктор Калинушкин потребовал от ФАНО и директоров институтов не проводить реорганизацию без предварительного обсуждения планов мероприятий в научных коллективах. Он высказал претензии руководству РАН, которое устранилось от вопросов организационных преобразований академических институтов и, по мнению ученых, фактически отказалось публично представлять и защищать их интересы.

Подводя итоги встречи, Алексей Медведев, как и на предыдущих сессиях, разъяснил принципы, на которых, как считают в ФАНО, должна быть основана научная кооперация. Он отметил, что на сегодняшний день у агентства нет готовых решений. Модели и конфигурация интеграционных проектов будут определены при участии РАН. Внедрение новых форматов взаимодействия между академическими институтами будет происходить постепенно. До конца 2014 года предстоит лишь сформировать контуры будущей организации науки и выбрать пилотные проекты. Настраиваться система будет в течение 2015 и 2016 годов.

- Судьба академической сети решается не только в этом зале и не только в дискуссии между Федеральным агентством и академическими институтами, — подчеркнул заместитель руководителя ФАНО. — В этом процессе есть и другие участники. Есть федеральные министерства, которые имеют определенную позицию относительно того, как им видится развитие научных институтов, которые сейчас объединены и находятся в ведении Федерального агентства научных организаций. Между тем времени для дискуссий осталось не так много. Если к 15 января мы не выйдем с консолидированной позицией, то сеть научных организаций РАН может серьезно пострадать.
Алексей Медведев выразил уверенность, что изменения назрели, и, срочно запустив несколько пилотных проектов по отработке новых интеграционных моделей, ФАНО и РАН получат возможность планомерно проводить преобразования во благо науки. Он подчеркнул, что принуждать НИИ к повальному объединению агентство ФАНО не собирается: это означало бы дискредитировать саму идею реструктуризации.

Заместитель руководителя ФАНО рассказал, что сам он убедился в необходимости интеграции институтов, познакомившись с их деятельностью во время поездок по стране. “Выяснилось, что организации со сходной тематикой зачастую совсем между собой не взаимодействуют и имеют по ряду вопросов противоположные взгляды, — сообщил он. — Так, ученые Лимнологического института СО РАН утверждают, что Байкал умирает, его надо охранять, а Институт географии СО РАН обосновывает Министерству природных ресурсов и экологии программу по интенсивному освоению прилегающих территорий. Мы считаем, что на Байкале должен быть создан крупный национальный исследовательский центр, который мог бы эффективно оппонировать Минприроды”.
Заместитель руководителя ФАНО подтвердил намерение агентства не допустить потери подведомственных институтов. В связи с этим он высказал возмущение позицией руководства РАН, которое недавно дало согласие на передачу 42 селекционных центров бывшей РАСХН Минсельхозу и ряда клиник Минздраву.

- Прежде чем принять такое решение, вы общались с коллективами и директорами этих организаций? — обратился он к присутствующим в зале представителям РАН. — А ведь люди категорически против перехода в подчинение министерств, они уверены, что это приведет к утрате научного потенциала.

Отвечая на вопрос, где взять деньги на реформы, Алексей Медведев пояснил, что они могут найтись при структурировании госпрограммы “Развитие науки и технологий” на 2013-2020 годы по проектному принципу. ФАНО готово отстаивать эту идею, которую, кстати, поддерживает и РАН.

На сессии неоднократно всплывал вопрос о документах, оказавшихся в распоряжении Профсоюза РАН и опубликованных на его сайте — “Концепции реализации проектов по структуризации подведомственных ФАНО научных организаций” и “Плане основных мероприятий по подготовке и проведению реорганизации, изменению типа подведомственного ФАНО учреждения”. Эти бумаги наделали много шума. Комиссия общественного контроля в сфере науки отреагировала на них открытым письмом, в котором выражается тревога в связи с тем, что “концепция реструктуризации основана на так называемых базовых организациях, однако нет ни единого намека на то, каким образом, на основании каких процедур такие организации будут определены”. Представители ФАНО объяснили, что это рабочие документы, которые носят промежуточный характер. Подготовка их окончательной редакции будет вестись в сотрудничестве с РАН.

Надежда ВОЛЧКОВА
Фото пресс-службы ФАНО

Источник: Поиск, № 42(2014), 17.10.2014

См. также: ФАНО приглашает на серию экспертных сессий «Стратегия развития научных организаций» (8-9.09.2014);

Пресс-центр ФАНО: ФАНО России провело первую экспертную сессию, посвященную стратегии развития сети научных организаций (22.09.2014);

«Наука в Сибири»: Сетевые решения (отчет об экспертной сессии в Новосибирске) (29.09.2914);

газета «Поиск»: Предчувствие стихии. Академическим НИИ предложено искать пути к спасению (№40, 3.10.2014);

пресс-центр ФАНО: Отчет об экспертной сессии «Стратегия развития научных организаций» в Екатеринбурге (3.10.2014);

пресс-центр ФАНО: ФАНО России обсудило стратегию развития с институтами Дальнего Востока (13.10.2014);

пресс-центр ФАНО: Ученые предложили пилотные проекты развития сети научных организаций (14.10.2014)

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е
г. Москва               8-9 октября 2014 г.            №  15-01-01

О реструктуризации научных организаций

Президиум  Центрального совета  Профсоюза работников РАН  обсудил информацию о предложениях Федерального агентства научных организаций России по реструктуризации научных учреждений, сообщения с мест о проведенных ФАНО экспертных сессиях по совершенствованию сети научных организаций и консультаций с руководителями институтов по поводу организации научных кластеров в регионах.

Отмечено, что идея реструктуризации не обсуждалась с научным сообществом, РАН, общественными организациями, представляющими интересы работников учреждений ФАНО; отсутствуют официальные документы, содержащие информацию о планах преобразований, их целях и задачах. При этом подготовка к объединению институтов и  возможному изменению их организационно-правовой формы идет полным ходом.

Судя по имеющейся информации, предполагается существенно усилить прикладную компоненту в деятельности академических институтов. Между тем, научные организации недостаточно обеспечены материально-техническими средствами и квалифицированными кадрами для проведения прикладных работ. Не предусмотрено и значительного качественного увеличения финансирования, необходимого для решения конкретных практических задач.

Остается неясной судьба научных групп, осуществляющих фундаментальные исследования, отдельных научных организаций, в том числе музеев, библиотек и институтов гуманитарного профиля.

По мнению президиума ЦС профсоюза, реализуемая в России научно-техническая политика  привела к системному кризису в сфере науки и смежных отраслях. Выход из него невозможен  без создания  единого государственного органа, осуществляющего функции  управления, координации и контроля в научно-технической сфере.

Было заявлено, что, Президент РАН и Президиум РАН не проявляют активности в вопросах организационных преобразований академических институтов. Они фактически отказались публично представлять и защищать интересы научных работников, тем самым превращая РАН в закрытый «клуб академиков».

В сложившейся ситуации на Профсоюз работников РАН ложится большая ответственность за будущее научных  коллективов, научных организаций и судьбу каждого работника.

Президиум Центрального совета  Профсоюза работников РАН 

ПОСТАНОВЛЯЕТ:

1. Выразить протест против очередной попытки реформирования науки  без широкого обсуждения с научным сообществом.

2. Потребовать от ФАНО России разъяснений по поводу легитимности документов, обсуждаемых научным сообществом, правовых оснований для проведения мероприятий по реструктуризации и подробной информации о предполагаемой реорганизации учреждений.

3. Вести мониторинг проводимых изменений и не допускать массовых сокращений, уменьшения базового финансирования институтов, потери учреждениями имущества.  Отстаивать необходимость сохранения научных направлений, системы самоуправления и общей численности рабочих мест в институтах.

4. Потребовать от Президиума РАН официально выразить  свое отношение к создавшейся ситуации и предложить  использовать для ее разрешения возможности, заложенные в Федеральном законе от 27.09.2013 №253-ФЗ.  Призвать руководство РАН поддержать деятельность Профсоюза РАН по защите социально-трудовых интересов научных работников.

5. Потребовать от руководства ФАНО России и директоров институтов не проводить структурные преобразования и реорганизации без предварительного обсуждения планов мероприятий в научных коллективах.

6. Обратиться в Федеральное собрание РФ и к Президенту РФ с предложением создать федеральный орган власти по типу Государственного комитета по науке и технике.

Председатель Профсоюза В.П. Калинушкин

Источник:  Сайт Профсоюза работников РАН

Исполнился год с момента принятия ФЗ №253 “О Российской академии наук, реорганизации государственных академий наук и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации”, которым РАН была отделена от входивших в ее состав научных организаций.

Уже можно уверенно сказать, что, как и предполагало большинство ученых, новая система управления академической наукой себя не оправдала. Ликвидация центра, координирующего научную деятельность, и разрыв научных связей между институтами отрицательно сказывается на нашей работе. Благодаря многолетним академическим традициям (демократические принципы самоуправления, самостоятельность в выборе направлений исследований) институты РАН пока держатся, хотя их руководству приходится тратить много сил на решение искусственно созданных и сильно мешающих основной деятельности организационных проблем. Однако мораторий на имущественные и кадровые решения заканчивается, и, похоже, нас ждет новый изматывающий виток борьбы за существование.

Что в этом году изменилось к лучшему? Без перебоев осуществлялось финансирование организаций. Но эта сторона вопроса не вызывала нареканий и в системе Академии наук. А вот бюрократизация существенно возросла. Руководство институтов не освободили от несвойственных науке функций, а наоборот, перегрузили ими и при этом еще требуют сокращать административно-хозяйственный аппарат. Огромный ущерб работе ученых  наносит новый закон о закупках.

Говорят, что полным ходом идет безупречная, по всей форме, регистрация имущества РАН. Наверное, это важно. Но намного важней, что даже в тяжелые перестроечные годы академия сохранила основную часть переданной ей в управление госсобственности. Сейчас же ученые опасаются, что после оформления имущество начнет быстрыми темпами переходить в частные руки.

В ведомственной социальной сфере не просто нет положительных сдвигов — ситуация в ней серьезно ухудшилась. Провалена жилищная программа РАН на текущий год. С января 2015 года резко возрастет оплата проживания в аспирантских общежитиях.  Существование академической медицины под угрозой.

Сегодня институты остались один на один с чиновником. Если руководство и аппарат академии по мере возможностей прикрывали институты от непродуманных разрушительных инициатив Минобрнауки и других бюрократических структур, то ФАНО, являясь органом федеральной власти, этого делать не может.

Последний пример. Не успели институты утвердить новые уставы и приспособиться к условиям существования в принципиально иной, чем прежде, административно-управленческой схеме, их втягивают в очередную авантюру – «структуризацию». И вновь  без обсуждения, обоснования необходимости, детального плана преобразований, перечисления задач, которые с помощью этих действий предполагается решить. Научные сотрудники считают, что эта кампания затеяна или ради показухи (обозначить продолжение реформ), или для того, чтобы окончательно развалить, атомизировать академическую систему.

Параллельно готовится еще один удар: Госдума в первом чтении приняла закон, согласно которому директорский корпус наших НИИ в течение короткого срока должен быть существенно обновлен. Это явно приведет к хаосу и потере управляемости организациями.

Профсоюз работников РАН в течение реформенного года участвовал в работе над типовым уставом института, создании новой системы оплаты труда, внесении поправок в ТК в части совершенствования механизмов регулирования труда научных работников, руководителей научных организаций и их заместителей. Мы постоянно напоминали руководству ФАНО о необходимости более активно заниматься жилищной программой, готовили и предлагали необходимые для ее реализации нормативные документы.

Профсоюз  внимательно отслеживал все инициативы, которые могли привести к массовым сокращениям сотрудников и потерям имущества РАН. Мы выступали против «модели функционирования научных институтов РАН», предложенной Советом по науке при Минобрнауки; критиковали разработанные этим министерством новые правила финансирования госзаданий; требовали дополнительных средств на реализацию пункта Указа Президента РФ о доведении средней зарплаты ученых до двойной по региону или отмены этого невыполнимого для ряда субъектов федерации положения. Противодействие этим и другим потенциально опасным начинаниям, к сожалению, оттеснило на второй план борьбу за нормальные условия труда и достойную зарплату.

В настоящее время мы вместе с коллегами из профсоюзов здравоохранения и агропромышленного комплекса готовим новое Отраслевое соглашение по РАН, в котором будем стремиться сохранить важнейшие положения предыдущих документов, включая позицию о недопустимости массовых сокращений по инициативе работодателя.

Надо отдать должное ФАНО, его руководство, что называется, «идет на контакт». Однако наша совместная работа в этом году, увы, была пока направлена на то, чтобы сохранить положительные моменты академической системы, а не на продвижение вперед.

Взаимодействовали мы и с руководством РАН, которому хотелось бы пожелать большей активности в отстаивании интересов академической науки.

Нас ждут нелегкие времена. Нынешняя ситуация требует от научного сообщества солидарности, ответственности, боевитости. На протяжении двух последних десятилетий нам всем вместе удавалось отстоять наши институты. Уверены, что удастся и на этот раз.

Председатель Профсоюза работников РАН  В.П. Калинушкин

Источник: Профсоюз работников РАН, 29 сентября 2014 г.

В.П. Калинушкин:

- 14 августа  прошло очередное заседание рабочей группы по подготовке примерных положений об оплате труда работников федеральных государственных бюджетных учреждений, подведомственных ФАНО. На нем обсуждались системы оплаты труда (СОТ) для сотрудников и директоров научных организаций, а также работников учреждений культуры – Домов ученых. Вел встречу руководитель агентства и председатель рабочей группы М.М. Котюков.  Он одобрил достигнутые участниками процесса договоренности по поводу СОТ для ученых. Ключевая проблема там заключалась в том, что медики и аграрии до настоящего момента имели базовые оклады, в 2-2,5 раза меньшие, чем сотрудники РАН. С одной стороны, такой дисбаланс внутри одной структуры быть не должен. С другой стороны, ясно, что в ближайшее время изменить ситуацию вряд ли удастся. Мы предложили внести в примерное положение две тарифные сетки – действующую сейчас в РАН с включением в оклады надбавок за кандидатские и докторские степени и ту, которой пользуются учреждения  бывших РАМН и РАСХН (считая эти оклады минимальными, ниже которых  никому нельзя опускаться). ФАНО поддержало это предложение.

Решено было также подготовить протокольное решение о необходимости подтянуть оклады представителей медицинской и аграрной науки до уровня сотрудников бывшей РАН.

В связи с этим хочу акцентировать внимание на очень важном моменте. Введение в РАН более высоких окладов, чем в других госакадемиях, стало результатом реализации согласованного с Правительством РФ пилотного проекта по совершенствованию системы оплаты труда ученых. Но нашим научным сотрудникам не просто увеличили оклады, а одновременно существенно повысили профессиональные требования квалификации. Так, ключевой для академических ученых показатель, как число публикаций, вырос в 2-2,5 раза — примерно и как оклады. Так что подтягивать оклады коллег из РАМН и РАСХ к нашим, безусловно, надо, но этот процесс должен быть увязан с ужесточением квалификационных требований.

Еще один момент. В ходе работы по пилотному проекту наш профсоюз при поддержке вице-президента РАН А.Д. Некипелова, который курировал данную тему, добился того, чтобы оклад сотрудника составлял основную часть заработной платы. У аграриев и медиков доля различных надбавок в  зарплате гораздо выше. Есть, например, надбавка за стаж работы в конкретном научном учреждении в размере около 20% от оклада. Эта надбавка, как отметил член рабочей группы Е.Е. Онищенко, противоречит курсу на мобильность научных кадров. М.М. Котюков согласился с предложением рабочей группы о том, что ряд надбавок  надо переводить в оклады. Было также принято решение подготовить отдельное примерное положение по выплате стимулирующих надбавок.

В общем, связать три существенно отличающиеся друг от друга  системы оплаты труда воедино, как и ожидалось, — дело непростое. Сформировать общую СОТ для административно-хозяйственного и обслуживающего персонала еще труднее, чем для ученых. Если у научных сотрудников хотя бы номенклатура должностей сходная, то по рабочим, инженерам, специалистам АХО у каждой из бывших госакадемий своя специфика. Сотрудники ФАНО, и, в частности, председательствующие на заседаниях нашей рабочей группы А.М. Медведев и М.М. Котюков работают очень эффективно, делают все, что могут. Но проблем много, и быстро решить их не получится. Механическое слияние разнородных структур, как и ожидалось, не принесло ничего хорошего. Вопрос, зачем это надо было делать, до сих пор остается без ответа.

Источник: Профсоюз РАН
15 августа 2014 г.

Профлидеры, представлявшие академические организации разных регионов России, познакомились с академическим форпостом в Республике Башкортостан, пообщались с руководством центра и сотрудниками институтов. Об истории и сегодняшних проблемах УНЦ гостям рассказал его руководитель член­корреспондент РАН Усейн Джемилев. Его дополнили глава Объединенного профсоюзного комитета центра Светлана Носарева и председатель Совета молодых ученых Айбулат Каримов.

Уфимский научный центр ­ второй в академии по численности институтов после Санкт­-Петербургского: в его состав входят 13 НИИ, правда, небольших, с общим числом работающих 1300 человек. Количество сотрудников в возрасте до 39 лет составляет около 50% от всех работающих. Для Башкортостана и УНЦ РАН важны все развиваемые академическими научными школами направления исследований. Поэтому разговоры о грядущей оптимизации академических учреждений, которая явно подразумевает их укрупнение и уничтожение тех, кого по формальным признакам признают неэффективными, здесь воспринимают особенно болезненно. А оснований для тревоги у ученых становится все больше и больше.

На днях Федеральное агентство научных организаций России на своем сайте опубликовало так называемые “дорожные карты изменений в отраслях социальной сферы, направленные на повышение эффективности работы” подведомственных агентству учреждений. Обозначенные в этих бумагах планы грозят обернуться катастрофой для академических организаций, заявил на встрече в Уфе председатель профсоюза Виктор Калинушкин. По его словам, разработчики этих документов в основном сосредоточились на выполнении Указа Президента РФ №597 от 7 мая 2012 года о доведении к 2018 году средней заработной платы (СЗП) научных работников до уровня 200% СЗП в соответствующем регионе.

В дорожных картах ФАНО содержатся поквартальные графики достижения желаемых процентов. В соответствии с ними в Москве уже к концу нынешнего года СЗП должны увеличиться в 1,5­2 раза. Финансирование академических организаций в этом году осталось на прошлогоднем уровне, так что подобный рост зарплат можно обеспечить только одним путем ­ за счет резкого сокращения численности институтов.

Виктор Калинушкин напомнил, что существует также Указ Президента РФ №599 от 7 мая 2012 года о доведении к 2015 году внутренних затрат на исследования и разработки до 1,77% внутреннего валового продукта. Однако за решение этой задачи чиновники биться не собираются: по оценкам профсоюза, затраты на научную сферу за счет федерального бюджета (включая финансирование космической, оборонной и правоохранительной науки) в следующем году не дотянут и до 1% ВВП. Внебюджетные же вливания в НИР в нашей стране настолько невелики, что “закрыть” не хватающие до норматива 0,77% никак не получится.

А вот обеспечить выполнение указания главы государства по зарплатам федеральные органы, похоже, обязали добиваться любой ценой. Крайними пытаются сделать директоров институтов. В качестве подарка ко Дню России они получили из ФАНО на подпись дополнения к трудовым соглашениям, в соответствии с которыми на них возлагается обязанность повышать зарплаты по графику.

За счет чего это можно сделать в условиях, когда финансирование заморожено? Дорожные карты не содержат ответа на этот вопрос, отметил Виктор Калинушкин. Там, правда, говорится о необходимости к 2018 году на 10% уменьшить в НИИ долю работников административно­управленческого и вспомогательного персонала. Однако ясно, что одно это не позволит увеличить зарплаты всех остальных сотрудников в разы, а в столицах ­ так даже и на порядки.

В связи с включением в РАН академий медицинских и сельскохозяйственных наук представляющие их профсоюзы заключили соглашение о сотрудничестве. Поэтому в уфимской встрече принимала участие секретарь ЦК Профсоюза работников здравоохранения Марина Краснорудская. Она рассказала о том, как за выполнение пресловутого президентского указа, который распространяется также на педагогов и медиков, бьется Минздрав РФ. О реальном повышении зарплат там тоже речь не идет. Работникам медицины включают в базовые оклады районные коэффициенты и надбавки за стаж. Кроме того, по указанию министерства из номенклатуры учреждений исключается низкооплачиваемый младший и средний медицинский персонал. Мало того что перевод его на аутсорсинг приводит к увеличению накладных расходов организаций, медсестры, санитарки, нянечки еще и теряют профессиональные надбавки, дополнительные отпуска, социальные льготы.

Профсоюзники пришли к выводу, что безумное и беспрекословное выполнение только одного президентского указа ­ о зарплатах, и игнорирование другого ­ о повышении финансирования, стало серьезной угрозой для развития важнейших бюджетных отраслей.

По сравнению с этой бедой отходят на второй план другие серьезные “реформенные” проблемы ­ введение непродуманной системы оценки организаций, практически заваленная жилищная программа, крах ведомственной социальной сферы, растущая бюрократизация академической науки, ­ заявил Виктор Калинушкин. ­ Мы можем в самое ближайшее время потерять кадры и институты, которым нет цены, просто потому, что чиновников припрут к стенке ­ потребуют отрапортовать, и они пойдут напролом, сметая все подряд безо всяких оценок и аттестаций.

Участники встречи высказались за активизацию действий по корректировке или приостановлению реализации указа по зарплатам, который, кроме всего прочего, противоречит статье Трудового кодекса о равной оплате за равный труд. Профсоюз РАН уже не раз обращался с таким требованием к руководству страны, но эффекта это не возымело. Пришла пора более решительных выступлений, постановил форум. Есть основания надеяться, что на этот раз ученых поддержат работники образования и здравоохранения.

Надежда ВОЛЧКОВА, Поиск

Источник: Поиск, 20.06.2014

Источник: Профсоюз работников РАН
26.05.2014

МОСКВА, 10 июня. /Корр. ИТАР-ТАСС Леонид Смирнов/. В России началась разработка новой системы оплаты труда научных сотрудников. Об этом сообщил на заседании президиума Российской академии наук (РАН) председатель академического профсоюза Виктор Калинушкин.

ПРОФЕССИОНАЛЬНЫЙ СОЮЗ РАБОТНИКОВ РОССИЙСКОЙ АКАДЕМИИ НАУК

ПРЕДСЕДАТЕЛЬ ПРОФСОЮЗА

119334, Москва, ул. Бардина,6/30, стр.2, оф.14-16, тел./факс: (499)135-20-64, тел. 135-30-16 E-mail: profras@prof.ras.ru

21 апреля 2014 г.                                                                                                    № 60

Президенту РАН В.Е. Фортову
Руководителю ФАНО России М.М. Котюкову

Уважаемый Владимир Евгеньевич!

Уважаемый Михаил Михайлович!

Обратиться одновременно к вам меня вынудила ситуация, которая сложилась в текущем году в отношении программы предоставления молодым ученым социальных выплат на приобретение жилых помещений (жилищных сертификатов) в рамках реализации мероприятий по обеспечению жильем отдельных категорий граждан ФЦП «Жилище» на 2011 – 2015 годы. По факту на сегодняшний день выяснилось, что списки молодых ученых – претендентов на получение социальных выплат по центральной части РАН по непонятным причинам не были представлены в Министерство регионального развития Российской Федерации в установленный Правилами предоставления молодым ученым социальных выплат срок (до 20 января соответствующего года согласно п. 15 Приложения № 6 к ФЦП «Жилище» на 2011 – 2015 годы), хотя в УД РАН они были представлены своевременно. При этом соответствующие списки по Уральскому, Сибирскому и Дальневосточному отделениям РАН, а также по РАМН были представлены своевременно.

В настоящий момент в данном вопросе не столь важно отыскать причину произошедшего (скорее всего она кроется в несогласованности отдельных процедур передачи полномочий от РАН к ФАНО в переходный период), сколь попытаться исправить ситуацию и не допустить несправедливости по отношению к достойным молодым ученым, особенно к тем, кто достиг предельного для данной программы возраста (35 лет — для кандидатов наук, 40 лет – для докторов наук).

В связи с вышеизложенным, прошу принять все возможные действия для того чтобы исправить сложившуюся ситуацию и включить молодых ученых – претендентов на получение социальных выплат из учреждений центральной части РАН в число возможных получателей социальных выплат на приобретение жилых помещений в текущем 2014 году.

С уважением, Председатель Профсоюза работников РАН В.П.Калинушкин

Источник: Профсоюз работников РАН
21.04.2014

ПРОФЕССИОНАЛЬНЫЙ СОЮЗ РАБОТНИКОВ РОССИЙСКОЙ АКАДЕМИИ НАУК

 ПРЕДСЕДАТЕЛЬ ПРОФСОЮЗА

 119334 Москва, ул. Бардина,6/30, стр.2, оф.14-16, тел./факс:(499)135-20-64, тел. 135-30-16    E-mail: profras@prof.ras.ru

24 марта 2014 г.                                         №46

Президенту Российской Федерации  В.В. Путину

Глубокоуважаемый Владимир Владимирович!

В соответствии с Вашими указами №597 «О мероприятиях по реализации государственной социальной политики» и  №599 «О мерах по реализации государственной политики в области образования и науки» от 7 мая 2012 г., Правительство Российской Федерации должно обеспечить увеличение к 2015 году внутренних затрат на исследования и разработки до 1,77% внутреннего валового продукта, а также повышение к 2018 году средней заработной платы научных сотрудников до 200% от средней заработной платы в соответствующем регионе.

Профсоюз работников РАН отмечает, что документы, нацеленные на развитие науки и принятые Правительством РФ в истекший с момента выхода указов период, а именно: Федеральный закон «О федеральном бюджете на 2013 год и на плановый период 2014 и 2015 годов», Федеральный закон «О федеральном бюджете на 2014 год и на плановый период 2015 и 2016 годов», Государственная программа РФ «Развитие науки и технологий» на 2013-2020 годы, Программа фундаментальных научных исследований на долгосрочный период (2013-2020 годы),  Программа фундаментальных научных исследований государственных академий наук на 2013-2020 годы  фактически  не нацелены на решение задач, которые поставлены в указах Президента РФ. Анализ перечисленных документов и реальной ситуации показывает, что объем расходов на  науку  в течение 2013-2015 г.г. снижается, и увеличение его не запланировано.

С учетом прогноза по величине внутреннего валового продукта (ВВП) на 2015 год (82937 млрд. рублей) затраты на науку в указанном году  должны составить не менее 1468 млрд. рублей (1,77% ВВП). Однако, по оценке  профсоюза, финансирование всей науки в России за счет федерального бюджета (включая финансирование космической программы, оборонной и правоохранительной науки) не превысит в 2015 г. 600 млрд. рублей. Нет надежд и на то,  что образовавшийся дефицит покроют частные инвесторы: маловероятно, что они вложат в науку в 2015 г. более 850 млрд. руб., учитывая что в 2012г. обьем инвестиций в науку, не связанных с федеральным бюджетом, был меньше 300млрд.руб.

Таким образом, Указ Президента РФ №599 в части увеличения финансирования науки, скорее всего, выполнен не будет. Это ставит под угрозу выполнение положений Указа Президента РФ №597 по поводу увеличения зарплаты научным сотрудникам. Понятно, что, заморозив финансирование науки, рост зарплаты можно обеспечить только одним путем — за счет резкого сокращения числа ученых. Эти действия приведут к тому, что Россия займет одно из последних мест в мире по такому показателю, как удельный вес исследователей в структуре рабочей силы. Соответственно,  продолжится стагнация российской науки, будет сорвана программа по переводу России на инновационный путь развития и, в частности, планы по созданию в нашей стране 25 млн. высокотехнологичных рабочих мест.

Профсоюз работников Российской академии наук просит Вас дать разъяснение по следующим вопросам.

1. Какие действия планируется в ближайшее время предпринять для выполнения Указов Президента №№ 597 и 599 от 7 мая 2012 г. в части обеспечения научной деятельности?

2. Каковы последствия невыполнения указов для развития науки и инновационного процесса в России?

Председатель профсоюза В.П. Калинушкин

Источник: Профсоюз работников РАН

24 марта 2014 г.

Захаров призвал сотрудничать с украинскими учеными.

Арсеев указал на опасности сокращений и дурной методики оценки.

Буфетов рассказал, что во Франции реформа Саркози катастрофически разрушила науку — молодежь, мол, хочет постоянные ставки, а не временные.

Фортов жаловался, что МОН считает, что РАН не имеет права заниматься наукой и из-за этого может заблокировать устав (утверждается-то он правительством).

Котюков производил приятное впечатление (наверное, это умение немало способствовало его карьере), долго говорил весьма уклончиво, но сказал, в частности, что все надоформализовать, институты = ФГБУ и должны во всем соответствовать этому статусу (отсюда единоначалие, так как именно директор за все отвечает). Оплата труда регулируется локальными актами, штатного расписания нет еще с 2010 года. ФЗ надо исполнять. Деньги на оборудование делись неизвестно куда. 100 руб суточных — это системный вопрос. Возрастной ценз пока планируетсятолько для директоров. Призвал прикрепляться к бывшим рановским поликлиникам — тогда им будет больше благ от страховой медицины.

Хлунов выглядел очень серьезным и вдумчивым чиновником. По существу о работе РНФ сказал, что эксперты отбирались по цитируемости, планирование статей - «эти критерии приняты в мировой науке» (причем упомянул, что, мол, покажите «список ваших статей в сайенс и нейчер»), что можно будет спокойно нанимать иностранцев, а финансировать одно и тоже из разных источников — мошенничество. Народ возмущался, что РНФ требует для руководителя 29 статей за 5 лет (мол, эйнштена бы выгнали). Хлунов ответил, что так решил экспертный совет. Уходя, в сердцах возмущался, что все время говорят про чиновников «дурость, тупость!».

Фрадков и другие много раз предлагали Конференцию институтилизировать.

Хохлов красочно хвалил свой Совет.

Калинушкин опять напомнил про угрозу сокращений то ли в 2, то ли в 3 раза (по идее — к 2018 году, так как именно к этой дате относится Указ Путина о средней зарплате), а Совет по Науке, мол, предлагает фигню.

Полтерович призвал бороться не с плагиатом, а с рынком диссеров. А для молодежи ввести Ассоциированного Члена РАН.

Рубаков вел это все. Порой довольно жестко, что было правильно, так как многие вопросы звучали совершенно дебильно.

Источник: Живой журнал nibope (по ссылке можно посмотреть и комментарии к этой записи)

Фото Н. АНДРЮШОВА

События последних месяцев показали, что отдельные положения так называемой “Модели функционирования институтов РАН” Совета по науке при Министерстве образования и науки начинают воплощаться в жизнь.

Я уже высказывал свое отношение к этой модели в статье “Простой просчет?”, опубликованной в №47 “Поиска” от 22 ноября 2013 года. В ней с использованием открытых данных показано, что при нынешнем уровне бюджетного финансирования институтов РАН на реализацию мероприятий, намеченных авторами модели, не хватит средств. Только на содержание институтов и оплату ставок постоянных сотрудников и вспомогательного персонала требуется больше денег, чем выделяется сегодня. Проводить исследования, оплачивать работу сотрудников на временных ставках и уж тем более содержать Центры коллективного пользования и Центры превосходства будет уже не на что.

Я сделал вывод, что авторы модели или не просчитали последствия своего “моделирования”, или имеют в виду ликвидацию как минимум половины академических научных организаций, чтобы содержать на эти деньги оставшиеся. Полученный от совета ответ под названием “Давайте обсуждать”, напечатанный в №49 “Поиска” от 6 декабря 2013 года, укрепил меня в этой мысли. Члены совета не опровергли моих расчетов и не представили хотя бы в общих чертах свое видение финансового обеспечения предложенной модели. Поэтому слова о том, что ее реализация не означает автоматических массовых сокращений, есть ничем не подкрепленная пустая декларация.

Меня удивило, что авторы ответа не поняли смысла проведенных мною расчетов. В них вовсе не “зашита” идея поднять всем сотрудникам зарплату, а всего лишь обсчитана предложенная советом модель с учетом того, что не происходит массовая ликвидация институтов РАН.

Пикироваться по мелочам, отвечая на замечания, не касающиеся главного тезиса моей статьи, я не считаю нужным. А вот на призыв к обсуждению возможных путей улучшения ситуации в науке хочу откликнуться и высказать соображения о том, как это сделать без ликвидации половины институтов.Начну с того, чего делать категорически нельзя. Нельзя реализовывать модели вроде той, что предложил Совет по науке, которые ведут к массовым сокращениям ученых, обусловленным недостатком финансирования. В настоящее время Россия занимает 23-е место по числу научных сотрудников на 10 тысяч занятых в экономике (63), уступая по этому параметру практически всем развитым странам. С учетом стоящей перед страной задачи — перевести экономику России на инновационные рельсы — мы должны довести данный показатель до уровня развитых стран (80-100).

Большое заблуждение — считать, что наука станет развиваться эффективнее, если значительную часть сотрудников перевести на временные позиции.Даже молодые ученые не захотят терпеть зависимость и нестабильность, которую сулят временные должности в том виде, как это представили авторы модели, так понравившейся Минобрнауки.

Вдумайтесь, временные сотрудники абсолютно бесправны: они не участвуют в выборах завлабов, Ученого совета,получают зарплату исключительно за счет грантов. А вот увольнять в случае неудач на конкурсах будут именно их.

Руководители подразделений и постоянные сотрудники останутся на своих местах. Разве это нормально? Почему за отрицательный результат должны нести ответственность не люди, наделенные серьезными полномочиями, а лишенные всех прав “временные”? Кстати, после перехода в позапрошлом году на финансирование по субсидиям все сотрудники институтов РАН, по сути, находятся на временных позициях. Предоставление субсидий той или иной организации или лаборатории теперь не носит автоматического характера. Не получившее госзадание и, соответственно, финансирование подразделение, по идее, должно быть ликвидировано, а работающие в нем люди уволены. Так что над всеми нами уже висит дамоклов меч. Стоит ли еще больше усугублять и без того шаткое положение ученых?

Напомню, Профсоюз работников РАН всегда выступал против попыток перевести сотрудников с постоянных ставок на временные и блокировал подобные намерения руководства академии. Именно благодаря этому большая часть сотрудников РАН имеет бессрочные трудовые соглашения, в отличие от работающих на срочных контрактах преподавателей вузов.

Теперь о том, что же нужно делать. Уверен, что только за счет организационных мероприятий, без увеличения финансирования, быстро и существенно изменить положение не удастся. Чтобы иметь результаты мирового уровня, надо на этом же уровне обеспечивать своих ученых.Но некоторые задачи за счет более эффективного администрирования решить можно.

Я бы предложил обратить внимание на программы кандидатов в президенты РАН. Мои предложения основаны именно на их идеях. В планах Александра Дмитриевича Некипелова говорилось о введении, во-первых, реальной конкурсности при отборе предложений на выполнение госзаданий и, во-вторых, “жесткой” системы оценки отчетов научных подразделений. Сходные меры предлагаются и в модели функционирования институтов РАН. Разница в том, что, на мой взгляд, эту деятельность должны осуществлять не некие внешние структуры, а ученые советы институтов и соответствующие отделения РАН. Объем этой работы огромен, для нее требуются компетентные специалисты, и вести ее необходимо не от случая к случаю, а непрерывно. Где набрать внешних экспертов, которые могли бы квалифицированно оценивать проекты всех научных коллективов на разных этапах их выполнения?

Что реально могут делать созданные в рамках ФАНО или правительства координирующие и контролирующие органы, так это следить за тем, чтобы ученые советы и отделения вели свою работу должным образом. Если результаты окажутся неудовлетворительными, они должны принимать необходимые кадровые решения.

Еще одно важное направление — интенсификация деятельности по привлечению внебюджетных средств в институты РАН. Это было одним из ключевых моментов программы Владимира Евгеньевича Фортова. Конечно, акцент на внебюджетку приведет к перекосу в сторону прикладных работ и к большой дифференциации в уровнях финансирования подразделений. Но в настоящий момент это единственный реальный путь сохранения фундаментальной науки в России. После избрания на пост президента РАН академик Фортов начал реализовывать свою программу, но, к сожалению, развернуться ему не дали. Надеюсь, что он будет продолжать эту линию,теперь уже совместно с руководством ФАНО.

Безусловно, необходимо и повышать эффективность использования выделяемых РАН и ФАНО материальных ресурсов — финансирования, имущества, земли. Все действия с госсобственностью должны осуществляться в условиях полной открытости. Профсоюз не раз вносил предложения по мерам обеспечения прозрачности этих процессов на разных уровнях управления академической наукой и многого добился. Не стоит рассчитывать, что такие мероприятия дадут возможность качественно изменить ситуацию с финансированием институтов, но какие-то результаты, конечно, будут. И главное, это позволит снять с ученых обвинения в неэффективности использования ресурсов и келейности в их распределении. Параллельно надо всеми силами убеждать руководство страны в необходимости качественного увеличения финансирования Программы фундаментальных исследований государственных академий наук и российской науки. Успешная реализация указанных выше мероприятий может стать важным аргументом ученых.

Реализация предложенных мною мер требует длительной кропотливой работы. Немедленного эффекта ждать не стоит, однако таким образом можно сохранить и развить потенциал академической науки. А вот жесткие организационные меры, приводящие к сокращению исследовательских организаций, ликвидации “бесперспективных” научных направлений и усилению за счет такой “экономии” сравнительно небольшого числа оставшихся структур, этих задач точно не решат.

Они позволят разве что создать видимость активной работы отвечающих за научную политику руководителей, выполнить указ президента по увеличению зарплаты ученым (за счет уменьшения их числа) и наладить работу “организаций-витрин”, куда можно будет водить руководителей страны и СМИ. Участникам отобранной “золотой когорты” обеспечат условия работы, близкие к международным стандартам. Они, наверное, будут иметь высокие Хирши и индексы цитирования (если выбор сделают разу мно, что не очевидно). Однако под прикрытием всей этой показухи накопленный российской наукой потенциал постепенно будет утрачиваться. Стоит ли говорить, что придется снять с повестки дня и такие задачи, как увеличение числа публикаций, создание 25 миллионов высокотехнологичных рабочих мест и переход к экономике знаний? Эти проблемы не решаются небольшим числом избранных. Здесь нужны коллективные усилия сотен тысяч ученых, которым обеспечены надлежащий статус и условия работы.

Виктор КАЛИНУШКИН,
председатель Профсоюза работников РАН,
заведующий лабораторией Института общей физики РАН

Источник: газета «ПОИСК».

Круглый стол «Экономика для человека: диалог рабочих и интеллигенции возможен?»

Выступающие (Александр Бузгалин,  Анатолий Миронов, Вячеслав Бабочкин, Виктор Калинушкин, Павел Кудюкин) рассказывали о проблемах в работе профсоюзов организаций промышленного и научного-образовательного секторов.

Основная задача данного «круглого стола» — диалог о путях возможной кооперации и солидарности общественных движений интеллигенции с независимыми профсоюзами и организациями рабочих в решении задач обеспечения реальной социальной и гуманистической ориентации экономической политики.

«Круглый стол» вновь созданной организации. Новый курс на левый дискурс.

НЕЗАВИСИМЫЙ ПРЕСС-ЦЕНТР (Москва, Пречистенка 17/9, 1-й этаж)

29 ЯНВАРЯ 2014 ГОДА, 13.00.

«Научная Россия» публикует отклики известных в научном мире людей на поручение Путина.

Распределять гранты будет созданный в прошлом году Российский научный фонд (РНФ), в который и перейдут средства ФЦП. Попечительский совет РНФ возглавил экс-министр образования и науки, помощник президента Андрей Фурсенко.

Ответственным за подготовку перехода к новой системе назначен премьер-министр Дмитрий Медведев. До 1 апреля он должен представить предложения об оптимизации системы формирования государственного задания на выполнение работ в сфере науки, в том числе о формировании госзадания на конкурсной основе.

Ожидается, что грантовый принцип финансирования научных разработок повысит эффективность использования бюджетных средств. Ученые признают, что для ряда научных направлений система грантов действительно удобнее, однако далеко не у всех специалистов есть уверенность, что новый принцип финансирования необходим ―  уже сегодня на этот счет есть разные мнения.

Глава попечительского совета РНФ Андрей Фурсенко:
«Переход к грантовой системе давно обсуждался в правительстве, но единства не было, в частности, против выступал Минфин. Но нам все-таки удалось убедить коллег попробовать. Сами ученые говорят, что фундаментальные исследования удобнее поддерживать грантами. Это не прикладные разработки, когда обязательно должен получиться работающий образец. Здесь может быть как положительный, так и отрицательный результат. Сейчас финансирование в системе ФЦП осуществляется по правилам госзаказа, то есть фактор цены исследования гораздо важнее самой научной работы, поэтому систему необходимо менять, финансирование должно идти свободнее, через фондовую систему».

Генеральный директор РНФ Александр Хлунов:
«Президентское поручение затрагивает около трети существующих ФЦП. В части ФЦП есть разделы, касающиеся НИОКР, они, по сути, и являются поисковыми исследованиями. Некоторые такие средства уже законтрактованы на несколько лет вперед, каждая ФЦП регулярно корректируется, в рамках таких корректировок и будет выполняться поручение президента. Думаю, за два-три года эта работа будет завершена».

Ректор Высшей школы экономики Ярослав Кузьминов:
«Я поддерживаю это решение, стратегических рисков не вижу. Система ФЦП не соответствует сути фундаментальных исследований. Если совсем грубо, в ФЦП деньги делят бюрократы между учреждениями, а в фонде — ученые между учеными».

Заместитель директора Института проблем передачи информации РАН, член Общественного совета при Министерстве образования и науки РФ Михаил Гельфанд:
«Сама по себе грантовая система является адекватной для естественных наук. Меньше ограничений по тратам, нет проблем с окончанием финансового года и возвратом неизрасходованных средств, больше времени сделать нормальную экспертизу проект. Но до сих пор неизвестно, как будет устроена экспертиза заявок на получение грантов, кто будет их оценивать. Без ответа на эти вопросы я не вижу повода для оптимизма».

Доктор химических наук, лауреат премии президента РФ Алексей Бобровский:
«Гранты РФФИ были и остаются мизерными, на них нельзя купить современное оборудование и обеспечить полноценную зарплату ученым. Адекватные результаты могут получиться в двух случаях — если будет прозрачная и международная экспертиза заявок на гранты, а сами они будут на порядок больше, чем сейчас».

Председатель Президиума Иркутского научного центра СО РАН академик Игорь Бычков:
«По грантовой системе планируется финансировать фундаментальные и поисковые исследования, по федеральным целевым программам ― прикладные работы и НИОКР. Чем хороши гранты: это поддержка целых научных направлений, то есть создание лабораторий, а это серьезные деньги ― 20-30 миллионов рублей и продолжительное время. Это здравый подход, так как фундаментальные исследования требуют сейчас дорогостоящего оборудования, например, «чистых комнат», значительной аналитической базы. Дело не в том, что у фундаментальных и прикладных исследований будут разные источники. Важно, как формируется тематика и насколько объективна экспертиза проектов. Российский фонд фундаментальных исследований, например, проводит экспертизу максимально открыто и объективно. Всегда можно узнать, по какой причине заявка отклонена. Отбирать проекты для фундаментальных научных исследований будет Российский научный фонд. Конкурсные процедуры, которые он будет организовывать, пока не очень понятны. Если они будут так же четко прописаны, как в РФФИ, то все будет нормально. Главное, чтобы не только чиновники решали судьбу проектов, но и эксперты от научного сообщества».

Заместитель председателя комитета ГД по науке и наукоемким технологиям, заместитель руководителя фракции «Справедливая Россия» в Государственной Думе Алексей Чепа:
«Я полностью поддерживаю и приветствую инициативу Президента отказаться от устаревшей и не столь эффективной системы финансирования фундаментальных и поисковых научных исследований за счет средств из федеральных целевых программ. Безусловно, российская наука могла бы развиваться более быстрыми темпами, если бы в нашей стране начала действовать грантовая система поддержки исследований. С моей точки зрения, она является более адекватной и эффективной по ряду причин. Прежде всего, она является наиболее прозрачной и справедливой с точки зрения вознаграждения ученых за исследовательские проекты. Кроме того, она значительно повышает научную конкуренцию и способствует естественному отбору наиболее одаренных научных работников. Я общался с некоторыми российскими институтами, получающими международные гранты, и выяснил, что система отчетности расходования средств по грантам там очень строгая и прозрачная, именно к такой прозрачной системе мы должны стремиться в нашей стране».

Пресс-секретарь Союза ученых Санкт-Петербурга, профессор Андрей Пуговкин:
«Система грантов ― общепринятая практика. Однако в любой стране мира есть определенные направления исследований, которые получают средства только напрямую от государства (т.е. до трети от всех средств на науку в США, более одной трети ― в Европе)… Сегодняшний контроль грантов государством показывает, что такая схема финансирования может стать рассадником коррупции, кумовства и «групповщины»… К тому же существующая нормативная база не позволяет развивать систему грантов».

Председатель профсоюза работников РАН, заведующий лабораторией Института общей физики РАН им. А.М. Прохорова Виктор Калинушкин:
«В принципе, система подачи оформления заявок на гранты, отчетности по грантам существенно проще, чем система подачи заявок и отчетности по лотам федеральных целевых программ. В этом смысле грантовый принцип – это, безусловно, плюс.  Но дьявол, как говорится, в деталях, а именно, в реализации этого положения, в том, как это все будет происходить. Если деньги, которые предусмотрены в ФЦП на фундаментальные и поисковые исследования, будут переданы, скажем, в РФФИ или в РНФ на гранты (т.е. они, как говорится, не будут потеряны для этого дела) – это одна ипостась. Это нормально. А если просто в результате уменьшится финансирование этого класса научных исследований, то будет стопроцентный минус.

Второй возможный отрицательный момент состоит в размере. Пока практика предоставления грантов по РФФИ и РГНФ – это максимум 500-600 тысяч рублей в год. На них какую-то серьезную работу вести было невозможно. По лотам ФЦП все-таки появлялись деньги на уровне нескольких миллионов в год, на которые можно было проводить реальные исследования. То есть если каким-то образом размер грантов будет увеличен, например, в Российском научном фонде, то это в результате будет неким плюсом. Если же размер грантов останется неизменным, тогда – минусом.

И еще вопрос: насколько затянется этот переходный период? Передача денег, разработка конкурсной документации, формирование экспертных советов… Если это все в Российский научный фонд пойдет, они свои правила игры начнут устанавливать. Затяжка с переходным периодом может очень негативно сказаться на лабораториях. Люди живут от зарплаты до зарплаты, у них нет большого подкожного жира, и если все это надолго затянется, придется где-то подыскивать подработки. А распыляться в науке – это всегда плохо».

Депутат Госдумы РФ, академик РАН, доктор физико-математических наук, председатель Движения «За возрождение отечественной науки» Борис Кашин:
«Все это говорит о недальновидности и помощников президента, и всей его администрации. Потому что за счет грантов финансировать фундаментальные исследования невозможно. Нигде, ни в одной развитой стране мира этого нет. Не могут ученые работать, а наука развиваться исключительно на грантовом финансировании. И, по-моему, это еще один шаг в последовательном развале отечественной науки. Потому что наука требует стабильности. И ученые во всем мире – это особо защищенная категория. Можно за счет грантов выделять какие-то направления, но ученые должны быть социально защищены. Потому что у нас талантливых, «наукоемких» людей в принципе не очень много. И каждый из них должен понимать, что ему не надо искать новую работу, что он нужен государству и обществу. А за счет грантов существовать в науке – это значит быть все время в подвешенном состоянии. Я считаю, что базовое финансирование должно быть для всех серьезных ученых, и они должны быть на длительный срок гарантированы в занятости. А предложенная идея порочна. Она в итоге приведет к тому, что все люди, которые понимают собственную силу в науке, уважают себя, просто скажут «до свидания» всей этой системе и уедут из страны».

Заместитель председателя комитета Госдумы по образованию, заслуженный деятель науки РФ, профессор Виктор Шудегов:
«В грантовой системе много плюсов, но есть, конечно, и минусы. Плюсы в том, что нельзя будет заниматься всем тем, что удовлетворяет научное любопытство каждого научного работника, как это было раньше. В этом плане уже будет научное сообщество определять: кому выделять гранты, а кому не выделять.
Но основной минус этого финансирования в том, что там будут сидеть не специалисты, а чиновники, и они эти финансовые потоки перераспределят, как это принято, в соответствии с системой «откатов», которая у нас действовала всегда. Конечно, ученых больше всего это волнует. В итоге часть наших лабораторий, научных групп, институтов и т.д. могут потерять финансирование или останутся на самом минимуме, в связи с тем, что многие направления у нас настолько безнадежно отстали, что их можно и перепрофилировать».

Источник: Научная Россия

26 декабря состоялась рабочая встреча руководителя Федерального агентства научных организаций (ФАНО) М.М. Котюкова и председателя Профсоюза работников РАН В.П. Калинушкина. В беседе участвовала также руководитель Административного управления агентства И.О. Шеходанова. В.П. Калинушкин рассказал о том, что собой представляет академический профсоюз:  как устроен, кого объединяет, над чем работает, как взаимодействует с руководством РАН. Руководитель ФАНО отметил, что в своей предыдущей работе он постоянно опирался на профсоюзы и намерен продолжать эту практику. М.М. Котюков попросил руководство Профсоюза РАН взять на себя налаживание контактов с представителями профсоюзов, представляющих интересы трудовых коллективов РАМН и РАСХН, чтобы новое Отраслевое соглашение, разработать которое стороны намерены в течение 2014 года, относилось ко всем организациям объединенной РАН.
Были намечены основные принципы взаимодействия Профсоюза РАН и ФАНО – открытость и коллегиальность. Обсуждались проблемы, которые с точки зрения профсоюза являются в настоящее время наиболее острыми – реализация жилищных программ РАН, организация работ по технике безопасности, планируемый переезд на новое место Института философии РАН. Особое внимание было уделено финансированию институтов РАН в 2014 году, и, в частности, очевидным сложностям с оплатой аренды и эксплуатационных расходов.
М.М. Котюков  выразил готовность регулярно встречаться с коллективами организаций РАН и профактивом и отвечать на волнующие людей  вопросы.

Источник: сайт Профсоюза РАН

Ретроспектива и перспективы. Интервью по итогам года с председателем Московской региональной организации В.А. Юркиным.
Важные вопросы. Заседание Совета МРО.
КРОН – всерьез и надолго? Конгресс работников сфер образования, культуры, науки и техники глазами участника.
Первые встречи. Заседание нового Координационного совета программы госакадемий, совещание Президиума РАН, директоров институтов и главы ФАНО.
За открытость и коллегиальность. Встреча председателя Профсоюза РАНО и руководителя ФАНО.
Разбомбить министерство? Что-то в этом есть. Выступление В.Е. Фортова на президентском совете по науке и образованию.
Имени Ивана Сусанина. Куда заведет Карта науки?
Дискуссионная трибуна. Извлечение уроков продолжается. Грани Истории и современности.
Рекомендации Правовой инспекции труда профсоюза. Внесение дополнений в коллективные договоры. Порядок действий работодателя и профсоюзного комитета первичной профорганизации при сокращении численности или штата работников организации.
Завершая год. Итоги заседания Центрального совета профсоюза.
Елки!
Узнают, признают! Малая академия наук в Черноголовке: новые успехи.

Источник: сайт газеты «Научное сообщество», сайт Профсоюза РАН

Деньги будут. Кроме внебюджетных

- На данный момент действия ФАНО носят разумный характер. Глава агентства Михаил Котюков сосредоточился на решении самой главной на данный момент проблемы ― поступлении денег в институты в первом-втором квартале наступающего года. Ведь в результате передачи ФАНО научных институтов из-за долгих юридических формальностей (внесение соответствующих поправок в уставы) люди могли оказаться без денег в начале года, а это была бы в чистом виде катастрофа. Котюков, по-видимому,  сумел добиться соответствующего письма Министра финансов и руководителя казначейства, и деньги в институты поступят.

Правда, остаются проблемы с внебюджетным финансированием институтов, доля которого составляет в среднем 40% от их бюджета. Инвесторы не хотят отдавать свои деньги в структуры, будущее которых неопределенно. Ряд зарубежных фондов по уставу имеют право финансировать только негосударственные организации, и теперь эта возможность для нас потеряна.

Мораторий работает. Но как планировать?

Здравый смысл возобладал и в ситуации со всем известным  годовым мораторием. Пока нарушений моратория мы не видим. Небольшие изменения (сокращение аппарата президиума, некоторое изъятие площадей в здании РАН под нужды ФАНО, выселение Института философии из его здания и передача этого здания Пушкинскому музею) ― это или было уже давно запланировано, или не входит в сферу моратория.

Однако мораторий ― это всего на год, а наука живет в перспективе. Многие институты не могут планировать свою работу только на год вперед!

Возникли и другие проблемы ― например, с жилищной программой для молодых ученых. Там же все надо активно и непрерывно пробивать, а Росимущество не подписывает передачу, к примеру, служебных квартир в институты ― не имеет права. А ФАНО еще не может этим заниматься – у него еще и аппарата-то нет как такового.

Переаттестация: установите правила заранее!

Сейчас возникает новая коллизия: переаттестация институтов. Издано соответствующее постановление Правительства, которое напрямую противоречит принятому закону, который относит переаттестацию к функциям Академии наук. А по постановлению ― переаттестацией будет заниматься Министерство образования и науки. Позиция профсоюзов: заранее формулировать аттестационные требования! И дать людям время, чтобы подготовиться. У нас и так проходят аттестации, и требования очень суровые: старший научный сотрудник – 5 публикаций, завлаб, ведущий, главный научный  сотрудник – 7 публикаций. Это полностью соответствует международным стандартам. Публикации были в реферированных журналах и журналах ВАК. Сейчас нам говорят – публикации должны быть в журналах, которые индексируются в системе Web of science. Но ведь об этом мы должны были знать заранее! А как тогда быть с разработками, к примеру, стратегическими, имеющими отношение к гостайне, к обороноспособности страны? Инновационные разработки – это зачастую коммерческая тайна. Как все это совместить и преодолеть? И когда работу ученых оценивают ученые – это одно. А когда чиновники?  Вот вам, например, выступление Фурсенко на Президентском совете по науке и технологиям: количество победителей не должно превышать трети! Это же не спортивные состязания!

В общем, все это опять создает неопределенность. Это давит на людей и работе, конечно, не помогает. Многие думают над сменой рода деятельности. Я знаю, что сейчас многим нашим ученым приходят приглашения из разных институтов – в основном из восточного полушария – Китай, Южная Корея, Австралия. Эти институты  не самые первоклассные, что называется «средней руки»,но они предлагают нашим специалистам пятилетние контракты, жилье и зарплату в 4-5 тыс. долларов в месяц. Люди получают хорошие условия для работы и для жизни, а институты – отличных специалистов и шанс повысить свой рейтинг за счет их разработок. Массового отъезда мы пока не наблюдаем. Но обстановка нервозная.

Источник: scientificrussia.ru

1. Вступительное слово Александра Бузгалина

2. Выступление Олега Смолина

3. Выступление Виктора Калинушкина

4. Выступление Оксаны Дмитриевой

5. Ответы на вопросы участников пресс-конференции

Источник: Инфоцентр КРОН.

20 декабря, в пятницу, состоится второе расширенное заседание Координационного Совета КРОН.
Заседание пройдет с 17.45 до 20.00 в помещении  (Нахимовский проспект, 36, ст. м. Профсоюзная. Схема проезда прилагается).

Накануне заседания КС с 17.00 до 17.30 пройдет короткая пресс-конференция, в которой примут участие:

1-й зам. пред. Комитета по образованию Государственной думы РФ О.Н. Смолин,
1-й зам. пред. Комитета по бюджету и налогам Государственной думы РФ О.Г. Дмитриева,
Директор Института океанологии РАН, академик Р.И. Нигматулин,
Председатель профсоюза работников РАН В.П. Калинушкин.

Предлагаемая ПОВЕСТКА ДНЯ:
1. Обсуждение и принятие плана работы на первое полугодие 2014 года
2. Утверждение состава комиссий КРОН и их координаторов
3. Разное.

Источники: Сайт информационного центра КРОН, группа ВКонтакте

На сегодняшний день это, по-видимому, единственный официальный документ, подтверждающий обнародованное В.В. Путиным на встрече с В.Е. Фортовым и М.М. Котюковым решение о моратории в отношении изменений в кадровом составе и имущественном комплексе академических институтов.

16 декабря 2013 г. указом президента начальник Управления Президента РФ по научно-образовательной политике А.В. Хлунов, подписавший этот ответ, был назначен главой Российского научного фонда.

Уважаемый Виктор Петрович!

Ваше обращение к помощнику Президента Российской Федерации А.А.Фурсенко по вопросам реформирования организаций академического сектора науки рассмотрено Управлением Президента Российской Федерации по научно-образовательной политике.

В отношении создания необходимых условий для обеспечения эффективной научной деятельности научных институтов, в том числе выплаты заработной платы. Эта обязанность является одной из важных для Федерального агентства научных организаций (ФАНО России). Правительство Российской Федерации утвердило постановлением от 25 октября 2013 г. No 959 Положение об этом агентстве, назначен его руководитель. Для качественного решения задач по развитию научной деятельности представляется необходимым тесное взаимодействие ученых научных организаций с ФАНО России. Это должна быть улица с двусторонним движением — в этом случае будет достигнут положительный результат.

Финансирование научных институтов будет осуществляться в запланированных объемах через ФАНО России. Денежные средства будут доведены до научных коллективов в обязательном порядке. Целесообразно также обратить внимание научной общественности на то, что государственные задания на выполнение научных исследований научными институтами должны разрабатываться на основе предложений Российской академии наук.

В отношении изменений в кадровом составе и имущественном комплексе научных институтов Президентом Российской Федерации на встрече с президентом Российской академии наук и руководителем ФАНО России была сформулирована однозначная позиция — объявить годичный мораторий на такие действия.

Безусловно, в трудовых отношениях директоров научных институтов будут происходить изменения, как это предусмотрено Законом о РАН. Но выборность директоров и участие в этом процессе Российской академии наук гарантированы законом.

Вопросы объектов социальной сферы и жилищной программы для ученых должны решаться во взаимодействии ФАНО России, Российской академии наук, научной и профсоюзной общественности. Конструктивное взаимодействие обеспечит положительный результат, тем более что бюджетные средства на эти цели сохраняются в полном объеме.

С уважением,
А.В. Хлунов

Начальник Управления Президента Российской Федерации по научно-образовательной политике

Как мы и предполагали с самого начала, “реформа” Российской академии наук оказалась неподготовленной: никакой новой концепции управления наукой у власти нет. Принятые в спешке нормативные акты не отвечают на главные вопросы: как будут жить академические институты в новых условиях, сохранятся ли существовавшие ранее механизмы финансирования, управления и самоуправления. 

Неудивительно, что некоторые структуры пытаются подсказать чиновникам, как действовать дальше. Жаль только, что эти прожекты оторваны от реальности. В числе таких инициатив — разработанная Советом по науке при Минобр­науки РФ “Модель функционирования научных институтов РАН”. 

Попробуем проанализировать один из разделов предложенного советом документа, названный “Базовая модель института РАН: основные черты”. Посмотрим, сколько будет стоить реализация этой модели на примере институтов центральной части (ЦЧ) РАН, финансирование которых хорошо известно (данные публиковались в газете Московской региональной организации Профсоюза работников РАН “Научное сообщество”, а в последние годы — на сайте РАН).
Точные цифры на следующий год пока не известны, поэтому предлагаю пользоваться данными 2013 года. Проектировки,  фигурирующие на сегодня в проекте Закона о бюджете на 2014 год и плановый период 2015-2016 годов, показывают, что обеспечение институтов существенно увеличиваться не будет, скорее всего, оно уменьшится, так как возрастут расходы на управленческий аппарат.
Итак, в 2013 году бюджетное финансирование ЦЧ РАН составляло около 40 млрд рублей. Из них надо вычесть суммы, выделяемые на социальную сферу РАН (медицина, дома ученых и ветеранов, детские сады и т.д.), на жилищные программы для молодых ученых, академические стипендии и выплаты аспирантам, капитальные вложения (строительство), содержание президиумов региональных отделений и научных центров РАН.
В результате на обеспечение собственно работы институтов остается примерно 33 млрд рублей. Большую часть этой суммы составляет фонд зарплаты (с начислениями) сотрудников РАН — это примерно 25,5 млрд. Необходимо отметить, что не менее 75% этих денег относятся к разряду так называемых гарантированных выплат сотрудникам (оклады и надбавки за степень). Около 4 млрд рублей идет на содержание зданий институтов, библиотек, музеев, флота РАН, целевые программы Президиума РАН. Расходы на исследования составляют всего около 3,5 млрд рублей: 2 млрд — по программам фундаментальных исследований Президиума и отделений РАН, 1,5 млрд — закупка научного оборудования.
Отмечу, что средства, направляемые на эксплуатационные расходы институтов, обеспечивают минимально необходимые нужды в лучшем случае на 40%, а для академического флота эта цифра существенно меньше.
Теперь перейдем к рассмотрению предложений министерского Совета по науке. Предложенная им модель предполагает, что финансирование РАН пойдет на обеспечение следующих статей.
1. Базовое финансирование:
- заработная плата “постоянным сотрудникам РАН”. (Для этой, элитной, категории она должна быть достаточно высокой — не вдвое превышать среднюю по регионам, как для всех ученых установил своим указом Президент страны, а побольше. К тому же любые другие доплаты обладателям статуса “постоянный сотрудник РАН” запрещены. Деньги, полученные по грантам, они должны направлять на обеспечение временных ставок, командировок, оборудования),
- заработная плата “научных консультантов РАН”,
- заработная плата сотрудников, находящихся на пятилетних контрактах, инженерно-технического, административного и другого вспомогательного персонала,
- расходы на содержание зданий институтов и инфраструктуры (библиотеки, архивы, услуги связи, содержание имущества и оборудования и т.д.),
- расходы на уникальные установки и центры коллективного пользования,
- одобренные ФАНО на основании итогов аудита института программы развития (поддержка перспективных направлений исследований).
2. Конкурсное финансирование:
- заработные платы сотрудников и аспирантов, работающих на временных ставках в рамках грантов, госконтрактов и хоздоговоров,
- командировки,
- расходы на оборудование и расходные материалы,
- иные расходы, предусмотренные условиями получения гранта, в том числе накладные расходы.
Будем считать, что число “постоянных сотрудников”, завлабов и директоров институтов в сумме составит примерно 8 тысяч человек. Почему так? Сегодня общее число руководителей подразделений в центральной части РАН — 4400. Будем считать, что массовых сокращений не предполагается. Тогда 4 тысячи ставок руководителей + 4 тысячи ставок постоянных сотрудников (итого 8 тысяч) — это необходимый минимум.
Предположим, что средняя зарплата для этой категории — 100 тысяч рублей (по-хорошему надо брать 150 тысяч). Тогда годовой фонд зарплаты с начислениями для них составит 12,7 млрд рублей.
Оценив число “научных консультантов” в 5 тысяч человек (согласитесь, не очень большая цифра для 250 институтов центральной части РАН) и определив им зарплату в 60 тысяч, получим фонд зарплаты 4,7 млрд рублей.
В институтах ЦЧ РАН сейчас работают 23,5 тысячи сотрудников вспомогательных подразделений, которые выполняют инженерно-технические и административно-хозяйственные функции. Эта категория должна содержаться за счет базового финансирования. Уменьшить ее численность не удастся (если не ликвидировать институты), наоборот, ее надо увеличивать. Сейчас в большинстве институтов эти службы недоукомплектованы и потому дышат на ладан. Возьмем для оценки 23 тысячи человек и зарплату в 40 тысяч. Получаем фонд зарплаты 14,6 млрд рублей.
Оценим сумму, которая требуется на содержание институтов и их инфраструктуры. Нынешние 4 млрд рублей — это только 40% минимально необходимых эксплуатационных расходов. Для полного покрытия этой статьи нужно еще 6 млрд рублей. Отметим, что полученные 10 млрд обеспечат только наличие в лабораториях воды, света, тепла, работу лифтов, вывоз мусора, проведение обязательных текущих ремонтов. Сюда не входят поддержание в рабочем состоянии научного оборудования и развитие приборной базы. Добавим немного на указанные цели и получим примерно 12,5 млрд рублей. А все перечисленные расходы в сумме составят 44,5 млрд рублей.
Теперь вернемся к реальности и вспомним, что финансирование ЦЧ РАН составляет 33 млрд. Таким образом, если не производить массовых сокращений и ликвидации большого числа институтов, для реализации предлагаемой модели элементарно не хватает средств. Их недостаточно даже для обеспечения первостепенных потребностей. Что уж говорить о конкурсном финансировании, центрах коллективного пользования, центрах превосходства, программах развития институтов и о других замечательных, но утопических проектах, которые наши коллеги из Совета по науке намеревались осуществить в рамках созданной ими модели.
В общем, это было очевидно с самого начала. Предлагаемая членами совета модель “списана” с зарубежных схем, а в них финансирование на одного научного сотрудника составляет не менее 80 тысяч долларов в год. При меньшем финансировании там лаборатории и институты просто не смогут функционировать.
В РАН же на одного ученого приходится примерно 40 тысяч долларов в год из бюджета, и при этом наши лаборатории работают.   Как им это удается? Дело в том, что бюджетное финансирование обеспечивает лишь часть расходов, остальное добирается внебюджеткой и арендой. Труд ученых РАН нельзя определить иначе, как самоотверженный, ведь даже с учетом внебюджетки и аренды финансирование на одного научного сотрудника  РАН составляет меньше 60 тысяч долларов в год — существенно ниже, чем в развитых странах.
Таким образом, повторю главную мысль: предлагаемая Советом по науке схема в российских условиях может заработать только после проведения массовых сокращений сотрудников и институтов РАН.
Возникает вопрос к авторам модели: просчитывали ли они свою схему с учетом реального финансирования? Если расчеты проводились, то члены совета должны были прямо заявить, что, по их мнению, в академии необходимо оставить 80-100 институтов и максимум 10 тысяч ученых. Если люди занимались чистым теоретизированием, то им, мне кажется, надо уйти из совета: там должны работать более серьезные специалисты. Не исключаю я и того, что создатели модели выполняют “социальный заказ” по окончательному разгрому российской науки, возможно, небескорыстно.
Перейдем теперь к другому аспекту построенной советом схемы — введению института “постоянных” и “временных” ставок для научных сотрудников. Сначала о законности этого акта. Сегодня большинство работников РАН находится на так называемых контрактах на неопределенный срок, то есть они являются постоянными сотрудниками. Перевести человека на временный контракт без его согласия можно, только нарушив законодательство РФ. Добровольный же переход с постоянных на временные позиции маловероятен.
“Аудит научных сотрудников”, о котором говорят авторы проекта, вообще не предусмотрен законодательством. Возможно, имеется в виду аттестация ученых. Такая процедура в большинстве институтов была проведена в текущем году: люди аттестованы на пятилетний срок, причем по достаточно жестким квалификационным требованиям.
Чтобы организовать повторную аттестацию с другими квалификационными характеристиками, эти показатели сначала надо принять на государственном уровне, а потом дать срок (минимум два-три года) для перехода к новому порядку отчетности. Похоже, авторы модели не знакомы с трудовым законодательством, или им объяснили, что необходимые поправки в нормативные акты могут быть внесены и приняты так же быстро, как нынешний закон о РАН.
И несколько слов о моральном аспекте разделения ученых РАН на “касты”, а именно это предполагается сделать. Согласно предложениям совета, сравнительно небольшая группа “постоянных” научных сотрудников (“каста господ”) с хорошими окладами получает привилегии, которых не было даже у членов академии. “Господа” избирают ученые советы и директоров институтов исключительно сами и из своих рядов. Более многочисленная каста “временных” (или “слуг”), похоже, не участвует даже в выборах завлабов. Таким образом, предложенный документ ликвидирует демократическую систему управления в РАН, пусть и несовершенную, но вполне успешно работавшую. Так что слова в преамбуле модели — о сохранении “традиций самоуправления со стороны научного сообщества” — остаются всего лишь словами.
Вот такой документ подготовили советчики Минобрнауки. Понятно, почему он очень понравился министру образования и науки. И очень интересно: этим неплохим ученым не стыдно за такую работу перед институтскими коллегами?
Виктор КАЛИНУШКИН, 
председатель Профсоюза работников  РАН, заведующий лабораторией Института общей физики им. А.М.Прохорова РАН
Фото Николая Степаненкова 

Источник: «Поиск», № 47, 22.11.2013

Ученые решили объединить все общественные научные организации (профсоюзы РАН, Общество научных работников, Совет молодых ученых, Сеть координации институтов, Союз ученых Санкт-Петербурга и др.) и создать Комиссию по общественному контролю за ходом и результатами реформ. Это один из первых примеров гражданского контроля за ходом реформ, которые проходят в России. О том, как ученые будут бороться за свои права, рассказывают участники репортажа — академики, младшие и старшие сотрудники.

Источник: оtr-online.ru