Реорганизация Российской академии наук 2013 » Комиссия общественного контроля

rascommission.ru: О недопустимости финансового удушения науки

Wed, 21 Jun 2017 07:47:21 +0000

Комиссия общественного контроля в сфере науки заявляет о недопустимости постоянного урезания финансирования фундаментальных научных исследований, заложенного в проекте бюджета на 2018–2019 гг.

В случае принятия подготовленного Правительством РФ бюджета доля внутренних затрат на исследования и разработки снизится до 0,52% ВВП, что более чем в три раза отличается от предусмотренного Указом Президента РФ (от 07.05.2012 г. № 599) увеличения в 2018 г. доли внутренних затрат на исследования и разработки до 1,77% ВВП. При этом доля затрат на выполнение фундаментальных научных исследований и разработок уже в 2018 г. сократится до 0,13% ВВП, в то время как по расчетам ОЭСР опасным становится уровень финансирования уже в 0,15% ВВП. Этот же предельно допустимый уровень финансирования фундаментальных научных исследований указан в поручении Президента РФ Пр-1369 (п. 2-б) от 14.07.2015 г. В современных экономических условиях сохранить его удается даже таким странам, как Мексика, ЮАР, Украина, в то время как Правительство Российской Федерации считает возможным создать для отечественной науки «точку невозврата».

Сокращение бюджетных расходов на науку делает практически неисполнимым и другой Указ Президента РФ № 597 от 07.05.2012 г. (о повышении средней заработной платы ученых до 200% от средней региональной). Положение цугцванга, в которое оказались поставлены научные организации, привело к резкому обострению социальной ситуации в академических институтах. Дальнейшие попытки решить эту проблему административно-бюрократическими методами грозят массовыми сокращениями уже в ближайшее время.

Выходом из этой ситуации, вызванной множеством факторов, не последним из которых является, видимо, отсутствие у Правительства необходимого горизонта планирования событий, может быть лишь резкое прекращение политики финансового удушения науки в Российской Федерации.

Для сохранения потенциала российской науки необходимо:

1) увеличить бюджетные расходы на фундаментальные научные исследования в 2018 г. до 0,22% ВВП;

2) повышение заработной платы ученых (во исполнение Указа Президента РФ № 597 от 07.05.2012 г.) проводить лишь при неукоснительном выполнении Указа Президента РФ № 599 от 07.05.2012 г.

Источник: сайт Комиссии общественного контроля в сфере науки, 20 июня 2017 г.

rascommission.ru: К вопросу о присуждении ученых степеней

Mon, 12 Sep 2016 08:11:30 +0000

Комиссия общественного контроля в сфере науки поддерживает отзыв Общества научных работников ОНР (http://onr-russia.ru/content/sbor-podpisej-protiv-PP-RF-ob-izmenenii-polozheniya-VAK) о проекте постановления Правительства РФ «О внесении изменений в Положение о присуждении ученых степеней», внесенный Министерством образования и науки РФ на общественное обсуждение 06.09.2016 г. (обсуждение продлится до 20.09.2016 г.)

Комиссия считает, что данный проект должен быть немедленно отозван, так как присуждение и лишение ученых степеней целиком находится в компетенции профессионального научного сообщества и не требует вмешательства судебной власти.

Комиссия призывает научных сотрудников подписать данный отзыв.

Источник: сайт Комиссии общественного контроля в сфере науки, 12 сентября 2016 г.

rascommission.ru: Еще раз о судьбе ИНИОН РАН

Mon, 05 Sep 2016 14:10:09 +0000

18 июля 2016 г. Комиссия общественного контроля в сфере науки обратилась к А.В. Дворковичу, В.Е. Фортову, М.М. Котюкову с открытым письмом о ситуации вокруг ИНИОН РАН. Недавно поступил ответ от ФАНО России. То, что наше обращение не осталось без внимания, не может не вызывать удовлетворения. Однако мы не можем оставить полученный ответ без комментария.

К сожалению, этот ответ – еще одно свидетельство того, насколько труден диалог между учеными и чиновниками, для которых важны совсем разные вещи. В самом деле, в письме Комиссии выражалось беспокойство кадровой чехардой в ИНИОНе, где за год с небольшим сменилось четыре руководителя, причем каждый раз без объяснения причин и учета мнения коллектива. В ответе ФАНО факт смены руководителей подтверждается и объясняется, на основании каких нормативных актов это было сделано. Таким образом, ФАНО сообщает, что оно имело право производить все эти кадровые перестановки, ничего не нарушило, а значит, к нему не может быть претензий.

Однако Комиссия вовсе не собиралась ставить под сомнение то, что ФАНО действовало в соответствии со всеми правилами и в рамках своих полномочий. Она усомнилась в осмысленности и целесообразности этих решений. ФАНО, безусловно, по действующим нормам законодательства имеет право менять врио директора института, ни с кем не советуясь, хоть раз в неделю, но очевидно, что это печально скажется на судьбе подведомственной научной организации. Эта мысль выражена в письме Комиссии вполне отчетливо, но в ответе представлена совершенно иная логика: если нечто сделано в соответствии с инструкциями и правилами, то все в порядке, независимо от того, какие это может иметь последствия для дела. Ученые пишут о том, что важно для них, а чиновники отвечают на другой вопрос – тот, который представляется единственно важным им самим.

Второй темой письма был призыв к скорейшему восстановлению библиотеки ИНИОН на прежнем месте и с современным обширным книгохранилищем, рассчитанным на рост фондов. На него дан не менее формальный ответ – сообщается о процедуре проведения архитектурного конкурса и дате его завершения (впрочем, давно прошедшей к моменту получения письма). Тот факт, что здание будет восстановлено на прежнем месте, и это 1 сентября 2016 г. подтверждено решением Градостроительно-земельной комиссии города Москвы, можно только приветствовать. Однако другой важнейший вопрос – о фондохранилище – оставлен без ответа. И неспроста: сотрудники ИНИОН уже не раз выражали озабоченность тем, что в условия конкурса ФАНО не заложило наличие большого книгохранилища (см., например, 1 и 2); соответственно, в представленных проектах его размер недостаточен даже для имеющихся книг. То, что сотрудники ИНИОН и другие ученые считают для нового здания главным, чиновникам представляется несущественным. Нам неизвестно, какими соображениями руководствовалось ФАНО при выработке параметров техзадания на проектирование. Разумеется, и в этом случае агентство действует в рамках своих полномочий и имеет право проводить конкурс так, как проводит. Правда, уже первые результаты этого конкурса вызвали протест Союза московских архитекторов (см. 3).

Ситуация с ИНИОН продолжает оставаться тревожной. В последнее время появились сообщения, что основную его часть собираются выселить из занимаемого им сейчас здания на ул. Кржижановского, д. 15, к. 2, расположенного поблизости от большинства других гуманитарных институтов, в том числе и имеющих библиотеки-филиалы ИНИОН, и от подразделений, остающихся на прежнем месте в уцелевшей от пожара части здания, и перевести в другой район Москвы. Аргументы сотрудников института о бессмысленности такого переселения и опасения о возможном срыве выполнения государственного задания в случае третьего за полтора года переезда, высказанные в письме руководства ИНИОН от 26 июля 2016 г., опять игнорируются; и опять чиновники действуют, не нарушая никаких законов и норм, но исходят при этом из загадочных соображений, с которыми не считают нужным знакомить ученых, и это в конечном счете ведет только к ущербу для науки.

В общем, все по-прежнему происходит в соответствии с известным афоризмом «формально правильно, а по сути издевательство», которому скоро исполнится сто лет.

Комиссия общественного контроля в сфере науки

Источник: сайт Комиссии общественного контроля в сфере науки, 4 сентября 2016 г.

rascommission.ru: Открытое письмо А.В. Дворковичу, В.Е. Фортову, М.М. Котюкову о ситуации вокруг ИНИОН РАН

Mon, 18 Jul 2016 05:20:30 +0000

Заместителю Председателя Правительства России А.В. Дворковичу

Президенту Российской академии наук В.Е. Фортову

Руководителю ФАНО России М.М. Котюкову

Комиссия общественного контроля в сфере науки выражает беспокойство в связи с ситуацией, сложившейся вокруг ИНИОН РАН.

Пожар в библиотеке ИНИОН, случившийся 30 января 2015 г., который многими специалистами оценивается как крупнейший в мире за многие десятилетия библиотечный пожар, стал настоящей катастрофой для всех отечественных гуманитарных и общественных наук. Российские гуманитарии надолго лишились главной и лучшей в стране специализированной библиотеки, а значит и одного из основных инструментов своей работы. Возвращение к нормальному режиму работы для них возможно только после восстановления библиотеки.

В то же время серьезность проблемы, очевидно, недооценивается властями. Несмотря на выделение дополнительных средств для спасения ИНИОН, их явно недостаточно; нередко подвергается сомнению необходимость восстановления книгохранилища или предлагается разместить его в отдаленных районах и непригодных помещениях, что свидетельствует о непонимании того, как работает научная библиотека и какую роль она играет в гуманитарных исследованиях.

Одновременно искусственно устраивается кадровая чехарда в руководстве института, что добавляет нервозности и без того непростой обстановке и наносит огромный ущерб восстановительным работам. Директор ИНИОН Ю.С. Пивоваров подвергся настоящей травле в средствах массовой информации, причем зачастую возникало впечатление, что трагедия ИНИОНа использовалась как предлог для сведения с ним счетов. После его увольнения в апреле 2015 г. и.о. директора ИНИОН был назначен Д.В. Ефременко; он пользовался поддержкой сотрудников института, и его работа в течение года не вызывала никаких нареканий со стороны ФАНО. Тем не менее всего через два дня после того, как ученый совет института рекомендовал его для избрания на должность директора, контракт с ним был прекращен ФАНО без всякого объяснения; ни сам он, ни сотрудники института не дождались объяснений до сих пор. По инициативе ФАНО был назначен новый и.о. директора – В.С. Мирзеханов, который за короткий срок провел большую работу и заслужил доверие коллектива. Но и он на своем посту провел меньше двух месяцев. ФАНО неожиданно и срочно объявило выборы директора, институт выдвинул двух кандидатов, которых поддержали и профильное отделение и Президиум РАН, но неожиданно оба они не получили согласования на последнем этапе и не были допущены к выборам. И опять никаких объяснений. Выборы директора оказались сорваны, и институт получил нового временного руководителя. В результате за год с небольшим в ИНИОНе сменилось четыре руководителя, причем каждый раз эта смена происходила без всяких объяснений и вопреки желанию коллектива института.

Комиссия обращается к руководству РАН и ФАНО с настоятельной просьбой обеспечить скорейшие выборы директора ИНИОН из числа кандидатов, хорошо известных научному сообществу и пользующихся его поддержкой, причем провести эти выборы в условиях открытости и гласности. Считаем необходимым ускорить восстановление библиотеки ИНИОН на традиционном месте и снабдить ее современным книгохранилищем, рассчитанным на рост книжного и журнального фонда.

От Комиссии общественного контроля в сфере науки

Академик РАН, главный научный сотрудник

Института ядерных исследований РАН В.А. Рубаков

Источник: сайт Комиссии общественного контроля в сфере науки, 18 июля 2016 г.

rascommision.ru: Обращение Комиссии общественного контроля к Д.В. Ливанову

Fri, 22 Jan 2016 16:46:16 +0000

Комиссия общественного контроля в сфере науки направила министру образования и науки РФ Д. В. Ливанову письмо по поводу проекта Концепции «Стратегии развития конвергентных технологий»

Исх. № 2/01 от «19» января 2016 г.

О проведении экспертизы проекта Концепции «Стратегии развития конвергентных технологий»

Министру образования и науки

Российской Федерации

Д.В. Ливанову

Копия: Президиум РАН

Глубокоуважаемый Дмитрий Викторович,

В соответствии со ст. 7-3 федерального закона от 27.09.2013 № 253-ФЗ «О Российской академии наук, реорганизации государственных академий наук и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» считаем необходимым направить в Российскую академию наук проект Концепции «Стратегии развития конвергентных технологий» для проведения экспертизы.

От Комиссии общественного контроля в сфере науки

Академик РАН, директор Института проблем

передачи информации РАН им. А.А. Харкевича

А. П. Кулешов

Академик РАН, главный научный сотрудник

Института ядерных исследований РАН

В. А. Рубаков

Член-корреспондент РАН,

директор Института географии РАН

О. Н. Соломина

Источник: сайт Комиссии общественного контроля в сфере науки, 22 января 2016 г.

Газета.ru: Как защитить науку от анонимных «реформаторов». Почему запускать «хиршемерку» бессмысленно

Fri, 15 Jan 2016 14:21:37 +0000

Обсуждение реформы РАН, начатой в 2013 году, продолжается на страницах «Газеты.Ru»: ответ на оценку реформы профессором Генри Норманом и его предложение по формированию сообщества ведущих ученых публикуют Аскольд Иванчик, Андрей Цатурян и Михаил Фейгельман.

В недавней статье в «Газете.Ru» с красноречивым подзаголовком «Как справиться с сопротивлением научного сообщества проведению реформы» Генри Норман предлагает новый план «зачистки» территории российской науки от еще сохранившихся, несмотря на старания начальства, бойцов научного «сопротивления» реформе РАН 2013 года.

В самом начале своей статьи он заявляет, что исходит из «презумпции позитивных намерений» инициаторов реформы российской науки. На каком основании он делает свое предположение — неизвестно.

Начатая летом 2013 года «реформа науки», по высказанным тогда же нами оценкам, осуществлялась в режиме операции спецназа на вражеской территории либо напоминала налет отряда янычар на женское общежитие.

Алексей Ничукин/РИА «Новости»

Стратегические цели и тактические задачи реформы как были, так и остались глубоко засекреченными — если они вообще существуют. Во всяком случае, никто их ясно не сформулировал. Более того, никто из авторов реформы не осмелился признать свое авторство. Реформа готовилась в таком секрете, что не только президент РАН Владимир Фортов, но и такой высокопоставленный ее сторонник, как Дмитрий Ливанов, узнали о ней, видимо, буквально накануне ее оглашения. Ответственность за реформу публично взяла на себя вице-премьер Ольга Голодец, курировавшая в тот момент науку, однако это была ответственность политическая, да и от нее она очень быстро избавилась, после того как кураторство науки в правительстве перешло к другому вице-премьеру, Аркадию Дворковичу.

Пропагандист этих «реформ» Генри Норман тоже ничего не сказал об их сути (упомянув лишь создание Российского научного фонда, что вообще не имеет отношения к «реформе РАН»). Обычно реформаторы с «позитивными намерениями» не прячутся от реформируемых, а, наоборот, активно вербуют сторонников, публикуют и всячески пропагандируют план реформ и соответствующую «дорожную карту», в которой детально расписано, какие именно реформы и когда будут проведены, каковы их цели и задачи, какими средствами их предполагается достичь, каковы возможные издержки и как их будут минимизировать. Но ничего подобного не было.

Люди с «позитивными намерениями» не стремятся скрывать своих имен — так поступают те, кто понимает, что совершает нечто постыдное. Так почему же надо верить в «позитивные намерения» тех, кто ни разу не удосужился рассказать, что и как он намерен изменить в системе управления и финансирования науки в России, да к тому же предпочел скрыть свои имена? Впрочем, вопрос о «намерениях» не так важен — гораздо важнее результат: «по плодам их узнаете их».

Пока же, спустя два с половиной года, никаких результатов, кроме ухудшения условий работы ученых, не видно.

Ведь трудно поверить, что цель реформы науки состоит в том, чтобы объединить несколько научных институтов в более крупные, собрав, как, например, в Нальчике, под одной вывеской агрономов, математиков и гуманитариев, чтобы новому руководству академической науки в лице ФАНО было легче запомнить имена своих подчиненных. Другая цель реформ науки в России, объявленная указом президента РФ, — достижение «сакральной» цифры в 2,44% от общего числа публикаций, индексируемых международной базой данных Web of Science (WoS), — ничего, кроме удивления, вызвать не может. Не говоря уж о том, что непонятно, откуда взялась эта цифра (с точностью до сотых), уже сейчас ясно, что она недостижима: хотя количество российских публикаций в WoS в последние годы немного растет, их доля в общемировом потоке статей снижается из-за бурного роста числа публикаций из развивающихся стран.

Что более существенно, она бессмысленна: подобные «показатели», пригодные для расчетов национальной доли добываемой нефти или выплавляемой стали, имеют мало общего с реальной оценкой роли российской науки в науке мировой. Но и для достижения этого надуманного показателя реформа ничего не дает — скорее, наоборот. Ведь сотрудники дореформенной РАН, которые составляли примерно 14% занятых в гражданской науке российских исследователей, обеспечивали почти 60% российских публикаций, а процент публикаций, попадавших в международные базы данных, был еще выше. И именно по этой наиболее эффективной в России научной институции реформой был нанесен удар.

Сообщив о своем отношении к авторам реформы, Генри Норман переходит к оценке нынешней ситуации. По его мнению, она проста — среди научного сообщества имеются противники реформы и ее сторонники. При этом противники хорошо организованы и объединены в два связанных между собой центра — это академики РАН и Конференция научных работников, якобы организованная тремя академиками совместно с профсоюзом академии. Им противостоит, по мнению автора, Совет по науке, созданный Минобрнауки «в поддержку реформам», на стороне которого якобы находятся «активно работающие на мировом уровне» ученые. Главная их беда в неорганизованности, поскольку они предпочитают «заниматься наукой, а не организационно-научной деятельностью».

На самом деле, представленная автором картина не имеет никакого отношения к реальности. Главное искажение истины состоит в изобретении активно работающих ученых, поддерживающих реформу, мнение которых выражает Совет по науке Минобрнауки. В действительности совет был создан значительно раньше начала реформы (то есть конца июня 2013 года). Его первое заседание состоялось 1 апреля 2013 года. Соответственно, целью его создания никак не могла быть поддержка не начатой еще реформы: он создавался для экспертной оценки планов и документов министерства, которое ощущало необходимость учета мнения научного сообщества, а также для формулирования предложений по улучшению положения в российской науке, и выполняет эти задачи и сейчас.

Когда началась реформа РАН, отношение к ней совета было однозначно отрицательным. Более того, совет был, по-видимому, первым, кто выступил с публичным протестом против нее: его заявление было опубликовано уже 27 июня, в день, когда появились первые сообщения о рассмотрении правительством РФ закона о реформе РАН. В следующие дни совет сделал еще три заявления, подтвердив свое неприятие реформы, и ни один из его членов в ее поддержку не высказывался. Более того, совет активно участвовал и в организации того, что Генри Норман считает одним из двух центров сопротивления реформам. Трое членов совета, включая его председателя Алексея Хохлова и заместителя председателя Аскольда Иванчика, вошли в оргкомитет Конференции научных работников, совет был одним из учредителей Комиссии общественного контроля в сфере науки, трое его членов вошли и в оппозиционный «Клуб 1 июля». Таким образом, никакого раскола в научном сообществе не было — все общественные и официальные организации ученых, включая Совет по науке Минобрнауки, ясно высказались против реформы РАН. Более того, практически все «активно работающие на мировом уровне» ученые, высказывавшиеся публично на эту тему, реформу осудили (можно назвать только одно исключение — Константин Северинов).

Одни и те же люди входят в объединения, которые Генри Норман пытается противопоставить друг другу. Разумеется, после того, как научное сообщество, хотя и добившись некоторых уступок, проиграло борьбу с «реформой» РАН, и соответствующий закон вступил в силу, Совет по науке был вынужден принять отделение институтов от РАН и создание ФАНО как данность и направил свои усилия на то, чтобы проводимые в дальнейшем преобразования улучшали ситуацию в науке, а не наносили ей вреда (с результатами этих усилий можно ознакомитьсяна сайте совета).

Именно такую позицию заняли и другие упомянутые выше организации — и оргкомитет Конференции научных работников, и Комиссия общественного контроля в сфере науки, и «Клуб 1 июля», и сама РАН. Так что и позже существенного противоречия между ними не возникло.

В изложении Генри Нормана искажены и детали. Вот несколько примеров.

«Чтобы придать протестам характер массовости, академики Кулешов, Рубаков и Захаров совместно с профсоюзом академии организовали второй центр сопротивления — Конференцию научных работников».

Массовость в данном случае была вполне естественного происхождения. Достаточно обратиться к собранным академиком Алексеем Паршиным текстам с реакциями ученых и научных коллективов на реформу академической науки, чтобы увидеть масштаб ее неприятия именно массовой научной средой. Заметим, что бюджетов на оплату интернет-троллей или участников митингов у конференции или комиссии нет (как нет и бюджета вообще). Неверно и то, что конференцию организовали академики Кулешов, Рубаков и Захаров. Оргкомитет конференции сложился стихийно, в его организации участвовали не только члены «Клуба 1 июля», но и представители советов молодых ученых институтов РАН, Общества научных работников, просто сотрудники институтов РАН.

Тот факт, что огромную конференцию (зарегистрировалось больше 2500 человек) удалось организовать за месяц, без каких-либо финансовых средств, причем в период летних отпусков, также свидетельствует как о массовости движения, так и о том, что речь идет о самоорганизации. Упомянутые академики не организовали конференцию, они стали лидерами научного сообщества в результате конференции, в частности, были избраны сопредседателями Комиссии общественного контроля, созданной по ее решению.

«На заседаниях конференции также не выносится никаких предложений о реформах и озвучивается желание сохранить все по-старому».

Это утверждение ложно, и, чтобы убедиться в этом, достаточно посмотреть конкретные предложения в материалах конференций здесь, а также, например, эти, эти и эти материалы Комиссии общественного контроля. Кроме того, члены комиссии постоянно участвовали в многочисленных рабочих группах по разработке документов, регулирующих организацию науки, которые создавались ФАНО и Минобрнауки. Выступая против реформы РАН 2013 года, ее члены являются сторонниками позитивных преобразований в российской науке.

«В итоге реформу ведут управленцы, слабо разбирающиеся в сути дела, пусть даже и с хорошими намерениями. Опираться при этом они вынуждены на тех же самых академиков. Отсюда возникают и проблемы, вызывающие обоснованное непонимание и растущее раздражение активно работающих ученых, к ним относится, например, растущий вал бюрократических запросов, обрушившийся на дирекции институтов».

Этот пассаж уже напоминает конспирологические фантазии, вчитайтесь: вал бюрократических запросов возник из-за того, что «управленцы опираются на академиков» (тех самых, которые «сопротивляются реформам»). Видимо, по мысли автора, «академики» подсказывают «управленцам», что надо создать «вал запросов» — конечно, для дискредитации «реформ» с помощью такой изощренной DDoS-атаки. А сами при этом коварно выступают с протестами против этого вала, видимо, чтобы замести следы и скрыть, что именно на них опираются реформаторы.

Что касается хороших намерений, то кажется очевидным, что управленцам, «пусть и с хорошими намерениями», не следует браться за реформу, если они слабо разбираются в сути дела. Это называется «некомпетентность», и пользы такая деятельность принести не может.

«Однако складывается впечатление, что сторонники Совета по науке — ученые, активно работающие на мировом уровне, — предпочитают заниматься наукой, а не организационно-научной деятельностью. А вот противники хорошо организованы, очень шумны и делают все для создания видимости, что они пользуются поддержкой большинства ученых».

Здесь реальность искажается несколько более изощренно: без всякого обоснования за очевидный факт выдается тождественность следующих групп людей: «сторонники реформы РАН», «сторонники любых реформ науки», «активно работающие на мировом уровне ученые», «сторонники Совета по науке». Соответственно, противостоящие им противники реформы РАН выдаются за противников любых реформ, за неактивных плохих ученых и противников Совета по науке.

В действительности же большинство активно работающих на мировом уровне ученых России (включая многих членов Совета по науке) относятся к реформе РАН резко отрицательно, а к ряду других преобразований — по меньшей мере настороженно. Во всяком случае, это касается тех, кто высказывается публично и о чьей позиции можно судить. Комиссия общественного контроля, «Клуб 1 июля», Общество научных работников состоят именно из «активно работающих ученых», только еще и готовых тратить свое время на попытки защиты коллег от административного безумия и предлагающих преобразования, которые могут улучшить ситуацию в науке. Большую часть своего времени они занимаются своей профессиональной научной работой, не имеют ничего, кроме своих личных мозгов и ноутбуков, и с трудом успевают реагировать на особенно выдающиеся пируэты «научных менеджеров», чтобы хоть как-то сгладить наносимый ими урон делу.

Набросав искаженную до неузнаваемости картину ситуации в российской науки, Генри Норман переходит к позитивной программе — изложению того, как справиться с непокорным научным сообществом. По его мысли, для этого надо сформировать некий Союз ведущих ученых России, причем при отборе его членов нужно использовать наукометрические показатели, основанные на индексе цитирования. Предполагается, что этот союз будет «опорой реформе». Последнее утверждение свидетельствует или о полном непонимании реальной ситуации, или является довольно наивной попыткой ввести в заблуждение начальство, к которому, по-видимому, в первую очередь адресуется автор статьи.

В самом деле, оценка реформы РАН наиболее цитируемыми российскими учеными хорошо известна — и эта оценка негативная. Лидеры протестного движения, академики Захаров и Рубаков, которых упоминает Норман, — одни из самых цитируемых российских ученых, практически все члены «Клуба 1 июля» принадлежат к числу самых цитируемых в своей области, то же касается и членов Совета по науке Минобрнауки. Таким образом, если планируемый Генри Норманом союз будет создан, он станет еще одной оппозиционной «реформе» организацией, а состав его членов будет сильно пересекаться с составом уже имеющих организаций-«оппозиционеров». Сам же Норман, который мог бы в нем представлять позицию сторонников реформы, в Союз ведущих ученых, скорее всего, не войдет: его собственные наукометрические показатели для его области науки более чем средние.

К этому стоит добавить, что и метод, по которому Генри Норман собирается отбирать «ведущих ученых России», имеет ряд недостатков и не приведет к адекватному результату.

«Рейтинги по каждой группе формируются в четыре этапа: на первом составляется рейтинг по полному индексу цитирования на работы, опубликованные с 2001 года (так как нас интересуют только действующие ученые, этот интервал — максимальный)».

Ограниченная польза этого занятия нам хорошо известна, поскольку один из нас участвует в поддержании и ежегодном обновлении Индексов цитирования работ российских ученых. В сущности, список «ведущих ученых России», если причислять к таковым просто по цитированию, для большинства естественнонаучных, медицинских и технических дисциплин, а также для математики уже составлен. Хотите увидеть список опытных и маститых — пожалуйста: он включает более 4600 человек с уровнем «полного» цитирования выше 1000 по WoS.

Хотите список активно работающих именно в последние годы — и такой есть: более 6400 человек с цитированием работ, опубликованных за последние семь лет, выше 100 по WoS. Вопрос только в том, как использовать эти «рейтинги». Опыт, в том числе международный, показывает, что использовать «индекс цитирования» в процессе оценки работы ученых можно лишь как один из подсобных инструментов. Но делать заключения о качестве труда ученых только на его основе недопустимо. При таком подходе мы лишимся как минимум половины научных областей, в том числе находящихся на мировом уровне. Есть много инструментов, которые можно использовать на пользу делу, но иногда они могут стать смертоносными. Как, например, топор. Топор сам по себе — полезный инструмент, но в салон самолета вас с ним не пустят, и правильно сделают. Возможности использования топора в таких областях, как нанотехнология или хирургия глаза, также весьма ограничены.

«Они разбиваются на пять групп по таким областям, как математика, физика, химия, биология, науки о Земле».

Генри Норману безразлично, что внутри каждой из обозначенных крупных областей наук имеется много разделов, в каждом из которых разное число ученых, разные традиции написания статей, а как результат — различное типичное цитирование. Это как раз те самые «мелочи», из-за которых не надо пускать в самолет человека с топором. Странно также, что Норман игнорирует существование большой группы областей знаний, кроме им перечисленных.

«При всей смысловой ограниченности наукометрических показателей лучших способов отбора ведущих ученых я не вижу».

А мог бы и увидеть — если бы интересовался, чем на самом деле занимается «созданная академиками Захаровым, Кулешовым и Рубаковым» Комиссия общественного контроля в сфере науки.

«Кроме того, сегодня для научного сообщества это главный способ отстаивать национальный приоритет на международном уровне».

Если планировать конкуренцию с представителями Китая, Ирана и подобных великих научных держав, то это, возможно, так. А вот в Англии, например, с 2014 года исключили использование «наукометрических показателей» для оценки эффективности работы ученых в большей части областей науки, оставив их лишь кое-где и лишь как справочные материалы для профессиональной экспертизы. В США или Франции их вообще никогда не принимали слишком всерьез, полагаясь куда более на персональные заключения специалистов (которые могут и в индексы посмотреть, но решения принимают сами).

Таким образом, запускать предложенную Генри Норманом «хиршемерку» бессмысленно: она не принесет пользы науке в России. Но даже и ожидаемого автором результата — создания «Союза хиршастых лоялистов» — достигнуть не удастся: если этот союз будет достаточно «хиршастым», то окажется в большинстве своем оппозиционным, а если будет лоялистским, то не будет достаточно «хиршастым».

В оргкомитете конференции и в Комиссии общественного контроля собрались вовсе не противники реформ в сфере науки, как пишет Генри Норман, а преимущественно именно те ученые, которые много лет боролись за ее реформирование. Вопреки очевидности, он приравнивает реформу РАН 2013 года любым реформам в сфере науки, и людей, возражавших против этой разрушительной реформы, объявляет противниками любых преобразований. Это, конечно, еще одно существенное искажение реального положения дел, которыми наполнена его статья.

Мнение членов оргкомитета конференции и Комиссии общественного контроля в принципиальных вопросах, как правило, совпадает с мнением многих членов Совета по науке Минобрнауки, что неудивительно, учитывая, что это отчасти одни и те же люди. Разумеется, разногласия между ними могут возникать, но они успешно решаются в режиме диалога, как было недавно при обсуждении методических рекомендаций по финансированию научных учреждений: ученые в состоянии договориться между собой, поскольку говорят на одном языке.

И проблемы, стоящие перед нашей наукой, они тоже видят в основном одинаково. Многолетнее недофинансирование; сословная, почти феодальная иерархическая структура; отсутствие нормальных социальных лифтов для молодежи; появление среди научных администраторов все большего числа беспринципных и безграмотных карьеристов, готовых на все, чтобы угодить начальству или подняться по карьерной лестнице; маргинализация многих ученых и научных коллективов, десятилетиями «изучающих» то, что уже давно не является предметом науки; появление все большего числа «имитаторов» науки, некоторые из которых уже научились накручивать себе «индекс Хирша»; все сильнее сжимающиеся бюрократические тиски и многое другое.

Ни одну из этих проблем реформа 2013 года не решает, а некоторые из них, наоборот, усугубляет. Именно поэтому против нее и выступили многие активно работающие ученые — как в личном качестве, так и в составе общественных и официальных объединений.

Что же касается реальных реформ, улучшающих положение науки и ученых в России, то они не только их поддерживают, но и формулируют предложения таких преобразований.

Основное различие в подходах ученых, собравшихся в разных общественных организациях, — это степень готовности вести диалог и сотрудничать с представителями власти. Одни склонны высказывать конструктивные предложения, рискуя тем, что в руках чиновников эти предложения превратятся в свою противоположность и нанесут ущерб их собственной репутации (не раз уже так было).

Другие считают, что следует ограничиться арьергардными боями за остатки здравого смысла, стараясь, чтобы новые инициативы руководства не выгнали на улицу и без того не слишком многочисленных ученых, работающих на современном мировом уровне, и не ухудшили и без того некомфортные условия научной работы в России.

Среди большинства членов общественных организаций ученых имеется определенный консенсус о том, что и как следовало бы предпринять, если бы во главе реформы науки стояла компетентная команда реформаторов, имеющих не только «позитивные намерения», но и необходимую профессиональную квалификацию. Следовало бы незамедлительно провести профессиональную экспертизу научных коллективов всех бюджетных научных организаций страны независимо от их ведомственной принадлежности, с обязательным привлечением не только российских, но и иностранных экспертов. Провести такую экспертизу нужно на уровне отдельных лабораторий, а не только целых институтов. Только после этого можно будет понять, какая наука осталась в России и кто, собственно говоря, является объектом реформ.

Методы формирования корпуса экспертов и регламенты проведения экспертизы для академических институтов уже давно подготовлены силами научного сообщества совместно с группой сотрудников ФАНО, заинтересованных в осмысленном проведении этой экспертизы. Однако запуск этой профессиональной экспертизы заморожен (не очень понятно, на каком уровне). Вместо этого продолжается начальственная кампания по «реструктуризации институтов», причем аргументы в ее пользу приводятся чисто административные, а соображения научной целесообразности игнорируются. При этом никто из «реформаторов» не знает, чем и на каком уровне на самом деле занимаются имеющиеся на сегодня институты. Их это вообще не интересует, им надо «отчитаться наверх о проделанной работе», а эффект от этой «работы» для них не имеет значения.

Понятно, почему законспирированные авторы реформы науки и руководители государственных организаций, формально отвечающих за ее проведение, сторонятся содержательного обсуждения и реализации этой необходимой предпосылки любой разумной научной реформы. Привлечение к планированию и проведению научной политики профессионального корпуса независимых экспертов, пользующихся доверием научного сообщества, неизбежно уменьшит власть околонаучных администраторов.

Говоря коротко: наука призвана искать истину, и этому занятию очень мешает безбрежная ложь, давно захватившая почти все пространство нашего общества. По нашему мнению, статья Генри Нормана — на стороне лжи.

Мнение авторов может не совпадать с позицией редакции.

Об авторах

Аскольд Иванчик — доктор исторических наук, член-корреспондент РАН, научный руководитель отдела сравнительного изучения древних цивилизаций Института всеобщей истории РАН, и.о. декана Исторического факультета ИОН РАНХиГС.
Андрей Цатурян — доктор физико-математических наук, ведущий научный сотрудник НИИ механики МГУ.
Михаил Фейгельман — доктор физико-математических наук, зам. директора Института теоретической физики им. Л.Д. Ландау, профессор МФТИ.

Источник: Газета.ru, 14 января 2016 г.

См. также: «Правильные» ученые против «неправильных». Погоня за цитируемостью превращает науку в бессмысленную игру (Павел Чеботарев, Газета.ru, 12.01.2016)

сайт «Историческая экспертиза»: Ученые надеются договориться с начальством в частном порядке, выгадать при общей гибели некоторую отсрочку. Зря надеются

Tue, 12 Jan 2016 07:44:06 +0000

Интервью с членом-корреспондентом РАН Аскольдом Игоревичем Иванчиком

— Уважаемый Аскольд Игоревич, мы договорились, что Вы расскажете о положении ученых РАН и о тех проблемах, которые возникли после так называемой реформы, начатой в 2013 году. Но прежде хотелось бы, чтобы Вы сказали несколько слов о проблемах, которые существовали в Академии еще до реформы.

— Конечно, Академия наук не была идеальным местом и до реформы, но идеальных мест и не бывает. Многие люди критиковали тогдашнюю систему, но критиковали не с целью ее уничтожения, а улучшения. Проблемы академической науки хорошо известны. Главная проблема, которая стояла перед нами в последние двадцать пять лет — это хроническое недофинансирование научных исследований и в академическом секторе, и в вузовском. Зарплаты в сфере науки были ничтожно низкими и по сравнению со средним уровнем зарплат по стране, и по сравнению с уровнем зарплат коллег на Западе. Особенно тяжко было в девяностые и в первой половине 2000-х годов. На ту зарплату жить было невозможно. У ученого, особенно молодого, оставались два пути. Первый — отъезд за границу на временную или на постоянную работу. Многие этот путь избрали. Некоторые жили на два дома. Временные стипендии и приглашения на временную работу позволяли за два-три месяца накопить достаточно денег для жизни в стране в остальную часть года, где цены еще были невысокими. Второй путь — это просто уход из профессии. Этим во многом объясняется та возрастная структура, которая сейчас существует в Академии наук. Довольно хорошо представлено старшее поколение, т.е. те, кто сложился как ученый еще в советское время. У этих людей, в силу возраста, по сути выбора не было. Вторая группа — молодежь. С середины 2000-х годов, когда зарплаты стали хоть немного повышаться и появились возможности получить грантовое финансирование, молодежь стала возвращаться в науку. Хуже всего представлен средний возраст. Это те люди, которые были молодыми в 90-х и первой половине 2000-х годов. Материальная проблема, на мой взгляд, главная. Это не только зарплаты. Это и возможности для проведения исследований, которые требуют денег. В большей степени это сказывается в естественных науках. Но и в гуманитарных науках нужно оборудование. Например, в археологии все большее значение приобретают междисциплинарные исследования, сотрудничество с естественными науками. А это требует средств, сопоставимых с теми, которые нужны в естественно-научных исследованиях. Необходимы средства и на закупку научной литературы, и доступ к платным ресурсам в интернете, на командировки, в том числе и для участия в конференциях, и т.д.

Многие другие проблемы Академии в значительной мере производны от этой проблемы недофинансирования, но есть и не связанные с ней. Сами принципы, на которых построена академическая система, мне кажутся правильными и полезными для развития науки. Академия – место, где занимаются чистыми исследованиями, в обязанности ее сотрудников преподавание не входит. Конечно, здесь есть опасность отрыва науки от образования, но в реальности его не было ни в советское время, ни особенно в последние десятилетия, поскольку практически все академические ученые преподавали в университетах, но в объеме, не мешающем основному занятию, исследованиям. Всегда существовала и академическая аспирантура. Второй принцип, на котором основывалась академическая система, – это постоянные позиции для научных сотрудников, так называемые позиции в штате. Для занимающих их исследователей раз в пять лет проводилась переаттестация, которая должна подтверждать (или не подтверждать) их профессиональную пригодность. Такие позиции дают активно работающим ученым уверенность в своем будущем и, соответственно, возможность работать над длительными проектами, для выполнения которых иногда требуется вся жизнь, а то и жизнь нескольких поколений ученых. Исследователи, работающие на краткосрочных контрактах, в том числе по грантам, такой возможности лишены: они могут планировать свою работу обычно на три, максимум на пять лет вперед. Нечего и говорить о том, насколько важны для нормального развития науки такие долгосрочные проекты. Постоянные научные позиции – предмет мечтаний исследователей во всем мире, и поэтому кандидаты на них должны отбираться по конкурсу, а переаттестации важны для подтверждения того, что исследователь продолжает активно работать. К сожалению, проведение настоящих конкурсов не было в обычаях Академии, а вакантные позиции появлялись нерегулярно и должны были немедленно заполняться, что нередко приводило к тому, что их получали не лучшие кандидаты. Переаттестации же были формальными. Здесь тоже безденежье играло свою роль: Академия не могла предложить конкурентоспособных условий молодым людям, не говоря уже о молодых иностранных ученых, а ведь конкурсы на такие позиции в успешных в научном отношении странах обычно международные, что позволяет привлекать лучшую научную молодежь со всего мира.

Наконец, Академия была построена на важнейшем принципе научного самоуправления: наукой в ней управляли ученые, а не чиновники. Даже те из академических начальников, кто давно перестал заниматься наукой, в прошлом были учеными и потому несравненно лучше представляли себе нужды науки, чем чиновники, пришедшие из других сфер. Конечно, далеко не все достойные избрания ученые были избраны членами Академии, и не все члены Академии были крупными учеными, но все же таких было большинство. А главное сам принцип того, что в Академию избирают за научные заслуги, и что научными институтами руководят ученые, никогда сомнению не подвергался. Наблюдавшаяся в последние десятилетия тенденция старения членов Академии объясняется отчасти тем провалом в демографической структуре российской науки, о котором я говорил: среди ученых среднего возраста было значительно меньше достойных кандидатов, чем раньше, молодые еще не успели достигнуть тех результатов, за которые можно избирать, так что объективно большинство хороших кандидатов принадлежали к старшей возрастной группе. Другой причиной этого старения было то, что в Академии наук очень долго не обновлялось руководство: при одном и том же президенте Академия жила 25 лет. Это распространялось и на более низкий руководящий эшелон: во многих институтах директоры не сменялись десятилетиями. Это конечно вело к застою. Я вообще-то не сторонник возрастных ограничений для научных руководителей, но считаю, что пребывание на руководящих постах должно ограничиваться двумя сроками: такое ограничение, на мой взгляд, лучше, чем ограничение по возрасту. Выборы нового президента Фортова в 2013 могли бы стать предпосылкой обновления Академии. Собственно Фортов и пришел с реформаторской программой. Мы знаем, что она была, и знаем ее положения. Но во что конкретное она могла бы вылиться мы никогда не узнаем, потому что ему ее не дали реализовать. Нынешняя реформа, а точнее разрушение, Академии, началась уже через месяц после того, как В.Е. Фортов был избран, и до того, как он был утвержден на своем посту.

Хочу еще добавить, что 90-е годы для гуманитарной науки были не только временем тяжелого материального положения, но и периодом бурного расцвета, когда для ее развития сложились весьма благоприятные условия. В первую очередь положительно сказалось уничтожение идеологических рамок, в которых в советское время были обязаны развиваться гуманитарные исследования. В моей науке, правда, это чувствовалось меньше, чем в других. На нас уже в 70-е и 80-е годы мало обращали внимания. Вполне можно было, не цитируя ни разу классиков марксизма-ленинизма, защищать диссертации и публиковать работы. Но даже в наименее идеологизированных отраслях науки чувствовалась изоляция от коллег в остальном мире, поскольку российские гуманитарии — это только часть, в большинстве случаев — не самая значительная, мировой науки. После того, как границы открылись, возникла возможность контактов, что приводило к увеличению интеллектуального разнообразия и вообще к возвращению российской науки в мировую. Это способствовало ее успешному развитию. С другой стороны появились возможности уезжать. Тут же выяснилось, что представители одних наук вполне конкурентоспособны на международном научном рынке, а других – гораздо в меньшей степени. Наиболее востребованными оказались специалисты в естественных науках. Самые активные из них уехали на Запад. Но и среди гуманитариев также оказалось немало специалистов высокого уровня. В первую очередь это лингвисты, а также специалисты по древности и по средним векам, филологи и историки. Выяснилось, что наша научная школа — вполне на мировом уровне, многие ее представители получали приглашения на работу. Таким образом, 90-е годы были временем включения российской науки в общемировую систему. Конечно, когда резко меняются условия общественной жизни, то неизбежны и проблемы. Научная инфраструктура не было готова к изменению ситуации. К счастью 90-е и первая половина 2000-х годов — это было время, когда у начальства было много своих дел и, в общем-то, ученых более-менее оставили в покое. Да, их не кормили, но зато и не контролировали. Происходила самоорганизация. Ученые жили своей жизнью, а начальство, в том числе академическое — своей. Связь между обычными научными сотрудниками, работающими в институтах, и членами Академии, безусловно, была, но она была слабее, чем должны была бы быть. Это являлось еще одной проблемой.

— Получается, что главным минусом дореформенной ситуации было недостаточное финансирование, а главным плюсом — невмешательство научных чиновников в работу ученых. Нынешнее начальство — ФАНО — в работу исследователей, несомненно, вмешивается. Но может это вмешательство способствовало увеличению финансирования науки?

— Увеличение финансирования происходило постепенно со второй половины 2000-х годов вместе с ростом госбюджета вслед за ростом цен на нефть. Какая-то небольшая часть перепала и науке. И все же в течении этого периода Академия наук оставалась «золушкой». Академия вызывала подозрения своей относительной независимостью, в частности, навязать ей нужные власти кадровые решения так и не удалось. Довольно быстро росло финансирование университетов. В то же время финансирование академической науки номинально оставалось на том же уровне, но из-за инфляции в реальности оно уменьшалось. И это довольно странно. Академия наук была наиболее продуктивной в смысле числа публикаций. Известно, что в «старой» РАН (т.е. до объединения с Академиями медицинских и сельскохозяйственных наук) работало примерно 17% людей, занятых в науке. Но на них приходится больше половины, по-моему 60%, публикаций. А если брать публикации, цитируемые в мировой науке, то этот процент еще выше. Т.е. качество исследований, проведенных РАН, гораздо выше вузовских исследований. Диссернет недавно опубликовал данные о случаях плагиата в диссертациях в наиболее затронутых коррупцией сферах — экономических и юридических науках. Выяснилось, что в Академии наук случаев плагиата практически нет, а среди ректоров вузов число «клиентов» Диссернета составляет больше 20 %, то есть находится на катастрофическом уровне. Эти данные свидетельствуют, что в среднем и уровень науки, и уровень научной честности в Академии несравненно выше, чем в вузах. Тем не менее, в середине 2000-х годов появилось довольно сильное лобби, включающее высокопоставленных чиновников, в том числе и выходцев из научной сферы. У них свои представления о том, как должна быть устроена наука. В частности они считают, что наука должна быть в университетах, а Академия наук и вообще учреждения, где занимаются чистой наукой, не нужны. Эти люди полагают, что таким образом воспроизводится западная модель. Но это превратное представление. Во всех научно развитых западных странах есть довольно крупные учреждения, которые занимаются чистой наукой вне университетов. Особенно это характерно для континентальной Европы. Во Франции и в Германии есть большие учреждения, подобные Академии наук, которые занимаются чистой наукой. И в Штатах есть крупные национальные лаборатории, которые по числу занятых в них вполне сравнимы с Академией, и там занимаются чистой наукой. Существование Академии наук, где не преподают, а занимаются только наукой, не является чем-то исключительным, от чего нужно избавляться под предлогом, что нигде в мире этого нет. С середины 2000-х годов все настойчивее стали попытки уничтожить или максимально уменьшить значимость Академии наук в пользу университетской науки и других форм ее организации. А.А. Фурсенко, фактически определяющий всю научную политику в России в последние 15 лет – главный идеолог этого направления. Нынешний министр Д.В. Ливанов занимает сходные позиции. В результате в 2013 году произошла реформа Академии. Вначале она была задумана в гораздо более радикальной форме. Планировалось уничтожение Академии и создание на ее месте нового учреждения под тем же названием, лишенного всякой самостоятельности. Планировался также демонтаж системы научно-исследовательских институтов. Наши реформаторы следовали модели, реализованной в странах Прибалтики и в Грузии. В некоторых других восточноевропейских странах такого не было. В Польше, например, Академия наук сохранилась и продолжает играть большую роль. В результате сопротивления активной части академического сообщества была выбрана компромиссная модель. Сохранилась Академия наук (правда, к ней были присоединены Академии медицинских и сельскохозяйственных наук, что сильно понизило ее научный уровень). Но самое важное, что сохранилась система институтов. Правда, она была выведена из под руководства Академии и переподчинена Федеральному агентству научных организаций (ФАНО). Сейчас появились некоторые признаки того, что возможно движение в обратную сторону. Стало понятно, что эта модель не действует.

— Следовательно, старых проблем Академии ФАНО не устранило. А какие новые проблемы возникли в результате его бурной административной деятельности?

— ФАНО – организация чиновническая, возглавляемая хорошим специалистом в управлении имуществом и финансистом М.М. Котюковым. Руководителям ФАНО удалось, на мой взгляд, достичь существенных успехов в том, что они хорошо умеют делать, т.е. в управлении имуществом РАН. Одной из проблем старой Академии была довольно-таки запущенная ситуация с имуществом. Были обвинения, что оно разворовывалось, однако доказательств этому приведено не было. По-видимому, дело здесь не столько в воровстве, хотя злоупотребления безусловно были, и имена людей, связанных с злоупотреблениями в прежнем Президиуме РАН, известны. Скорее проблемы с управлением имуществом были связаны с отсутствием компетенции и с отсутствием полномочий и финансирования. Управление имуществом требует денег, а на это денег не выделялось. Видимо, Президиум Академии наук не считал это важной проблемой. ФАНО за два года оформило имущество Академии так, как это должно было быть сделано. Его юристы выиграли ряд тяжб, в том числе по поводу некоторых институтов в Москве, здания которых уже были у них практически отняты. В этом направлении ФАНО оказалось эффективным. Но с управлением наукой, научными исследованиями, с тем, что является главной функцией научных учреждений, ФАНО не справляется. Это не их профессия. Они не знают как это делать, хотя вокруг Котюкова создана довольно динамичная команда, да и сам Котюков человек очень способный и легко обучающийся. Тем не менее, всего этого оказывается недостаточно. Выясняется, что Академия наук справлялась с этой задачей лучше, потому что лучше понимала нужды науки. Поскольку чиновники не очень хорошо понимают то, чем они руководят, то следуют обычному для любого чиновника в такой ситуации рефлексу: оградить и обезопасить себя большим числом бумаг, чтобы потом было чем защищаться, если обвинят в каких-то проблемах, которые неизбежно возникнут. Все сотрудники администрации всех институтов жалуются на постоянно увеличивающийся вал бумаг, смысл которых часто непонятен. Их объем таков, что трудно представить, что эти бумаги кто-то читает. Некоторые директоры, у которых есть такие возможности, просто нанимают специальных сотрудников, которые заняты только формальными ответами на эти бессодержательные бумаги, отрывая средства от финансирования науки. В институтах, у которых таких возможностей нет, этим приходится заниматься директору или его заместителям. Они могли бы потратить это время с гораздо большей пользой на что-нибудь другое, в том числе и на собственные исследования. Я уверен, что институтом должен руководить действующий ученый, а не чистый администратор, и директору-ученому есть чем заняться, кроме бесконечного бумагопотока. Главная претензия к деятельности ФАНО состоит в том, что бюрократический пресс на науку очень сильно вырос. Время от времени рождаются инициативы, которые свидетельствуют о полном непонимании того, как действует наука. Например, требуют запланировать публикации на три года вперед, что абсолютно невозможно. Если ты начинаешь работать над какой-то темой или писать статью, то не знаешь какой будет результат, тем более не сможешь спрогнозировать, чем конкретно ты будешь заниматься через три года и каковы будут результаты. Сотрудники ФАНО этого не понимают совершенно. У них отсутствует представление о специфике научной работы. То вдруг предполагается вводить нормирование часов: сколько часов научный сотрудник должен думать над какой-то проблемой и как это должно быть выражено в рублях. Нормирование, допустим, труда рабочего, производящего какие-то детали — это понятно. А как нормировать труд ученых — это также непонятно, как нормирование труда художника или музыканта. Не исключена возможность того, что чиновники начнут требовать постоянного присутствия на рабочем месте, не учитывая, например, что ученый, если брать историка, должен работать в архивах и библиотеках, да и вообще любой ученый, когда обдумывает проблему, которой он занят, то делает это непрерывно, а не с девяти до пяти на рабочем месте. Специфика работы ученых часто чиновникам непонятна, и поскольку им приходится руководить этой непонятной сферой, они производят все больше бумаг. Ответы на эти бумаги в разы больше, чем исходные документы. Допустим, они пишут циркулярное письмо во все институты и получают тысячу ответов оттуда. Это нужно как-то обрабатывать, они не справляются и должны нанимать новых сотрудников. Армия чиновников растет. Это давно описанная Паркинсоном модель разрастания чиновнических структур. В ФАНО мы это прекрасно видим. Количество чиновников, занимающихся управлением наукой в президиуме РАН, было существенно меньше, чем сейчас в ФАНО.

— А во сколько раз?

— Точно ответить на этот вопрос я не могу, нужно поискать цифры, если они опубликованы. Но разрастание аппарата ощущается. Зримое выражение этого, например, тот факт, что в здании РАН на Ленинском проспекте, 32 постоянно приходится освобождать новые площади для все прибывающих новых чиновников. Скоро здесь и институтов не останется: постоянно идет речь об их выселении. Но главная проблема, конечно, не в том, что чиновники занимают все больше места, вытесняя институты: это скорее яркий символ отношений между учеными и чиновниками в системе ФАНО. Важнее то, что чем больше этих чиновников становится, тем больший процент финансирования они поглощают. Зарплата чиновников ФАНО довольно высокая по сравнению с научными сотрудниками. Начальник среднего звена в ФАНО получает больше, чем директор академического института, не говоря уже о научных сотрудниках.

— А эти расходы тоже считаются бюджетом науки?

— Конечно, это бюджет на фундаментальные исследования

— Сейчас в вузах одна из серьезных проблем — сокращение количества преподавателей и увеличение нагрузки. В Академии намечается что-нибудь подобное?

— Намечается. Вузы просто раньше стали реагировать на указы президента о повышении средней зарплаты в науке до двухкратной по регионам. В зависимости зарплаты от региона есть, конечно, некоторые основания. Но прямая привязка — это довольно разрушительная вещь. Получается, что научный сотрудник, занимающийся одной и той же проблемой и работающий с той же продуктивностью, если он живет в Москве, будет получать зарплату чуть ли не в два раза выше, чем его коллега, живущий даже в Подмосковье, не говоря уже о более удаленных регионах. Если эти указы действительно будут выполняться, что не факт, то Москва будет работать как пылесос: если вам в столице предлагают зарплату в два-три раза больше, чем за ту же работу платят в другом месте, то естественно те, кто сможет, будут устраиваться в Москве. Этот указ довольно легко выполнить в региональных центрах — в Нижнем Новгороде, в Новосибирске — где средняя зарплата не очень высока, и там он уже выполняется. Но для Москвы это большая проблема. Если средняя зарплата в Москве в прошлом году была примерно 56 тысяч, то в науке вам нужно иметь среднюю зарплату 112 тысяч. Не секрет, что в Москве средняя зарплата в институтах РАН 25-30 тысяч. Это означает более чем четырехкратное повышение зарплаты. За выполнение этого указа отвечают директоры институтов. Есть «дорожная карта», требования которой они должны выполнять. Чтобы выполнять эти указы, им нужно или массово сокращать сотрудников, повышая зарплату немногим оставшимся, или искать иные источники финансирования зарплаты, или придумать какие-нибудь хитрости, вроде перевода большей части сотрудников на неполную ставку. При сохранении той же фактической зарплаты, на бумаге она будет в два-четыре раза выше. Впрочем, скорее всего с этим методом «повышения» зарплаты будут бороться. Возможно, несколько улучшат статистику дополнительные источники финансирования, прежде всего, — гранты. Потому что учитывается общая зарплата, а не только базовая. Но средний грант РГНФ и РФФИ — 400-500 тысяч на группу до десяти человек. Т.е. 50-100 тысяч рублей в год на одного человека. Это существенно ситуацию не меняет, даже если все деньги пустить на зарплату, а они должны идти не только на зарплату, но и на командировки, на покупку оборудования и так далее. Гранты РНФ другого порядка. Они позволяют назначать зарплаты уже более приличные, но и то не в таком объеме, чтобы вывести их на уровень, требуемый указом президента. Гранты РНФ это большие гранты, но их мало кто получает, в отличии от грантов РФФИ и РГНФ. Они маленькие, но их получает много людей. Можно полагать, что будут большие сокращение числа работников академической сфере. Даже если удастся обойтись переводом на неполные ставки, это будет означать, что людям, формально работающим на части ставки, придется выполнять прежний объем работы.

— Процесс сокращений еще не идет пока?

— Уже идет. Просто он начался примерно года на полтора позже по сравнению с университетами, потому что после начала реформы РАН было не до того.

— А есть у гуманитариев какие-то специфические проблемы, которые возникли в связи с реорганизацией РАН?

— Проблемы общие у всех ученых. Гуманитариям проще, потому что они меньше зависят от внешних условий, чем исследователи, которые нуждаются в дорогостоящем оборудовании. Это связано не только с невысоким уровнем финансирования. Процедура закупки оборудования стала сейчас гораздо более бюрократизированной, чем несколько лет назад; все обросло целым рядом бюрократических ограничений. У гуманитариев меньше шансов с этим столкнуться, хотя если речь идет об отраслях гуманитарной науки, которые связаны с закупками оборудования или экспедиционными работами, то здесь проблемы те же самые.

— Во второй половине 2000-х много говорили о проекте Сколково, как альтернативе РАН. Сейчас о Сколково почти ничего не слышно.

— Сколково существует. Оно было одной из главных площадок недавней Недели науки в Москве. Мне о деятельности Сколково мало известно, потому что там гуманитарные науки не представлены. Там сделан упор на прикладные исследования в биологии, химии, информатике и т.д. Есть и университет. На Сколково возлагались очень большие надежды. Пока не видно, чтобы они реализовались. По крайней мере, отдачи, сравнимой с объемом финансирования, не видно. Хотя там зарплаты совершенно невиданные для российской науки. Профессор Сколтеха получает, по словам работающих там людей, 800 тысяч в месяц.

— А с точки зрения публикационного процесса, появление Сколково привело к какому-то прорыву?

— Мне об этом ничего не известно. Это не моя специальность. Я не слежу за публикациями в сфере, где работает Сколково.

— Вы обрисовали негативные последствия деятельности ФАНО для науки. Как, по Вашему мнению, дальше будет изменяться положение Академии? Есть ли надежда, что чиновники поймут, что наносят вред науке и внесут коррективы в свою деятельность?

— В принципе ФАНО и Президиум Российской академии наук стараются налаживать сотрудничество. Первоначально реформой РАН предусматривалось, что Академия никакого отношения больше к институтам не имеет. Все решает ФАНО, которое является учредителем институтов. ФАНО не только распределяет деньги и занимается имущественными делами, но также занимается научной политикой, назначает директоров и т.д. Вскоре после начала реформы эта позиция была смягчена, и ФАНО вступило в переговорный процесс с Президиумом РАН. В результате Президиум вернул себе часть полномочий. Стали говорить о принципе «двух ключей», согласно которому руководство институтами будет осуществляться ФАНО и Президиумом совместно, будет такое двойное подчинение. В реальности, поскольку нормативная база осталась прежней и изменения в закон о реформе Академии не были внесены, единственным учредителям институтов остается ФАНО. Вся власть у ФАНО. У Президиума есть только консультативные функции. Правда, Президиум и вообще Академия получили довольно существенный рычаг влияния на выборы директора. Кандидаты в директоры институтов теперь должны проходить через утверждения сначала отделением, а потом Президиумом. Это хорошая новость. Был сформирован Научно-консультативный совет при ФАНО, в который вошли большое число представителей Академии. Но формально он с Академией не связан, это не учреждение Академии. Постоянно происходят консультации между Президиумом РАН и ФАНО, но пока это не очень институциализировано. Сейчас обсуждаются разные варианты взаимодействия. Есть вариант, который мне кажется достаточно реалистичным. Это изменение закона, согласно которому Президиум и ФАНО становятся соучредителями институтов. ФАНО занимается имуществом и вопросами финансов. Академия занимается руководством научной частью, координацией и так далее. Это был бы неплохой вариант. Сибирское отделение РАН предлагает подчинить ФАНО Академии. Это тоже был бы тоже неплохой вариант. Это, собственно, та система, которая действовала в советское время: тогда имуществом занималось Управление делами Академии, руководителя которого назначал не президент Академии наук, а правительство. Управление делами находилось в составе Академии, но у ее руководства было двойное подчинение. Это тоже была работающая модель. Мне кажется, что развитие, в конце концов, придет к тому, что станет понятно, что руководить институтами без участия Академии просто невозможно. На мой взгляд, реформа не удалась и чем скорее это будет осознано, тем с меньшими потерями из нее можно будет выйти.

— Я знаю, что недавно была пресс-конференция нескольких академиков. На ней уважаемые ученые об этих проблемах говорили. Но это выглядело, как их частное мнение. А создаются ли в РАН инструменты, которые могут транслировать обществу информацию о проблемах российской науки? Осведомленность широкой публики, несомненно, будет способствовать решению проблемы.

— В Президиуме РАН, разумеется, есть пресс-служба; собственные средства массовой информации есть и у Президиума РАН, и у ФАНО, и у Министерства образования и науки, но на мой взгляд для отношений с обществом важнее структуры, созданные учеными в порядке самоорганизации. Есть постоянно действующая Конференция научных работников, которая собиралась трижды. Первая конференция была проведена в 2013, сразу после реформы. Тогда нам менее, чем за месяц, удалось собрать две тысячи человек из разных регионов России, из разных учреждений. Это было крупное достижение. Это успешный пример самоорганизации научного сообщества. На этой конференции было принято решение, что ее оргкомитет сохраняется как постоянно действующий орган. С тех пор конференция собиралась еще дважды. Кроме того ученым удалось вызвать довольно большой резонанс в прессе. По крайней мере, в той, которая желала интересоваться научными проблемами. Внутри Академии есть «Клуб 1 июля», состоящий из членов РАН, объявивших об отказе войти в новую Академию наук, если РАН будет распущена, как это планировалось по первой версии реформы РАН. Есть общественный Комитет по контролю за реформами в сфере науки. В него входят представители и «неформальных» организаций, таких, как Общество научных работников, Оргкомитет Конференции научных работников, «Клуб 1 июля», и официальных. Я там представляю Совет по науке при Министерстве образования и науки. Президиум РАН тоже там представлен, как и профсоюз РАН. Там есть журналисты, постоянно с нами сотрудничающие. Т.е. через Комитет тоже ведется работа по коммуникации с обществом и доведению до его сознания информации о том, что происходит в науке в целом. Есть налаженные связи и с рядом изданий. Мы тесно сотрудничаем с «Троицким вариантом». «Троицкий вариант», на мой взгляд, вообще играет очень важную роль. Это независимое издание, созданное самими учеными и заслужившее в научной среде очень хорошую репутацию; оно распространяется также и через интернет. Я знаю, что его читают не только представители научного сообщества, но и научное начальство. Общественное телевидение России тоже делает очень хорошие научные передачи.

— Что бы Вы посоветовали ученым? Что они могут сделать, чтобы изменить ситуацию в Академии в лучшую сторону?

— Ученым я бы рекомендовал проявлять больше общественной активности. Даже в критический момент, когда началась реформа Академии, которая затрагивала жизненные интересы всех ученых, работающих в этой системе, в протестных акциях участвовало не так много людей. В Москве на них удавалось собрать максимум две-три тысячи человек. Если подсчитать научных сотрудников и членов их семей, то это меньше 5 процентов. Многие не интересуются ничем, узнают о происходящем в Академии и даже в их собственных институтах с опозданием в месяцы. Я бы посоветовал научным сотрудникам следить за событиями и реагировать на них. Это даже не общегражданская позиция, а позиция по защите своих профессиональных интересов. Если бы против реформы РАН никто не протестовал, то был бы реализован первый вариант реформы, который был гораздо хуже нынешнего. Благодаря тому, что было некоторое количество протестов, довольно неожиданных для власти, удалось добиться уступок. Если бы эти протесты были мощнее, если бы позиция научного сообщества была бы более артикулирована, то этот компромисс был бы заключен на более выгодных для ученых условиях, а может быть реформа была бы вообще свернута.

Когда я говорю о слабой активности ученых, о том, что они практически не осознают себя как сообщество, то речь идет совсем не только о протестных акциях. Пожалуй, гораздо важнее – но и сложнее – повседневное участие в управлении наукой, что предполагает не только противостояние, но и сотрудничество с чиновниками, диалог и выработку вместе с ними таких решений, которые исходили бы из интересов науки. Во всем мире в управлении наукой участвуют две главных силы – сами ученые и чиновники; участие последних неизбежно хотя бы потому, что они в нормально организованной стране представляют общество, которое вправе понимать, каким образом расходуются средства налогоплательщиков. Между учеными и чиновниками существует определенный баланс сил, свой в каждой стране, но, естественным образом, каждая сторона стремится увеличить свой вес и роль в принятии решений. Так что наступление чиновников на интересы ученых – вещь обычная во всем мире, но обычно оно парируется организованным и осознающим свои интересы научным сообществом, или, если угодно, ученой корпорацией. В западных странах попытки чиновников или политиков покуситься на интересы ученых, или провести какие-нибудь непродуманные реформы (реформы – любимое занятие чиновников во всем мире), встречают немедленный и организованный отпор, в котором участвует все научное сообщество. Баланс интересов достигается прежде всего путем диалога и сотрудничества, и протестные акции – крайний метод, который применяется лишь тогда, когда чиновники пытаются продавить нужное им решение, игнорируя мнение ученых. У нас, к сожалению, научное сообщество оказалось не в состоянии защитить свои интересы, и сейчас практически полный контроль над организацией науки получили чиновники. И связано это с тем, что научное сообщество в значительной своей части готово передоверить решение своей судьбы каким-то внешним силам и не готово не только бороться за свои интересы, но даже и тратить время и силы на то, чтобы их сформулировать. Многие ли из научный сотрудников знают содержание хотя бы тех нормативных документов, которые регулируют их профессиональную жизнь, понимают, какие у них есть права и что от них имеет право требовать администрация даже их собственных институтов, не говоря уж о более высоких инстанциях? По моему опыту таких единицы, очень немногие интересуются и теми изменениями в законодательстве, которые уже очень скоро будут определять их повседневную жизнь.

Важно понимать, что реформы совсем не закончились. Их исход во многом связан с реакцией научного сообщества. Новое наступление на интересы ученых вполне возможно и даже вероятно. Каждый научный сотрудник должен заботиться о корпоративных, т.е. в конечном итоге, о собственных интересах. К сожалению, на практике мы массовой активности не наблюдаем.

— Это удивительно. Если мы вспомним историю дореволюционной России, историю западных стран, то там студенты и профессора всегда были лидерами общественного движения по отстаиванию гражданских прав. Сейчас мы наблюдаем, что активно бастуют «дальнобойщики». А профессора молчат. Здесь важно, что речь идет не об абстрактных для многих политических свободах, а, в прямом смысле, материальном выживании. Наступление на права ученых не встречает никакого сопротивления. Это поразительный феномен. Почему образованные люди отстают в социальном развитии от тех же водителей грузовиков?

— Когда началась реформа Академии, раздавались и такие голоса: «С вузами гораздо раньше начали обращаться, как сейчас с Академией, и давили нас еще хуже. Но что-то вы, сотрудники РАН, не выступали в нашу поддержку. Почему мы должны сегодня вас поддерживать?». Извините, но вузовские сотрудники должны были сами выступать в свою защиту. Если вы сами себя не защищаете, то как же вас сможет защитить кто-то посторонний? Сейчас ситуация в вузах значительно хуже, чем в Академии. Их давят гораздо больше, но протестов там гораздо меньше. И это удивительно. Когда мы организовывали последнюю Конференцию научных работников, то я предлагал некоторым сотрудникам исторических факультетов из региональных университетов приехать и выступить. Они в частном порядке рассказывают совершенно жуткие вещи об уничтожении исторического образования, просто на корню, в хороших региональных вузах, где раньше дело было поставлено совсем неплохо. Но профессора боятся, видимо, чувствуют себя более зависимыми и уязвимыми, чем сотрудники РАН. Публично никто на эту тему не выступил.

— Получается, что водители более смелые?

— Ученые надеются договориться с начальством в частном порядке, выгадать при общей гибели некоторую отсрочку. Зря надеются.

— На этой «оптимистической» ноте можно завершить наше интервью Спасибо огромное.

Интервью брал С.Е. Эрлих

Источник: сайт istorex.ru, 10 января 2016 г.

Пресс-релиз общественных организаций ученых: Общественное обсуждение проекта приказа Минобрнауки России «Об утверждении методических рекомендации по распределению субсидий»

Sun, 28 Jun 2015 09:39:13 +0000

23 июня 2015 г. в ходе расширенного заседания Совета по науке при МОН состоялась дискуссия руководства МОН с представителями общественных организаций ученых, принявших участие в общественном обсуждении проекта приказа Минобрнауки России «Об утверждении методических рекомендации по распределению субсидий, предоставляемых федеральным государственным учреждениям, выполняющим государственные работы в сфере научной (научно-исследовательской) и научно-технической деятельности» (далее Рекомендации).

Совет по науке при МОН выпустил заявление, в котором он поддержал основную идею Рекомендаций и предложил внести в них некоторые изменения.

По мнению представителей Общества научных работников, Профсоюзов РАН, Комиссии общественного контроля в сфере науки и Оргкомитета Конференции научных работников, участвовавших в дискуссии, сама концепция предлагаемых Рекомендаций представляет собой радикальный план коренной ломки системы финансирования науки в России.

Основная мысль документа заключается в перераспределении субсидий по госзаданию и выведении большей части их из базового финансирования учреждений в конкурсную часть.

Представители общественных организаций поддерживают саму идею адресной поддержки сильных коллективов, однако, считают недопустимым реализовывать её за счет сокращения профессионально пригодных научных сотрудников. Все выступавшие отметили крайне низкий уровень юридической и экономической проработки документа. Концепция документа и его текущая версия не дают никаких оснований полагать, что в случае его реализации будет достигнута декларируемая цель адресной поддержки ведущих ученых и ведущих лабораторий. Наоборот, попытка реализации Рекомендаций, по мнению представителей общественных организаций, приведет к дезорганизации научных учреждений, массовым увольнениям их сотрудников и неизбежно затронет учёных и научные коллективы, работающие на современном мировом уровне.

По результатам прошедшего обсуждения представители Минобрнауки России предложили общественным организациям учёных принять участие в работе над новым проектом документа, в котором будут учтены мнения участников дискуссии. Предложение было принято.

Межрегиональное общество научных работников (ОНР)

Профсоюз РАН

Комиссия общественного контроля в сфере науки

Оргкомитет Конференции научных работников

Источник: пресс-релиз общественных организаций, 25 июня 2015 г.

rascommission.ru: Открытое письмо Комиссии Министру юстиции РФ о фонде «Династия»

Sun, 10 May 2015 05:53:35 +0000

Министру юстиции Российской Федерации А. В. Коновалову
Уважаемый Александр Владимирович!

В прессе появились сообщения о возможном включении в реестр иностранных агентов фонда «Династия».

В это невозможно поверить! Роль Фонда в поддержке отечественной науки огромна и неоценима. Особенно велика она в деле поддержки научной молодежи, стремящейся работать в России.

Как Вы знаете, работа фонда «Династия» финансируется из личных средств Дмитрия Борисовича Зимина, и это служит прекрасным примером истинного меценатства, столь необходимого – наряду с государственной поддержкой – для развития науки, культуры и образования в нашей стране.

За эту благородную деятельность Д. Б. Зимин в феврале 2015 г. был удостоен специальной премии Министерства образовании и науки РФ «За покровительство российской науке».
Просим Вас при первой же возможности сделать официальное заявление, опровергающее эти невероятные сообщения.

С уважением, от имени Комиссии:

В. Е. Захаров

А. П. Кулешов

В. А. Рубаков

Источник: сайт Комиссии общественного контроля в сфере науки, 10 мая 2015 г.

Научная Россия: Президиум РАН о поручениях Президента РФ

Sat, 02 May 2015 19:01:47 +0000

21 апреля Президиум РАН рассмотрел вопрос «О ходе выполнения перечня поручений Президента Российской Федерации по итогам заседания Совета по науке и образованию 8 декабря 2014 года». Ресурс «Научная Россия» предлагает отчет об этом заседании с пересказом выступлений.

Требуется предисловие: надо обозначить контекст данного события, иначе содержание может показаться малопонятным, узкоспециальным. Само существование фундаментальной науки в нашей стране в постсоветское время было драматичным — при почти полном уничтожении учреждений прикладной науки, при невостребованности со стороны производства, которое по большей части находится в частной собственности у крупного бизнеса, при катастрофическом недофинансировании (например, средств выделялось в 17 раз меньше, чем в США), наконец, в условиях чрезвычайно устаревшего приборного парка и отъезда из страны 40-летних и 50-летних ученых. Самое удивительное во всем этом, что российским ученым, вопреки названным трудностям, удалось сохранить научную школу России, причем по многим направлениям — на хорошем мировом уровне. Но вот в 2013 году произошла реформа академической науки — самая тяжелая и драматичная за все три столетия существования Российской академии наук, — цели и задачи которой не были ясно сформулированы. Разумеется, это вызвало огромные протесты научной общественности. Похоже, инициаторов реформы это обстоятельство не смутило.

Спустя полтора года, в декабре 2014 года прошло заседание Президентского Совета по науке и образованию, на котором, в присутствие Президента РФ, были подведены промежуточные итоги реформы и главой государства были даны конкретные поручения. Надо сказать, уже само заседание Президентского Совета выявило ряд противоречий в позициях участников, и противоречия эти все так же следовали из необъявленности целей и задач реформы. В частности, прозвучало предупреждение президента РАН академика Владимира Фортова, что реформа вступает в самый опасный свой этап, где практически ничего не прописано законодательно, и это предопределяет рассогласованность в действиях.

Академик как в воду глядел. Последующие события стали накалять обстановку в вопросах координации действий РАН и ФАНО — и в самом деле, многое, причем, самое существенное, понимается сторонами сегодня принципиально по-разному. В выступлениях докладчиков на описываемом заседании Президиума РАН отчетливо звучала тревожная тема разногласий и предстоящих трудностей в поиске общего языка.

Вице-президент РАН академик С.М. Алдошин говорил о предложениях по определению единых подходов к объединению интеллектуальных ресурсов и научной инфраструктуры организаций, которые ведут фундаментальные и поисковые научные исследования — на Президентском Совете было дано такое поручение в целях развития междисциплинарных исследований. Причем, речь идет не только об организациях, которые подведомственны ФАНО, но и обо всех научных организациях, которые сейчас работают в России.

Подготовка предложений базировалась на программно-целевом подходе. Есть несколько вариантов объединения интеллектуальных ресурсов. Например, это междисциплинарные инициативные проекты среди институтов, которые находятся в одном Отделении РАН. Другой подход — междисциплинарные проекты между разными Отделениями. Наконец, могут быть межведомственные проекты, в которых участвуют и организации ФАНО, и университеты, и государственные научные центры. Причем, предложения эти не касаются реформирования самих институтов — это возможность интеграции институтов вокруг крупных проектов и задач, которые формируются в рамках приоритетных направлений Российской академии наук либо директивными органами.

Весь вопрос — каким образом названные проекты могут формироваться и включаться в скоординированное государственное задание. Во-первых, здесь не идет речи о складывании денег в некую одну кубышку, здесь речь идет о создании таких программ в рамках лимитов бюджетных программ каждого ведомства. И, во-вторых, под межведомственные программы должен быть разработан механизм, чтобы ФАНО, образно говоря, «взяло под козырек» и предоставило то финансирование, о котором ему скажет Совет программы. Если этот механизм не прописать — это будет пустое дело. Обсуждение доклада академика С.М. Алдошина было решено продолжить через неделю.

Вице-президент РАН академик В.В. Козлов рассказывал об исполнении поручения Президента по поводу повышения эффективности работы сети научно-исследовательских институтов и составления плана реструктуризации академических институтов, подведомственных ФАНО, причем, что важно — с учетом предложений самих институтов. Этот план должен быть составлен к 15 мая с.г., но, как сказал докладчик — это тяжелый вопрос, который касается всей сети академических институтов.

Кстати, нельзя сказать, что только ФАНО сейчас впервые озаботилось совершенствованием структуры академической науки, а, мол, до сих пор ничего подобного не делалось. Как раз наоборот, тут РАН вела линию планомерно и энергично — увы, об этом приходится напоминать, поскольку, согласно распространенному мнению, руководство РАН якобы стремилось лишь сохранить себя и Академию в неизменном виде. Между тем, Академия наук в течение последних семи лет вела системную работу по совершенствованию структуры сети академических институтов, что, между прочим, в том или ином виде повлияло на судьбу или статус каждого пятого учреждения РАН.

Сегодня Президиумом РАН воссоздана Комиссия по совершенствованию структуры, а ФАНО, со своей стороны, вышло с инициативой создать совместную рабочую группу РАН-ФАНО.

Как известно, ФАНО инициативно дало старт первым пяти проектам реструктуризации еще до Президентского Совета — т.е. сделало шаг, не предусмотренный ни в Законе, ни в Положении о ФАНО. Тем не менее, эти проекты названы «пилотными» и Президентский Совет дал на них добро с предложением пока на этом остановиться, чтобы посмотреть на результаты подобной реструктуризации. РАН по этим проектам также дала положительное заключение, и проекты запущены, правда конкретная реструктуризация в настоящее время идет отнюдь не без проблем.

Но ФАНО, вопреки договоренности на Президентском Совете, сразу по его завершении стало формировать задачи по следующей очереди реструктуризации. Это сразу же вызвало множество возражений, поскольку для таких действий отсутствует и нормативная база, и концептуальный взгляд — что в итоге инициатор хочет получить.

Два слова о планах ФАНО, поскольку это важно абсолютно для всех сотрудников академического сообщества. ФАНО положило в основу реструктуризации создание новых для нас типов научных организаций. Национальные исследовательские институты: это наши академические институты, которые на мировом уровне ведут работы в области фундаментальных исследований. Другой тип — Федеральные исследовательские центры по западному образцу мегасайенс (Megascience), т.е. центры, имеющие уникальные установки и работающие по широким программам. Третий тип — Федеральные научные центры: их задачи кардинально изменятся — с чисто фундаментальных исследований к продвижению новых технологий, т.е. в их деятельности инновационная составляющая выходит на первый план. И, наконец, четвертый тип объединения — Высшие школы гуманитарных наук, где будут объединены учреждения гуманитарных и общественных наук.

Правда, в ходе такого творчества в реструктурировании выяснилось, что возникают серьезные проблемы с организацией региональной науки — т.е. именно в том, чем сильны нынешние Научные центры РАН, которым в планах ФАНО практически не находится места.

А теперь нечто принципиальное. Переформатирование сети научно-исследовательских институтов, по замыслу ФАНО, будет осуществляться по образцу Германии, где нет такой Академии наук, как в России, но есть несколько обществ — Макса Планка, Фраунгофера, Гельмгольца — которые объединяют однопрофильные институты. И по мысли разработчиков, Национальные исследовательские институты должны составить нечто аналогичное обществу Макса Планка, Федеральные исследовательские центры в совокупности должны составить аналог обществу Гельмгольца, а остальные — аналог общества Фраунгофера.

Вот тут в обсуждении на заседании Президиума посыпались очень едкие замечания в адрес такого рода замыслов ФАНО. Назовем некоторые. Да, российская наука базировалась на опыте ученых Германии, но это было триста лет назад. А вот в последние 50 лет вся французская наука, например, была построена по типу как раз советской организации науки, да и само Общество Макса Планка было реорганизовано после войны на базе Общества Кайзера Вильгельма — также по образу и подобию советской Академии наук.

Далее, в Германии в финансировании науки участвуют федеральные земли, у нас же регионы не имеют возможности поддерживать фундаментальные исследования и это различие непреодолимое. К тому же: как повысить эффективность наших институтов до уровня институтов Общества Макса Планка, если у нас финансирование в десять раз меньше? Как понимать реструктурирование ФАНО по идеям германской науки, если в то же самое время Минобрнауки предпринимает действия по реформированию российской науки по образцу американской науки? Наконец, если мы отказываемся от своей модели как неэффективной, то как, в этом случае, относиться к практике Академии наук Китая, на сегодня чрезвычайно эффективной и занимающей в мировом рейтинге третье место — ведь их модель есть чистая калька с советской модели Академии.

ФАНО настаивает еще на тридцати проектах реструктуризации, и все директора институтов получили предписание в течение трех дней написать свою аналитическую записку по перспективной реструктуризации. А это, между прочим, идет полностью вразрез с постановлением Совета Федерации от 28 марта с.г., где сказано, что нельзя проводить иные проекты реструктуризации, пока не оценены ее плюсы и минусы на опыте первых пяти «пилотных» проектов.

А пока в Академию наук из институтов валом идут письма и даже протоколы решений ученого совета о том, что тот или иной институт категорически не согласен участвовать в проектах реструктуризации. До недавнего времени весь директорский корпус был в неведении — теряют ли их институты юридическое лицо при реструктуризации? Когда выяснилось, что да, теряют, многие институты сразу сочли для себя это неприемлемым. Особую тревогу вызывает судьба региональных Научных центров в национальных республиках, особенно на Кавказе — оттуда идут письма типа «SOS!».

Валерий Васильевич указал также, что есть поручение президента России по поводу оценки эффективности работы научных организаций, так что логичным было бы сначала сформулировать эту оценку и лишь потом, с данными и аналитическими материалами в руках строить планы масштабной реструктуризации.

Заместитель президента РАН д.э.н. В.В. Иванов докладывал о Программе фундаментальных научных исследований, которая разрабатывалась в соответствии с федеральным законом № 253, где Академии наук предписано вносить Программу на рассмотрение Правительства.

На совещании в Правительстве по проблемам национальной технологической инициативы был поддержан подход РАН к разработке научно-технологической политики, из чего докладчик сделал вывод, что необходимо процессы реструктуризации притормозить, пока не будет выработана четкая государственная политика относительно того, какая наука нужна в России.

Сейчас же фундаментальная наука регулируется, по крайней мере, шестью законами, и структуры, которые финансируют науку — бюджет РФФИ, РГНФ, РНФ, РПИ — также работают по разным законам. Отсюда следует, считает докладчик, довольно неожиданный вывод: Программа фундаментальных научных исследований РАН призвана обеспечить целостность научной системы в условиях несбалансированного законодательства.

Недавно появился вариант Программы фундаментальных научных исследований в версии Минобрнауки — на него получены заключения профсоюзов, Общества научных работников и Комиссии общественного контроля за реформой РАН. Все заключения отрицательные.

Какая же функция отводится Российской академии наук в предложениях Минобрнауки? В соответствии с законом, Российская академия наук выполняет не только экспертные функции, она осуществляет научно-методическое руководство, она выполняет управленческие функции. Все это из Программы исключено. Более того, исключена также и Программа государственных академий наук, которая уже утверждена Правительством до 2020 года. Такова позиция Минобрнауки.

Словом, во всех заключениях по проекту Минобрнауки было написано: «Проект, предложенный Минобрнауки, непригоден для дальнейшего использования».

Поэтому мы предлагаем, сказал докладчик, за основу взять проект, разработанный в Российской академии наук и направить проект Программы на рассмотрение в Совет по науке при Президенте РФ, а также заинтересованным структурам.

Источник: Научная Россия

rascommission.ru: Письмо Комиссии общественного контоля Д.В. Ливанову о проекте Программы фундаментальных научных исследований в Российской Федерации на долгосрочный период

Fri, 10 Apr 2015 11:49:10 +0000

Комиссия общественного контроля в сфере науки направила в адрес Министерства образования и науки РФ официальное заявление о проекте Программы фундаментальных исследований в РФ на долгосрочный период, разработанный Министерством образования и науки и представленный для утверждения в Правительство РФ.

Министру образования и науки

Российской Федерации

Д.В. Ливанову

Копии

Заместителю Председателя Правительства РФ

А.В. Дворковичу

Президенту РАН

В.Е. Фортову

Руководителю ФАНО России

М.М. Котюкову

Уважаемый Дмитрий Викторович!

Комиссия общественного контроля в сфере науки рассмотрела подготовленный Минобрнауки РФ Проект распоряжения Правительства Российской Федерации об утверждении новой редакции Программы фундаментальных научных исследований в Российской Федерации на долгосрочный период (далее – Проект).

Комиссия полагает, что предлагаемый документ не является проектом полноценной Программы фундаментальных научных исследований в России. О собственно фундаментальных исследованиях речь идет лишь в Приложениях и лишь в очень ограниченной форме (рубрикатор – объемы финансирования – формальные целевые показатели). В действительности основная цель Проекта – принципиальное изменение системы управления фундаментальной наукой в стране. Комиссия считает, что принятию столь важного, затрагивающего каждого ученого решения должно предшествовать всестороннее обсуждение с научной общественностью, причем в форме диалога, а не посредством сбора предложений на правительственном сайте с последующим их игнорированием.

Сложившаяся система управления фундаментальной наукой объявляется в Проекте «директивной». Из Проекта следует, однако, что предлагаемая новая система является еще более директивной. Управление фундаментальными исследованиями передается координационному совету Программы, обладающему самыми широкими полномочиями (утверждение Приоритетных направлений развития фундаментальных наук и направлений поисковых исследований; выделение наиболее значимых тематических направлений и утверждение подпрограмм их развития; формирование плана проведения фундаментальных и поисковых исследований с определением их бюджетного финансирования по областям наук и в разрезе участников Программы, и т. д.). При этом состав координационного совета утверждает Правительство РФ по представлению Министерства образования и науки РФ. Это же Министерство осуществляет организационно-техническое обеспечение работы координационного совета, разработку подпрограмм развития наиболее значимых тематических направлений, мониторинг реализации Программы и представляет соответствующий доклад в Правительство РФ. Участия научных коллективов в формировании планов научных исследований не предусмотрено (по крайней мере ни о каких механизмах такого участия в Проекте речи не идет), а роль Российской академии наук сводится к формированию предложений о приоритетных направлениях и экспертной оценке полученных результатов.

Предлагаемая система управления в значительной степени противоречит самой сущности фундаментальной науки, в которой первостепенную роль играют инициативные исследования, причем не только по тем направлениям, которые в данный момент представляются приоритетными. В соответствии с Проектом, такие исследования возможны только в рамках проектов, поддержанных научными фондами, либо в организациях, занимающих лидирующее положение в своих областях наук и отобранных финансирующими ведомствами по результатам внутреннего конкурса. С учетом количества (РНФ) и объемов (РФФИ, РГНФ) грантов, поддерживаемых научными фондами, реализация этого подхода приведет к сворачиванию исследований по целым научным направлениям, распаду научных коллективов, особенно в регионах, невосстановимой потере конкурентоспособности российской науки по крайней мере в тех областях, которые не попали в перечень приоритетных. А ведь среди них наверняка есть области, которые станут первым приоритетом в обозримом будущем – это показывают многочисленные примеры как из далекого, так и из близкого прошлого.

Комиссия видит и целый ряд других недостатков Проекта, относящихся к реализуемости заявленных целей и задач, адекватности целевых показателей и т. д. Кроме того, ссылка на подпункт «д» пункта 2 поручений Президента Российской Федерации по итогам заседания Совета при Президенте Российской Федерации по науке и образованию 8.12.2014 (№ Пр-3011 от 27 декабря 2014 г.) несостоятельна, поскольку в указанном поручении речь идет о внесении в Программу фундаментальных научных исследований изменений, направленных на обеспечение деятельности научных организаций, подведомственных Федеральному агентству научных организаций, а не о реформе всей системы управления фундаментальной наукой. Наконец, вынесение на обсуждение данного Проекта, подготовленного Минобрнауки РФ, противоречит закону Российской Федерации от 27 сентября 2013 г. N 253-ФЗ, согласно которому правом представления Программы фундаментальных научных исследований в Российской Федерации в Правительство РФ наделена Российская академия наук.

Комиссия считает, что данный Проект должен быть отозван. Для подготовки новой версии Программы фундаментальных научных исследований в Российской Федерации необходимо создать группу с участием представителей Российской академии наук, заинтересованных органов исполнительной власти, научных сообществ. Разработанный этой группой проект должен быть обсужден, в самых разных форматах, всеми заинтересованными сторонами, и в первую очередь научной общественностью.

Источник: сайт Комиссии общественного контроля в сфере науки, 10 апреля 2015 г.

См. также: ОНР: письмо Министру образования и науки РФ Д.В. Ливанову «О проекте распоряжения Правительства Российской Федерации об утверждении Программы фундаментальных научных исследований в Российской Федерации на долгосрочный период» (30.03.2015)

Профсоюз работников РАН: Отзыв на проект распоряжения Правительства Российской Федерации об утверждении Программы фундаментальных научных исследований в Российской Федерации на долгосрочный период (27.03.2015)

газета «Поиск»: Вне логики. Министерские инициативы озадачили ученых (10.04.2015)

rascommission.ru: Годовой отчет о работе Комиссии

Wed, 12 Nov 2014 17:10:15 +0000

Комиссия общественного контроля в сфере науки публикует годовой отчет о своей деятельности с момента её создания в 2013 г.

Уважаемые коллеги, нам очень важна обратная связь — будем искренне признательны за Ваши замечания, пожелания и комментарии, которые помогут в дальнейшей деятельности Комиссии.

Отчет Комиссии за 2013-2014 гг.

Что сделали	Результат
ОРГАНИЗАЦИОННЫЕ ВОПРОСЫ, КОНФЕРЕНЦИИ
Создан и поддерживается сайт Комиссии. Создан логотип. Заседания проводятся в среднем два раза в месяц.	http://www.rascomission.ru
Участие в проведении Второй конференции научных работников 25 марта 2014, ФИАН	http://rasconference.ru/ Доклады и интервью В.Е.Фортова, А.В.Хлунова и М.М.Котюкова, две резолюции «Организация науки в России: первоочередные задачи» и Резолюция по проекту «Устава федерального государственного бюджетного учреждения», предложенного для институтов, подведомственных ФАНО
ПРОЕКТЫ
Проект «Охранная грамота» - профессиональная экспертная оценка лабораторий по их собственным запросам. Пилотный этап – по физике конденсированного состояния, внеочередная экспертиза – по всем естественным наукам.	http://rascommission.ru/protection/aboutПолучены экспертные заключения о двух лабораториях (ИРЭ РАН, ИС РАН) в плановом порядке. Проведена внеочередная экспертиза лаборатории флоры и растительных ресурсов ПАБСИ.
Проект «Ячейка памяти» - сбор инициативным путем информации по структуре подразделений институтов ФАНО, с указанием их фактической научной специализации.	http://memory.rascommission.ru/Запущен в октябре 2014 г. Собранные сведения публикуются наhttp://www.expertcorps.ru/science/whoiswho/affs
УЧАСТИЕ В РАБОЧИХ ГРУППАХ, ПОДГОТОВКА ПРОЕКТОВ ДОКУМЕНТОВ
Сформулированы принципы оценки и разработан проект Регламента профессиональной оценки научных организаций (ноябрь 2013), включающий естественнонаучный рубрикатор, проведено его общественное обсуждение в ноябре-декабре 2013.	http://rascommission.ru/reports/86-otsenka http://rascommission.ru/statements/54-otsenka-nauchnih-organizatsiy
С июня 2014 – участие в рабочей группе ФАНО по созданию документации по ведомственной оценке результативности научных организаций для ФАНО.	По результатам совместной с представителями подведомственных ФАНО учреждений работы подготовлен пакет документов. Методика оценки и Положение о комиссии по оценке находятся на утверждении в МОН, остальные документы – на утверждении в ФАНО.
Создан Единый научный рубрикатор (все области наук) как необходимый элемент процедуры оценки. Проведено широкое общественное обсуждение (учтено нескольких десятков комментариев от научных работников, институтов и отделений РАН, РАМН и РАСХН).	Опубликован в октябре 2014http://rascommission.ru/rubricator . Передан в ФАНО, РНФ.
Участие в обсуждении Устава РАН. Подготовлен проект устава (В.А. Рубаков).	Отдельные предложения учтены, но в целом принят компромиссный вариант устава, подготовленный РАН.
Подготовлена аналитическая записка по проекту «Положения о ФАНО» и набор поправок.	Опубликованы в октябре 2013 г.http://www.rascommission.ru/reports/7-uchastie-v-obshchestvennom-obsuzhdenii-proekta-polozheniya-o-federalnom-agentstve-nauchnykh-organizatsij http://rascommission.ru/statements?start=10
Разработаны и направлены в РНФ (август 2014) подробные предложения по модификации конкурсной документации фонда.	Переписка (запрос Комиссии и ответ РНФ) опубликована http://rascommission.ru/news/110-zapros-grant
ДЕЙСТВИЯ, СВЯЗАННЫЕ С ОПАСНЫМИ И ДИСКУССИОННЫМИ РЕШЕНИЯМИ
Заявление Комиссии о Распоряжении Президиума РАН от 18 ноября 2013 г. о выселении из главного здания РАН научных сотрудников	Удалось достичь компромисса
Заявление членов-корреспондентов РАН об автоматическом переводе членов-корреспондентов в действительные члены РАН (март 2014).	Перевод не был осуществлен
Открытое письмо М.М. Котюкову 13 октября 2014 г. с требованием разъяснений по поводу происхождения циркулирующих в сети документов «Концепция» и «План».	Разъяснения даны во время экспертной сессии ФАНО и во время закрытой встречи журналистов с М.М. Котюковым: по словам М.М. Котюкова, эти документы представляют собой рабочие версии реорганизации институтов ФАНО, принимающих участие в пилотных проектах. Даты и сроки в них на момент разъяснений были обозначены условно
О предписании представить в двухдневный срок проект государственного задания для научного учреждения и проект плана научно-исследовательских работ на 2014-2016 гг. Ноябрь 2013	http://rascommission.ru/statements?start=10К сожалению, наладить более цивилизованный бумагооборот пока не удается.
Заявление Комиссии в связи с принятием Постановления Правительства РФ № 979 от 1 ноября 2013 г. об оценке и мониторинге научных организаций	http://www.rascommission.ru/statements/40-edictum-gov-979См. выше об участии представителей комиссии в рабочей группе ФАНО по созданию документации по ведомственной оценке результативности научных организаций.
Заявление Комиссии о системе научной аттестации и качестве экспертов в советах ВАКhttp://rascommission.ru/statements/77-vak	В целом, проблема далека от разрешения. Важный вклад Диссернета в привлечение внимания общества к проблеме фальшивых диссертаций, а также Совета по науке при МОН. Приказами Минобрнауки РФ№ 531 от 24.0929.10.2014 и № 596 от 29.10.2014 прекращена деятельность 321 диссертационного совета.
Заявление по поводу базы «Карта российской науки». Разработаны рекомендации.	Карта пока активно не используется для оценки организаций и отдельных ученых.
Обращение Комиссии к ОБН РАН и ФАНО о ситуации в ПАБСИ	Продолжаются попытки организовать запланированный еще летом выезд представителей ФАНО в ПАБСИ.
Обращение о переименовании ГОИ им. Вавилова	Переименование отменено после общественной компании, в которой приняли участие ЗАКС и пресса С.-Петербурга
Об увольнении д. ф.-м. н. А. С. Горского из ИТЭФ	Оказана консультативная юридическая помощь, к сожалению, безрезультатно
Об увольнении проф. А.Б. Зубова из МГИМО	Восстановлен 11.04.2014 г, но 30.07.2014 вновь уволен в связи с окончанием срока контракта.
О задержании учёных и журналистов у Замоскворецкого суда	Без результата, коллегам присудили штрафы.
О попытке введения элементов «крепостного права» для работников СПбГУ	Благодаря вмешательству Комиссии и профсоюза ректор СПбГУ публично разъяснил, что «проект договора» с работником не имеет обязательного характера, в тексты были внесены изменения в соответствии с законодательством РФ.
ПУБЛИКАЦИИ, ОСВЕЩЕНИЕ РАБОТЫ КОМИССИИ В ПРЕССЕ
Деятельность Комиссии регулярно освещалась в СМИ. Члены Комиссии сообщали о ходе реформы в медиа, давали комментарии, интервью и т.д.	Работа комиссии и содержание Второй конференции научных работников отражены в более чем 40 публикациях в СМИ среди которых телеканалы Дождь, РБК, ОТР, Эхо Москвы, Новая Газета, Коммерсант, Ведомости, Газета ру, ИТАР-ТАСС, Поиск, Троицкий вариант -наука, Московский комсомолец, РИА Новости, Лента ру.

http://rascommission.ru/images/docs/solomina-report-rascom-final_1.pdf

Источник: сайт Комиссии общественного контроля в сфере науки, 10 ноября 2014 г.

rascommission.ru: Формирование Комиссии по оценке результативности академических институтов

Wed, 12 Nov 2014 13:34:36 +0000

Опубликовано обращение Совета ОНР и Комиссии общественного контроля в сфере науки

Уважаемые коллеги!

ФАНО РФ на сайте fano-vote.ru запустило «интерактивное голосование … за кандидатов в состав комиссии по оценке результативности деятельности научных организаций, подведомственных ФАНО, выполняющих … работы гражданского назначения». От работы этой комиссии зависит судьба академических институтов. Голосование дает нам шанс повлиять на ее состав и ввести в нее людей, готовых отстаивать интересы работающих ученых.

Подход к формированию комиссии, утвержденный в ФАНО, вызывает справедливую критику. Организаторы голосования вольно или невольно постарались минимизировать влияние научной общественности на ее состав. Тем не менее и Комиссия общественного контроля в сфере науки (КОМКОН) и Совет Общества научных работников (ОНР) считают глубоко неверными как бойкот голосования, так и его использование для выражения лояльности руководителям своих институтов, составивших заметную часть списка кандидатов.

Кандидаты в состав комиссии представлены двумя списками: работники учреждений ФАНО («от ФАНО», 725 человек) и других научных учреждений («не ФАНО», 222 человека). Каждый голосующий, однако, может поддержать только одного из 947 кандидатов, внесенных в эти списки! При таких правилах голосование за представителя своего института полностью теряет смысл и ведет лишь к распылению наших голосов.

Взамен подобной тактики КОМКОН и Совет ОНР призывают вас поддержать наших коллег, известных не только уровнем своих исследований, но и активной гражданской позицией, а также опытом организации и проведения профессиональной научной экспертизы:

Математика и естественные науки:

М.В. Фейгельман (д.ф.-м.н., физик-теоретик, зам. директора ИТФ им. Ландау, один из создателей «Корпуса экспертов» и разработчиков «Методики профессиональной оценки научных организаций», член КОМКОН и оргкомитета Конференции научных работников, список «ФАНО»).
Г.А. Цирлина (д.х.н., проф. химфака МГУ, одна из создателей «Корпуса экспертов» и разработчиков «Методики профессиональной оценки научных организаций», член 2-ой рабочей группы КОМКОН, список «не ФАНО»).

Технические и компьютерные науки:

А.П. Кулешов (д.т.н., академик РАН, специалист по информатике, директор ИППИ РАН, член «Клуба 1 июля», секретарь КОМКОН, один из организаторов Конференции научных работников, список «ФАНО»)

Историко-филологические науки:

А.И. Иванчик (д.и.н., историк, чл-корр. РАН, зав. отделом Ин-та всеобщей истории РАН, член «Клуба 1 июля», один из разработчиков «Единого научного рубрикатора», член КОМКОН и оргкомитета Конференции научных работников, список «ФАНО»);
А.В. Дыбо (д.филол.н., лингвист, чл-корр. РАН, зав. отделом Ин-та языкознания РАН, член «Клуба 1 июля», одна из разработчиков «Единого научного рубрикатора», член оргкомитета Конференции научных работников, список «ФАНО»).

Общественные науки:

И.А. Михайлов (к.филос. наук, с.н.с. Ин-та философии РАН, один из разработчиков «Единого научного рубрикатора», член КОМКОН и оргкомитета Конференции научных работников, список «ФАНО»).

Несомненно, в списках для голосования Вы можете найти имена и других достойных коллег. Концентрация наших голосов на поддержке очень небольшого числа кандидатов – это, однако, единственная тактика, которая может привести к успеху при тех правилах голосования, которые навязывает нам ФАНО. Каким бы ни было Ваше решение, не упустите свой шанс и проголосуйте!

Пожалуйста, сообщите о голосовании Вашим коллегам. Используйте для этого списки рассылки институтов, семинаров и конференций. Отсутствие информации – это еще один способ отстранить учёных от принятия решений об их судьбе!

Последний день голосования – 16 ноября.

Принято 12 ноября 2014 г. Советом ОНР и Комиссией общественного контроля в сфере науки

Источник: сайт Комиссии общественного контроля в сфере науки, 12 ноября 2014 г.

rascommission.ru: Вопросы грантового финансирования науки (Письмо Комиссии в РНФ и Ответ РНФ на предложения Комиссии)

Mon, 10 Nov 2014 20:18:11 +0000

Комиссия общественного контроля в сфере науки начинает публикацию своей официальной переписки с государственными научными фондами по проблемам грантового финансирования науки в России.

Письмо Комиссии в РНФ

Исх. No2/9 от 19 августа 2014 г.

О предложениях по изменению конкурсной документации РНФ

Генеральному директору Российского научного фонда

А.В. Хлунову

Глубокоуважаемый Александр Витальевич!

Направляем Вам предложения, разработанные нами по поручению Комиссии общественного контроля в сфере науки по изменению конкурсной документации Российского научного фонда (далее – РНФ, Фонд). Эти предложения суммируют результаты обсуждения итогов первых конкурсов РНФ научным сообществом. Обсуждение проводилось на заседаниях Комиссии, а также на форумах Общества научных работников (ОНР) и газеты «Троицкий вариант – Наука» в мае – июле 2014 года. Поводом для обсуждения стали многочисленные сообщения авторов заявок и экспертов РНФ, относящиеся к процедурным вопросам, некорректным формулировкам в документах Фонда, а также к принципам формирования и к деятельности экспертного совета Фонда.

Ключевыми вопросами организации работы Фонда нам представляются следующие:

- использование современного научного классификатора;
- введение института координаторов экспертизы по всем разделам наук;
- обеспечение коллегиального принятия решений профильными специалистами;

-коррекция форм документов с целью повышения эффективности экспертизы.

Наши предложения изложены ниже в следующих материалах.

1. Обоснование необходимости изменения классификатора РНФ.

2. Обоснование необходимости коррекции документов «Положение об экспертных советах РНФ» и «Порядок проведения экспертизы научных, научно- технических программ и проектов, представленных на конкурс РНФ».

3. Необходимые изменения в формах 1 и 4 заявки для конкурса научных групп.

4. Проект формы экспертной анкеты для конкурса научных групп.

5. Предложения об организации и регламентах новых конкурсов РНФ.

6. Единый научный классификатор.

Эти предложения были рассмотрены и одобрены Секретариатом Комиссии общественного контроля в сфере науки, а затем направлены членам Попечительского совета РНФ академикам А.И. Григорьеву и Л.М. Зеленому, которые, как нам известно, также одобрили эту инициативу.

Практическая реализация этих предложений, безусловно, представляет собой не вполне тривиальную задачу, требующую выработки определенного «плана производства работ», согласованного с проектом результата, которого желательно достигнуть. Проект такого плана у нас имеется. В этой связи мы предлагаем руководству Фонда провести в ближайшее время практическое обсуждение затронутых вопросов с нашим участием.

Приложение на 41 листе.

От имени Секретариата Комиссии общественного контроля в сфере науки

Член-корреспондент РАН, доктор исторических наук, научный руководитель отдела сравнительного изучения древних цивилизаций Института всеобщей истории РАН

А.И. Иванчик

Доктор физико-математических наук, заместитель директора по науке Института теоретической физики им. Л.Д. Ландау РАН

М.В. Фейгельман

От имени Секретариата Комиссии общественного контроля в сфере науки

А.П. Кулешов

Ответ Российского научного фонда на предложения Комиссии

исх. № 01-06.1/249 от 21.10.2014 г.

Уважаемые члены комиссии!

Российский научный фонд рассмотрел письмо от 19 августа 2014 г. № 2/9 и благодарит вас за высказанные замечания и предложения. Ряд предложений комиссии Фонд считает полезными, они учтены в работе Фонда.

В Порядок проведения экспертизы научных, научно-технических программ и проектов, представленных на конкурс Российского научного фонда, попечительским советом Фонда внесены следующие изменения:

«При распределении заявок экспертам Фонда и проведении экспертизы не допускается «конфликт интересов», который возникает, если координатор секции экспертного совета, член экспертного совета или эксперт Фонда:

- является участником представленной для участия в конкурсе заявки, потенциально способной конкурировать с рассматриваемым проектом;»

«Члены экспертного совета обязаны сообщать председателю экспертного совета Фонда о наличии конфликта интересов при распределении на экспертизу или рассмотрении соответствующих заявок. В этом случае по поручению председателя экспертного совета Фонда распределение таких заявок на экспертизу осуществляет иной член экспертного совета Фонда, а члены экспертного совета, имеющие конфликт интересов, не участвуют в рассмотрении упомянутых заявок.»

Также указано, что рассмотрение заявок на секциях экспертного совета производится в соответствии с указанными в заявках отраслями науки, а отклонение проекта на основании его несоответствия тематике секции экспертного совета Фонда допустимо лишь в случае, если такое предложение было сделано по крайней мере одним из экспертов Фонда.

Предложения Комиссии общественного контроля в сфере науки по изменению классификатора Фонда были переданы в экспертный совет Фонда для рассмотрения.

Фонд информирует, что форма экспертного заключения разрабатывалась, исходя из перечня критериев конкурсного отбора, утвержденных попечительским советом Фонда, и согласована с экспертным советом Фонда. Предложения по ее изменению переданы в экспертный совет Фонда.

Фонд на данном этапе не поддерживает предложения по изменению конкурсных процедур, поскольку такие изменения существенно увеличат время рассмотрения заявок. Кроме того, Фонд не считает, что физические объемы заявок, поступающие в адрес Фонда являются чрезмерными и обременительными для экспертов, учитывая, что эксперт для оценки использует только часть информации из заявки.

Фонд прорабатывает вопрос об организации международной экспертизы проектов и отмечает, что главная проблема в такой экспертизе состоит в оплате работы экспертов, не являющихся гражданами Российской Федерации или постоянно проживающими вне пределов России. Фонд был бы признателен Комиссии за организацию обсуждения вопроса о возможности проведения экспертизы (по крайней мере — международной) на безвозмездной основе, учитывая необходимость привлечения значительного количества экспертов по всем отраслям знания.

Хотел бы поблагодарить вас за проявленное беспокойство, связанное с вопросами совершенствования процедуры отбора проектов. Фонд и впредь будет благодарен научному сообществу за конструктивные предложения по улучшению конкурсных и экспертных процедур

Генеральный директор А. Хлунов

http://rascommission.ru/images/docs/V_RNF_7a.pdf

Источник: сайт Комиссии , 07 ноября 2014 г.

Комиссия общественного контроля в сфере науки: Открытое письмо Руководителю ФАНО России М.М. Котюкову

Mon, 13 Oct 2014 20:34:02 +0000

ОТКРЫТОЕ ПИСЬМОКомиссии общественного контроля в сфере науки

Руководителю ФАНО России М.М. Котюкову

Глубокоуважаемый Михаил Михайлович!

В последнее время Комиссия общественного контроля в сфере науки получает от представителей научного сообщества проекты документов, содержащих регламенты реструктуризации сети институтов, подведомственных возглавляемому Вами Агентству.

Серьезное беспокойство вызывает тот факт, что до сих пор (по крайней мере по нашей информации) не определены базовые принципы, цели и ожидаемые результаты этой деятельности. Сама концепция реструктуризации основана на так называемых «базовых организациях». Однако нет ни единого намека на то, каким образом, на основании каких процедур такие организации будут определены.

Комиссия неоднократно высказывала мнение, о том, что любой реструктуризации должна предшествовать оценка результативности институтов, выполняемая профессиональными и беспристрастными экспертами. На сегодняшний день механизм и методика проведения такой оценки в целом определены рабочей группой, созданной ФАНО. Необходимо как можно быстрее начать эту работу.

Такой подход способен оправдать проводимые преобразования в глазах научной общественности, дать значимый эффект для развития науки в нашей стране и является одним из важных условий, обеспечивающих практическую отдачу от научных исследований в национальном масштабе. В противном случае существуют серьезные опасения, что планируемые преобразования окажутся лишь мало осмысленными административными упражнениями, иллюстрирующими непреложный закон российской жизни «хотели как лучше, а получилось как всегда».

С уважением, от имени Комиссии:

В. П. Калинушкин
А. П. Кулешов
В. А. Рубаков

Источник: сайт Комиссии общественного контроля

Комиссия общественного контроля в сфере науки: проект «Ячейка памяти»

Sun, 12 Oct 2014 11:31:57 +0000

Общественный проект «Ячейка памяти» предусматривает сбор сведений об имеющихся в стране научных лабораториях и группах, ведущих открытые гражданские исследования. Комиссия общественного контроля в сфере науки приглашает научных сотрудников принять участие в проекте, чтобы составить и пополнить базу данных лабораторий и научных групп, самостоятельно обозначив области своей деятельности. Это поможет отстаивать уникальные подразделения и институты, обеспечивать при необходимости независимую экспертизу их результатов.

Предыдущие события показали, что возможности научного сообщества противодействовать непродуманным преобразованиям в научной сфере ограничены, поэтому чрезвычайно важно, ещё до начала вероятных деструктивных перемен, выяснить и зафиксировать надежные сведения о современном состоянии науки в стране для защиты работающих научных коллективов. Годичный мораторий на принятие решений по имущественным и кадровым вопросам в сфере академической науки заканчивается 15 января 2015 года. Планы по слиянию и поглощению научных организаций широко обсуждаются на всех уровнях, и нет никаких гарантий, что реструктуризация будет иметь продуманный характер и проведена только после профессиональной оценки эффективности научных организаций.

Вся собранная в «Ячейке памяти» информация о лабораториях и научных группах в составе научных учреждений страны будет доступна на сайте общественного проекта «Корпус экспертов», где уже несколько лет ведутся списки экспертов и индексы цитирования работ российских ученых в области естественных наук. На странице http://www.expertcorps.ru/science/whoiswho/affs (там сейчас выводится распределение наиболее цитируемых российских учёных по организациям, в которых они работают) дополнительно будут доступны присланные списки подразделений с указанием их специализации.

Источник: рассылка Сети координации институтов

Комиссия общественного контроля в сфере науки: подготовлен Единый научный рубрикатор

Sun, 12 Oct 2014 06:56:44 +0000

На сайте Комиссии опубликован Единый научный рубрикатор, который призван решать следующие задачи:

точное определение научной специализации подразделений;
определение основной и дополнительных специализаций и направлений работы научных организаций при отнесении их к референтным группам;
выбор профильных специалистов для работы в экспертных советах референтных групп и комплексных комиссиях;
выбор профильных внешних экспертов для проведения оценки организаций и их подразделений.

Документ включает шесть основных частей для тематических областей науки, а также дополнительные рубрикаторы: «Обеспечение научной работы» для использования при оценке инфраструктурных подразделений и Региональный рубрикатор.

Рабочая группа признательна всем участникам обсуждения Единого научного рубрикатора. Составителями учтены поступившие предложения, которые не входили в противоречие друг с другом и не противоречили единой структуре рубрикатора.

Источник: сайт Комиссии общественного контроля

К общему знаменателю. Интервью председателя МРО Профсоюза РАН В.А. Юркина по подготовке новой системы оплаты труда

Sat, 09 Aug 2014 20:59:26 +0000

Завершается формирование нормативной базы по оплате труда для учреждений трех госакадемий, перешедших в ведение ФАНО. В этой работе принимали активное участие представители Профсоюза РАН и, в частности, председатель Московской региональной организации В.А. Юркин. В интервью нашей газете он рассказал о том, за что боролся профсоюз, и чего ему удалось добиться.

- Владимир Акимович, какие документы по оплате труда готовятся, и кто над ними работает?

- Организованную ФАНО рабочую группу по подготовке примерных положений об оплате труда работников подведомственных агентству федеральных государственных бюджетных учреждений (ФГБУ) возглавил руководитель ФАНО М.М. Котюков. Как видно по названию, идет создание примерных положений для разных групп ФГБУ. В рабочую группу вошли представители агентства, Минобрнауки, Минтруда, РАН, Комиссии общественного контроля в сфере науки, Совета молодых ученых, Профсоюза РАН, директорского корпуса институтов бывших РАН, РАМН и РАСХН. Интересно, что Академию наук представляет председатель Профсоюза РАН В.П. Калинушкин, СМУ РАН — член Центрального совета профсоюза Е.Е. Онищенко, ну, и непосредственно профсоюз — А.Н. Зиновьев и я. К сожалению, в рабочей группе нет представителей профсоюза от организаций аграрной и медицинской науки, но мы их информировали о прошедших заседаниях.

- Как проходит работа?

- В ФАНО был составлен план-график подготовки документов, который рабочая группа утвердила. Забегая вперед, скажу, что установленные сроки не соблюдаются. Примерное положение об оплате труда для научных ФГБУ предполагалось утвердить 24 июня, но пока даже не рассмотрена его очередная (возможно, последняя) версия. А положения для учреждений образования, культуры, здравоохранения даже не начинали обсуждаться.

- Почему так получилось?

- Видимо, в ФАНО не ожидали, что возникнет много сложностей.

- Вот о сложностях давайте поговорим подробнее.

- Первый вариант примерного положения, который представили сотрудники ФАНО, оказался для нас неожиданным. Там было обозначено, что агентство определяет только зарплату руководителя организации, а система оплаты труда работников учреждения устанавливается коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом. Это означает, что никакой отраслевой системы оплаты труда нет: каждый директор строит систему на свой лад. Положительный момент здесь только в том, что эти нормативные акты в обязательном порядке должны согласовываться с профсоюзными организациями институтов.

В документе были прописаны составляющие зарплаты — оклад (тарифная ставка), компенсационные выплаты, выплаты стимулирующего характера и, что интересно, материальная помощь. Выдавать из бюджетных средств матпомощь (например, несколько окладов к отпуску) — для нас непривычное дело. Конечно, профсоюз не против. Но при недостаточном бюджетном финансировании это может привести к сокращению численности персонала. Поэтому мы отметили, что включение матпомощи в фонд зарплаты имеет смысл предусмотреть не как обязательные выплаты, а как возможность, реализуемую при условии экономии фонда оплаты труда.

А вот положение о том, что при создании новой системы оплаты труда зарплата работников учреждения без учета премий и иных стимулирующих выплат должна быть не ниже выплачивавшейся ранее, профсоюз поддержал безоговорочно.

Отмечу еще один момент: в первой версии примерного положения фигурировали всего три цифры — оклад директоров, руководителей уровня заведующего отделом и научных сотрудников без каких-либо градаций. Складывалось впечатление, что в ФАНО не представляют, какие должности существуют в действующих до сих тарифных сетках РАН институтов. Пришлось снабдить их всеми документами по оплате труда, которыми руководствуются наши организации. За основу мы предложили взять последнюю введенную в РАН тарифную сетку со всеми индексациями и с включением в оклады надбавок за кандидатские и докторские степени. И ФАНО вроде бы согласилось с таким решением.

- Получается, что все вернулось на круги своя?

- К сожалению, ситуация не такая простая. Руководство ФАНО считает, что примерное положение об оплате труда должно быть единым для сотрудников всех трех бывших госакадемий. Проблема в том, что медики и аграрии до настоящего момента имели базовые оклады, гораздо меньшие, чем сотрудники РАН. Поэтому они не могут немедленно начать выплачивать такие же оклады, как у нас. А мы, со своей стороны, не можем согласиться на уменьшение уровня существующих окладов — даже с учетом рекомендации прописать минимальные оклады и к ним повышающие коэффициенты. Нет никаких гарантий, что эти коэффициенты будут применяться во всех институтах в обязательном порядке. Между тем, размеры окладов наших сотрудников установлены постановлениями Правительства РФ, цифры прописаны в трудовых договорах сотрудников. К тому же сотрудники РАН составляют более 70% от общей численности входящих в ФАНО структур. По идее подстраиваться должны под нас.

- Как решено было выходить из этой ситуации?

- Мы предложили указать в тексте положения, что рекомендуемые значения окладов (рановские) для сотрудников организаций РАМН и РАСХН не обязательны. Пусть для них эти цифры будут ориентиром, к которому надо стремиться. Другой вариант, который дал В.П. Калинушкин, — установить два вида окладов. Первый — тот, что существует сейчас в РАН, а второй (его предлагается считать временным) — с меньшими размерами окладов для сотрудников РАМН и РАСХН. Кстати, профсоюз работников здравоохранения эти наши идеи поддержал.

Еще один выпад, который нам удалось парировать. В ФАНО решили установить региональные коэффициенты для организаций. Получилось бы, что в Троицке, который вдруг стал Новой Москвой, сотрудники института должны получать чуть ли не вдвое больше, чем в Черноголовке. Мы выступили против этой позиции и были услышаны. Надо отдать должное сотрудникам ФАНО. Они оперативно учитывали предложения членов рабочей группы и вносили соответствующие изменения в рабочие документы.

- А какие решения приняты по зарплатам директоров и технического персонала институтов?

- ФАНО предложило для директоров несколько вариантов. Рабочая группа выбрала такой: рассчитывать зарплаты исходя из показателей эффективности работы и численности учреждений, которые умножаются на некий рекомендованный оклад. Зарплаты ненаучных сотрудников определены по профессиональным группам в постановлении Правительства РФ от 05.08.2008 №583 (ред. от 14.01.2014) «О введении новых систем оплаты труда работников федеральных бюджетных, автономных и казенных учреждений и федеральных государственных органов, а также гражданского персонала воинских частей, учреждений и подразделений федеральных органов исполнительной власти, в которых законом предусмотрена военная и приравненная к ней служба, оплата труда которых в настоящее время осуществляется на основе Единой тарифной сетки по оплате труда работников федеральных государственных учреждений».

Хочу подчеркнуть, окончательного решения перечисленные вопросы еще не нашли. Существующие противоречия должны быть устранены на ближайшем заседании рабочей группы, где председательствовать будет М.М. Котюков.

Интервью подготовила Надежда ВОЛЧКОВА

Источник: МРО ПР РАН
6 августа 2014 г.

Постановление Президиума Центрального совета Профсоюза работников РАН о текущей ситуации (опубликовано 11 июля 2014 г.)

Sat, 12 Jul 2014 00:01:45 +0000

ПРОФЕССИОНАЛЬНЫЙ СОЮЗ РАБОТНИКОВ РОССИЙСКОЙ АКАДЕМИИ НАУК
ЦЕНТРАЛЬНЫЙ СОВЕТ
ПРЕЗИДИУМ

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Уфа 16-17 июня 2014 г. № 14-01

О текущей ситуации

Заслушав и обсудив сообщения В.П. Калинушкина, Г.В. Чучевой и других участников заседания, Президиум ЦС профсоюза констатирует:

1. Совместная работа представителей Профсоюза, Президиума РАН, Комиссии общественного контроля в сфере науки и сотрудников ФАНО позволила создать примерный Устав института, сохраняющий такие основные принципы самоуправления, как выборность Ученых советов научными сотрудниками, коллегиальность принятия решений. В этом документе также прописано участие профкомов в разработке локальных нормативных актов институтов, процедуре назначения заместителей директоров по общим вопросам и необходимость заключения коллективных договоров.

2. Положительным моментом является принятие Устава РАН Общим собранием РАН и его утверждение Правительством РФ. Это открывает путь к подписанию соглашения между ФАНО и РАН и реализации функций по координации научных исследований в стране, возложенных на РАН Федеральным законом №253-ФЗ «О Российской академии наук, реорганизации государственных академий наук и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» от 27 сентября 2013 г.

3. Создание рабочей группы по разработке примерных положений об оплате труда работников федеральных государственных бюджетных учреждений науки, подведомственных Федеральному агентству научных организаций, с участием представителей Профсоюза работников РАН, СМУ и Комиссии общественного контроля в сфере науки, а также начало ее работы, позволяют рассчитывать на принятие примерных положений, во многом соответствующих позиции Профсоюза.

4. Серьезным успехом профсоюза является исключение из проекта поправок в ТК РФ, внесенных 5 июня в ГД РФ Правительством РФ, положения о введении возрастного ценза для руководителей лабораторий и других научных подразделений, повышение предельного возраста для руководителей институтов на 5 лет, замены проведения конкурсов для сотрудников, имеющих трудовые соглашения на неопределенный срок, на процедуры аттестации, и принятие ряда других предложений профсоюза.

5. Вызывает беспокойство фактическая приостановка реализации в 2014 г. программы «Жилище». Не осуществляется выдача жилищных сертификатов молодым ученым, строительство служебного жилья, оформление уже построенных квартир. Новые положения о выдаче сертификатов, порядке распределения служебного жилья и распределении финансов на строящиеся объекты до сих пор не приняты.

6. Сложное положение складывается в медицинских учреждениях РАН. Из-за сокращения в этом году и полного прекращения в дальнейшем бюджетного обеспечения в связи с переходом на одноканальное финансирование по линии ОМС, медицинские учреждения РАН вынуждены будут расширять прикрепленный контингент за счет привлечения не работающих в РАН лиц, что приведёт к полной ликвидации ведомственной медицины.

7. Остается неясной ситуация с аттестацией институтов как в части порядка правил ее проведения, так и по тем последствиям, которые она может иметь для институтов и членов профсоюза.

8. Основной проблемой остается недофинансирование российской науки и, в частности академических институтов. Выполнение Указа Президента РФ от 7 мая 2012 г. №599 в части увеличения финансирования науки до 1,77% от ВВП, скорее всего, будет сорвано. В то же время, корректировка Указа Президента РФ от 7 мая 2012 г. №597, содержащего положение о необходимости повышения средних зарплат ученых до 200% от средней зарплаты по региону, не предполагается. Это может привести к массовым сокращениям сотрудников институтов не по причине их недостаточно эффективной работе, а из-за отсутствия средств. Особое беспокойство вызывает пакет документов ФАНО, поступивший в институты 11.06.14 г. и не согласованный с РАН, в котором содержатся методические рекомендации по выполнению плана мероприятий (дорожной карты) «Изменения в отраслях социальной сферы, направленные на повышение эффективности в учреждениях, подведомственных ФАНО России». В этих документах, в частности, даны графики реализации Указа Президента РФ №597 по регионам и годам (Приложение). Ряд ключевых для российской науки регионов (Москва, Санкт-Петербург, Новосибирск) не смогут выполнить этот план без массовых увольнений. При этом ответственность за его реализацию возлагается на руководителей институтов.

9. 27 июня 2014 г. исполняется год со дня внесения Правительством РФ в Госдуму РФ законопроекта о реформе РАН (в окончательной редакции — ФЗ№253). По итогам прошедшего года можно утверждать: никаких позитивных изменений в жизни институтов не произошло. Было потрачено много сил на решение проблем переходного периода таких, например, как разработка новых нормативных документов, которые в лучшем случае повторяют старые. Приостановлена реализация программы «Жилище», увеличился бумажный поток, фактически сорван летний детский оздоровительный отдых. Годовой мораторий на имущественные и кадровые решения, объявленный Президентом РФ, и готовность многих сотрудников ФАНО конструктивно взаимодействовать с научным сообществом несколько сгладили отрицательные последствия реформ. Однако в настоящее время изменений к лучшему в обеспечении работы ученых не просматривается. Можно констатировать, что прошедший год для реформирования РАН (например, по программе Президента РАН В.Е. Фортова) потерян.

В связи с вышеизложенным, Президиум ЦС профсоюза работников РАН ПОСТАНОВЛЯЕТ:

1. Призвать профкомы институтов принимать активное участие в разработке и принятии локальных нормативных актов, затрагивающих интересы членов профсоюза, в том числе участвовать в согласовании поправок в уставы институтов.
Отв.: руководители региональных организаций,
срок — в течение всего года.

2. Подготовить и разослать в первичные организации профсоюза необходимые материалы для участия в работе по подготовке локальных нормативных актов.
Отв.: Комиссии – производственная, юридическая, информационная,
в течение всего срока работы

3. Продолжить работу в группе ФАНО по созданию примерных положений об оплате труда работников федеральных государственных бюджетных учреждений науки, подведомственных Федеральному агентству научных организаций.
Отв.: члены рабочей группы от Профсоюза РАН и СМУ

4. Инициировать вхождение представителей профсоюза в состав рабочей группы ФАНО по разработке проектов положений по аттестации и проведению конкурсов на занятие научных и руководящих должностей
Отв.: В.П. Калинушкин, Г.В. Чучева

5. Учитывая, что изменения в Трудовом кодексе РФ не полностью отражают специфику деятельности научного работника, внести предложения по изменению законов о науке №127-ФЗ и о РАН №253-ФЗ, касающиеся статуса научного работника, научного подразделения и научной организации.
Отв.: В.П. Калинушкин, Г.В. Чучева

6. Подготовить к сентябрю 2014 г. согласованный с профсоюзами работников агропромышленного комплекса и здравоохранения проект Отраслевого соглашения на 2015-2017 гг.
Отв.: комиссия по Отраслевому соглашению

7. Предпринять все необходимые действия для своевременной реализации жилищных программ в учреждениях, подведомственных ФАНО. Постоянно держать связь по данному вопросу с ответственными лицами из ФАНО.
Отв. В.П. Калинушкин, Жилищная комиссия
8. Подготовить предложения по улучшению ситуации в медицинских учреждениях, подведомственных ФАНО.
Отв.: Комиссия по социальным вопросам

9. Вести работу по блокированию любых действий, ведущих к массовым сокращениям (таких, как использование для этих целей аттестации институтов, выполнение Указа Президента РФ в части увеличения зарплат ученых вне связи с выполнением Указа Президента РФ об увеличении финансирования науки, введение новых правил финансирования гос. задания и т.д.). Предпринять все возможные действия вплоть до организации массовых акций протеста для приостановки реализации графика увеличения зарплаты, данного в Приложении, в тех случаях, когда это ведет к массовым увольнениям.
Отв.: председатель профсоюза, его заместители

10. Активизировать работу по увеличению финансирования российской науки и институтов ФАНО, взаимодействуя со всеми возможными союзниками (Президиумом РАН, директорским корпусом, Комиссией по общественному контролю в сфере науки, СМУ, профсоюзами работников агропромышленного комплекса и здравоохранения и т.д.).
Отв. В.П. Калинушкин, Г.В. Чучева

11. Провести анализ предварительных итогов реализации ФЗ-253 и довести его до научной общественности.
Отв. В.Ф. Вдовин, Н.В. Волчкова, Г.В. Чучева, В.А. Юркин

Председатель профсоюза В.П. Калинушкин

Источник: сайт Профсоюза РАН
11 июля 2014 г.

Комиссия общественного контроля: обсуждение проектов научных рубрикаторов по естественным наукам, истории и филологии для оценки научных организаций — до 5 июля 2014 года

Wed, 02 Jul 2014 19:09:27 +0000

2 декабря 2013 г. Комиссия объявила об общественном обсуждении регламента профессиональной оценки научных организаций (в качестве реакции на Постановление Правительства РФ от 1 ноября 2013 г. № 979). Предлагаемая Комиссией для обсуждения схема оценки результативности работы институтов РАН исходит из основного принципа, принятого в Европе (в частности, см. описание Британской системы оценки Research Excellence Framework www.ref.ac.uk): оценка проводятся только на основе экспертных заключений специалистов. В рамках обсуждения разработаны проекты научных рубрикаторов по естественным наукам, истории и филологии. Комментарии к рубрикаторам можно направлять по адресу rascommission.group2@gmail.com до 5 июля 2014 года.

Предлагаемый регламент оценки научных организаций краткий, полный.

Подробности читайте на странице сайта Комиссии общественного контроля, посвященной методике профессиональной оценки научных организаций.

Источник: сайт Комиссии общественного контроля за ходом и результатами реформ в сфере науки

Другие материалы по теме: http://www.saveras.ru/archives/5922

Обращение Председателя Профсоюза РАН В.П. Калинушкина об обсуждении итогов года после принятия ФЗ №253 о РАН

Mon, 30 Jun 2014 23:27:31 +0000

Выдержка: «Дорогие коллеги мы должны сделать все возможное, чтобы мнение научного сообщества о результатах принятия ФЗ №253 было услышано! Надеемся на вашу активную позицию!»

ПРОФЕССИОНАЛЬНЫЙ СОЮЗ РАБОТНИКОВ РОССИЙСКОЙ АКАДЕМИИ НАУК

ПРЕДСЕДАТЕЛЬ ПРОФСОЮЗА

119334, Москва, ул. Бардина, 6/30, стр. 2, оф. 14-16, тел./факс: (499)135-20-64, тел. 135-30-16, Е-mail: profras@prof.ras.ru

Обращение к руководителям региональных и первичных организаций Профсоюза работников РАН

27 июня 2013 г. Правительство РФ внесло в Госдуму РФ проект закона «О Российской академии наук, реорганизации государственных академий наук и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации». Несмотря на активное противодействие ученых, ФЗ №253 в несколько отличающемся от первоначального варианта виде был принят Госдумой и Советом Федерации РФ и 27 сентября 2013 г. подписан Президентом РФ. По-видимому, те, кто готовил, вносил, поддерживал и голосовал за этот закон, считали, что его принятие и реализация приведут к качественному улучшению ситуации в институтах РАН, РАСХН и РАМН и повышению эффективности работы российских ученых.

Год прошел — пора подводить первые итоги. Президиум Профсоюза работников РАН обращается к региональным и первичным организациям профсоюза с предложением провести в коллективах обсуждение результатов принятия этого закона.

Безусловно, надо учитывать, что одновременно с этим законом начали действовать другие законодательные акты и нормативные документы, влияющие на жизнь ученых. К ним, например, относятся закон о контрактной системе (госзакупках), решения Правительства РФ о переводе медицины на одноканальное финансирование по линии ОМС, ликвидация доплат за ученые степени, Указ Президента РФ об увеличении зарплаты ученым без достаточного увеличения финансирования науки и т.д. Однако мы уверены, что для ученых не составит труда отделить результаты принятия ФЗ №253 от других факторов.

Нам необходимо получить объективную картину того, как повлияло принятие закона на следующие стороны жизни научных коллективов:

бюрократизация исследовательской работы
научное самоуправление в институтах
управление имуществом Российской академии наук
финансирование научных исследований
система управления научными исследованиями
решение социальных проблем работников науки (например, реализация жилищной программы)
моральное состояние коллективов.

Хотелось бы понять, видят ли ученые перспективы улучшения ситуации в российской науке, услышать мнение молодежи — ощущает ли она какие-либо положительные изменения в своем положении. Нам представляется, что наряду с оценкой ситуации мы должны предлагать пути решения назревших проблем.

Просим обсудить в коллективах эти и другие вопросы, связанные с реализацией ФЗ №253, и передать результаты в Центральный совет Профсоюза работников РАН и Комиссию общественного контроля в сфере науки. Мы доведем мнение научных коллективов до федеральной власти и граждан России. Передадим ваши соображения в рабочую группу Совета Федерации по осуществлению мониторинга практики применения ФЗ №253 и Совет по науке при Президенте РФ, которые планируют провести в сентябре обсуждение результатов первого года реализации закона. Не исключено что результаты этих дискуссий станут основанием для созыва Третьей сессии Конференции научных работников.

Дорогие коллеги мы должны сделать все возможное, чтобы мнение научного сообщества о результатах принятия ФЗ №253 было услышано!
Надеемся на вашу активную позицию!

Председатель Профсоюза работников РАН В.П. Калинушкин

Источник: Профсоюз работников РАН

30 июня 2014 г.

Об увольнении проф. А. Б. Зубова из МГИМО

Tue, 01 Apr 2014 08:46:52 +0000

Заявление Комиссии общественного контроля в сфере науки

Комиссия выражает свое несогласие с принятым решением об увольнении проф. А. Б. Зубова из МГИМО.

Комиссия считает недопустимым проводить увольнения или накладывать другие административные санкции за политические высказывания, а не на основании профессионального уровня ученых или преподавателей, вне зависимости от ведомственной принадлежности учреждения.

Среди нас есть люди, по-разному относящиеся к взглядам профессора Зубова, но для всех членов комиссии несомненно, что государству необходимо поощрять свободные высказывания экспертов и свободные дискуссии между ними — только это может предоставить руководству страны всю полноту картины, помочь ему принимать взвешенные решения и сохранять многовариантность реакции на их последствия.

Комиссия обращается к ректору МГИМО, академику Анатолию Васильевичу Торкунову с предложением еще раз проанализировать целесообразность репрессий против ученого в нынешней сложной ситуации и не создавать своими действиями опасный прецедент, который может пагубно повлиять на культурную и интеллектуальную ситуацию в нашей стране.

Источник: сайт Комиссии.

Другие заявления:

Обращение Комиссии общественного контроля к ОБН РАН и ФАНО о ситуации в ПАБСИ

Mon, 24 Feb 2014 17:51:52 +0000

Академику-секретарю Отделения биологических наук РАН академику А.Ю.Розанову,членам бюро Отделения биологических наук РАН

Копия: руководителю Федерального агентства научных организаций М. М. Котюкову

Глубокоуважаемый Алексей Юрьевич, глубокоуважаемые коллеги,

20 февраля 2014 г. в Комиссию общественного контроля за ходом и результатами реформ в сфере науки поступило письмо 77 российских ботаников, представляющих более 20 институтов РАН и университетов (дано в Приложении ниже). Они обеспокоены развитием ситуации вокруг Лаборатории флоры и растительных ресурсов в Полярно-альпийском ботаническом саду-институте им. Н.А. Аврорина (ПАБСИ) КНЦ РАН в г. Кировске. 10 февраля 2014 г. сотрудники этой лаборатории обратились к научной общественности «с просьбой о помощи в предотвращении разрушения лаборатории и гербария». Поводом для их обращения послужили проводимые сейчас изменения административной структуры ПАБСИ и прекращение доступа к части его гербария.

Комиссия считает убедительными доводы авторов письма, свидетельствующие о высоком уровне научных исследований, проводимых в Лаборатории флоры и растительных ресурсов ПАБСИ. Научная продуктивность этого коллектива подтверждается и анализом его публикационной активности по данным, представленным на сайте лаборатории (http://kpabg.ru/) и в Российском индексе научного цитирования (РИНЦ).

Комиссии также стало известно о постановлении № 10 бюро Отделения биологических наук от 17 февраля с.г., которым руководству ПАБСИ рекомендовано реорганизовать гербарий, выделив его в отдельную структурную единицу, но сохранив курирование частей гербария за соответствующими лабораториями. При этом предлагается воздержаться от структурных изменений в 2014 году. Комиссия отмечает, что при видимой компромиссности такого решения, оно – как следует из полученного Комиссией письма – практически ведет к разрушению Лаборатории флоры и растительных ресурсов. Более того, даже эта рекомендация не выполняется: приказ директора ПАБСИ № 6 от 7 февраля о создании гербария не отменен, а 17 февраля утверждено Положение о гербарии.

Комиссия просит руководство ОБН незамедлительно вернуться к рассмотрению этого вопроса, создав рабочую группу из авторитетных ботаников, специалистов в области гербарного дела, в частности – из числа авторов письма. Рабочей группе должны быть созданы условия для анализа ситуации на месте. Комиссия просит бюро ОБН указать руководству ПАБСИ на необходимость воздержаться от любых административных мер и перестроек до окончания работы группы и принятия Отделением рекомендаций по результатам ее работы.

Комиссия считает, что успешно работающий научный коллектив обязательно должен быть полностью сохранён, и ему должны быть обеспечены условия для проведения и развития научных исследований. Никакие меры по изменению структуры учреждения, регламентации порядка работы с научными коллекциями и иным аспектам деятельности ПАБСИ, принимаемые его администрацией и Ученым советом, не должны препятствовать нормальной работе Лаборатории флоры и растительных ресурсов и ставить под угрозу целостность её коллектива.

Приложение: Письмо 77 российских ботаников, представляющих более 20 институтов РАН и университетов

Заявление Комиссии общественного контроля о системе научной аттестации

Mon, 24 Feb 2014 17:48:44 +0000

Комиссия общественного контроля за ходом и результатами реформ в сфере науки разделяет точку зрения Совета по науке при Министерстве образования и науки о недопустимости включения в состав экспертных советов Высшей аттестационной комиссии лиц, причастных к защитам недобросовестных диссертаций.

Комиссия считает, что внимание со стороны общества является необходимым фактором оздоровления системы научной аттестации в России. Однако такое внимание встречает негативную и даже агрессивную реакцию со стороны власти. В качестве примеров можно привести высказывания министра образования и науки Д.В. Ливанова и председателя ВАК В.М. Филиппова в адрес Интернет-сообщества «Диссернет»; решения судов по искам судьи Гордеюка, в диссертации которого были найдены обширные совпадения с ранее опубликованными текстами, к «Новой газете» и журналу «NewTimes»; прокурорские проверки, которые стали следствием письма более тысячи ученых о недобросовестных диссертациях депутатов Госдумы, проголосовавших за закон о реформе РАН, – проверки не тех, кто списывал тексты своих вроде бы научных трудов, а тех, кто обратил на это внимание.

В то же время, Комиссия считает, что научное сообщество уделяет недостаточно внимания проблеме недоброкачественных диссертаций. Например, все опубликованные высказывания руководства РАН по этой теме сводятся к тому, что «все должны решать эксперты». Формально, это верно, но, во-первых, часто речь идет об очевидных случаях тотального списывания, когда содержательная экспертиза представляется излишней, а во-вторых, сама формулировка этого довода подозрительно совпадает с высказываниями авторов, уличенных в списывании диссертаций. Более того, есть примеры, когда ученые из академических институтов, возможно, сами организовывали фабрики по написанию диссертаций, и выступления СМИ по этому поводу не повлекли никакой публичной оценки (например, не подверглись оценке сообщества сообщения о подобной деятельности ряда ученых из Института экономики УрО РАН, см. http://ura.ru/content/svrd/20-03-2013/articles/1036259270.html).

Многие ученые тратят свое время и силы на расчистку завалов, сложившихся в системе научной аттестации: работают в составе экспертных советов ВАК, анализируют диссертации на предмет массовых заимствований, пишут отрицательные отзывы и апелляции на сфальсифицированные и просто слабые диссертации. Комиссия призывает членов научного сообщества присоединиться к этой работе. Никто, кроме ученых, не сможет адекватно оценить не просто списанные, но халтурные и несамостоятельные диссертационные работы. Новое положение о защитах диссертаций, которое требует публикации диссертаций за два (для кандидатских) или три (для докторских) месяца до защиты предоставляет возможности для такой оценки. Сейчас каждый ученый может отслеживать диссертации в своей области и писать на них отзывы. Если каждый из нас добросовестно напишет всего один отзыв в год на произвольно выбранную диссертационную работу по своей специальности, это создаст необходимые условия для оздоровления системы научной аттестации в стране.

Источник: сайт Комиссии общественного контроля

rascommission: Мы возмущены задержанием наших коллег

Sat, 22 Feb 2014 11:06:42 +0000

Мы возмущены ничем не спровоцированными задержаниями более 200 человек 21 февраля у Замоскворецкого суда г. Москвы, среди которых наши коллеги, Президент Московского математического общества академик В. А. Васильев, научный сотрудник, член Комиссии, Г. А. Колюцкий, и журналист С. Б. Пархоменко, много сделавший для борьбы со злоупотреблениями в российской науке. Мы обеспокоены сообщениями об избиении С. Пархоменко при задержании и предъявленными ему обвинениями, ложность которых подтверждается многочисленными свидетельскими показаниями. Требуем справедливого судебного разбирательства и наказания полицейских, превысивших свои полномочия и нарушивших закон о полиции.

Источник: Комиссия общестенного контроля за реформами в сфере науки.

rascommission: Итоги общественного обсуждения регламента оценки научных организаций (проект «Охранная грамота»)

Sat, 04 Jan 2014 14:56:17 +0000

2 декабря 2013 г. Комиссия общественного контроля за реформами в сфере науки объявила об обсуждении регламента профессиональной оценки научных организаций. В приведенной ниже подборке учтены следующие замечания и комментарии:

поступившие на адрес rascommission.group2@gmail.com,
высказанные в ходе обсуждения участниками рабочей группы 2 «Комиссии…» (им рассылался также список поступивших по адресу группы «внешних» замечаний),
суммированные руководством ОНР по итогам обсуждения на форуме ОНР.

Материалы по теме:

Источник: сайт Комиссии.

Новогоднее обращение Комиссии общественного контроля

Tue, 31 Dec 2013 08:13:08 +0000

Дорогие коллеги! Уважаемые сограждане!

Заканчивается 2013 год – один из самых драматических в истории отечественной науки.

28 июня Правительство Российской Федерации внесло в Федеральное собрание законопроект № 305828-6, прямо предусматривавший ликвидацию главного научного учреждения страны – Российской Академии наук. Это произошло менее чем через месяц после выборов на Общем собрании РАН нового президента и руководства Академии.

Возникла угроза, что будет разрушена система научных институтов Академии, а российской науке и всей стране – нанесен невосполнимый ущерб. Однако академическое сообщество, во многом неожиданно для самих ученых, проявило замечательную жизненную силу и способность к самоорганизации.

С июля по октябрь в Москве, Санкт-Петербурге, Нижнем Новгороде, Новосибирске и других научных и университетских центрах страны прошли многочисленные собрания коллективов и митинги научных работников. На Конференцию научных работников РАН 29–30 августа собрались более двух тысяч участников со всей страны.

В обращениях коллективов и советов молодых ученых институтов, заявлениях отделений РАН, решениях митингов и резолюциях конференции был выражен решительный протест против попытки уничтожения Академии и сформулированы цели и принципы возможных реформ. Эти позиции нашли подтверждение и в решении чрезвычайного Общего собрания РАН, состоявшегося 9 сентября.

26 сентября Профсоюз работников РАН передал президенту обращение с призывом не допустить вступления разрушительного закона в силу. Под обращением поставили свои подписи более 120 тысяч граждан страны – гораздо больше, чем общее число научных работников Академии.

Возникли новые объединения ученых: Клуб 1 июля и Совет научных сообществ, которые вместе с профсоюзом РАН взяли на себя координацию протеста. 8 октября была учреждена Комиссия общественного контроля за ходом и результатами реформ в сфере науки.

Академия предстала перед обществом не как «элитный клуб» академиков, а как многотысячный коллектив ученых, осознающий свою ответственность перед страной и готовый играть ведущую роль в ее развитии. Активная позиция Академии вызвала широкую общественную поддержку. Вопрос о судьбе Академии приобрел общегосударственное и общеполитическое значение.

Несмотря на принятый в спешке, непродуманный и противоречивый закон о Российской Академии наук, изменился и подход к проблеме Академии со стороны государственной власти. Объявлен мораторий на имущественные и кадровые изменения в Академии. Перед вновь созданным Федеральным агентством научных организаций поставлена задача обеспечения эффективной работы академических институтов без вмешательства в их научную деятельность.

События уходящего года подтвердили: Академия – живой и способный к развитию организм. Но это и один из важнейших социальных институтов, который обеспечивает преемственность и прогресс отечественной науки, а с ней и всего общества. Безотлагательная общая задача Академии, общества и государства – вернуть науку в число сил, определяющих развитие страны.

С Новым 2014 годом! Призываем всех сохранить энергию, с которой мы действовали в 2013 году, и внести вклад в решение этой задачи, от которой зависит наше общее будущее. Желаем здоровья и счастья, ждем новых творческих успехов наших коллег! Все только начинается!

Комиссия общественного контроля за ходом и результатами реформ в сфере науки

Источник: сайт Комиссии

Комиссия общественного контроля за ходом и результатами реформ в сфере науки: О попытке введения элементов крепостного права для работников СПбГУ

Fri, 06 Dec 2013 19:11:12 +0000

ОТКРЫТОЕ ПИСЬМО

Ректору Санкт-Петербургского университета

Николаю Михайловичу Кропачеву

Президенту Санкт-Петербургского университета

Людмиле Алексеевне Вербицкой

Уважаемый Николай Михайлович!

Уважаемая Людмила Алексеевна!

Как стало известно Комиссии, администрация Санкт-Петербургского университета предлагает сотрудникам СПбГУ подписать трудовой договор и(или) дополнительное соглашение, содержащие положения, которые, на наш взгляд, существенно ограничивают конституционные и трудовые права работников СПбГУ. Более того, они, по нашему мнению, вводят для них элементы личной зависимости, отмененной в России Манифестом императора Александра II от 05.02.1861 об отмене крепостного права. Просим Вас распорядиться удалить из текста договора и(или) дополнительного соглашения перечисленные ниже пункты и привести их в соответствие с законодательством РФ, а уже подписанные договоры и соглашения аналогичного содержания расторгнуть, поскольку согласно ст. 9 Трудового кодекса Российской Федерации (ТК РФ): «Коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению».

Перечислим пункты Трудового договора, противоречащие, по нашему мнению, законодательству РФ.

Раздел 4. Работник обязан: <…>

4.2.6. Следовать нравственным и культурным традициям СПбГУ, общепринятым моральным, нравственным и этическим нормам, бережно относиться к духовным ценностям.

Не говоря уже о противоречии с упомянутой ст. 9 ТК РФ, этот пункт оставляет место для административного произвола ввиду отсутствия юридический дефиниций «общепринятых моральных, нравственных, и этических норм» и того факта, что «духовные ценности» работника и сотрудника администрации могут различаться.

4.2.11. Уведомлять Работодателя в письменном виде о работе по совместительству у другого работодателя, о месте работы по совместительству, объеме занятости и занимаемой должности, не позднее трех рабочих дней со дня заключения трудового договора, либо о факте заключения договора гражданско-правового характера, по которому Работник является (по содержанию предмета договора) исполнителем, подрядчиком, автором, а также о переговорах, связанных с изменением места основной работы.

По нашему мнению, это положение противоречит Конституции РФ:

П. 1 ст. 34. Каждый имеет право на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности.

П.1 ст. 37. Труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

и ст. 282 ТК РФ: Совместительство – выполнение работником другой регулярной оплачиваемой работы на условиях трудового договора в свободное от основной работы время. Заключение трудовых договоров о работе по совместительству допускается с неограниченным числом работодателей, если иное не предусмотрено федеральным законом. Работа по совместительству может выполняться работником как по месту его основной работы, так и у других работодателей.

Последний пункт раздела 4.2.11 Трудового договора вызывает подозрения, что для сотрудников СПбГУ право расторжения трудового договора по инициативе работника (ст. 80 ТК РФ, «Юрьев день») тоже может оказаться под угрозой.

4.2.13. Без поручения Работодателя не выступать публично от имени СПбГУ и в качестве Работника СПбГУ, в том числе, не давать комментариев, оценок, интервью, не предоставлять экспертных заключений.

На наш взгляд, смешение запрета на несанкционированные выступления от имени СПбГУ (на что администрация имеет право) с запретом на выступления в качестве Работника СПбГУ противоречит ст. 29 Конституции РФ:

1. Каждому гарантируется свобода мысли и слова.

3. Никто не может быть принужден к выражению своих мнений и убеждений или отказу от них.

Более того, этот пункт заставляет Работника СПбГУ получать санкцию администрации на все многочисленные виды профессиональной деятельности, которые во всем мире являются неотъемлемым атрибутом научной работы: написание отзывов на статьи, монографии, грантовые заявки, диссертации и их авторефераты и т.д., в которых учёный выступает в индивидуальном качестве, но, согласно принятой традиции, указывает свою аффилиацию.

4.2.15. Сообщать Работодателю в письменном виде в течение 30 рабочих дней с момента издания о каждой публикации, автором (соавтором) которой является Работник.

Это положение принуждает Работника сообщать Работодателю обо всех своих публикациях в СМИ, даже в том случае, если он (она) не указывают аффилиацию СПбГУ. Тем самым, на наш взгляд, нарушается

п. 1 ст. 44 Конституции РФ. Каждому гарантируется свобода литературного, художественного, научного, технического и других видов творчества, преподавания. Интеллектуальная собственность охраняется законом.

4.2.16. Решать все вопросы, связанные с профессиональной деятельностью, на основе всесторонних консультаций с Работодателем.

По нашему мнению, и в силу требований ст. 9 ТК РФ, это положение противоречит ст. 21 ТК РФ, провозглашающей, что «Работник имеет право на: защиту своих трудовых прав, свобод и законных интересов всеми не запрещенными законом способами;

…разрешение индивидуальных и коллективных трудовых споров, включая право на забастовку, в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами; …».

В разделе 5.1 (Работодатель имеет право) содержится пункт

5.1.6 Работодатель имеет исключительное право на результат интеллектуальной деятельности, созданный Работником в связи с выполнением своих трудовых обязанностей или конкретного задания Работодателя.

По нашему мнению, формулировка этого пункта нуждается в корректировке и должна быть приведена в соответствие со ст. 1228 Гражданского кодекса РФ (Автор результата интеллектуальной деятельности), согласно которой

1. Автором результата интеллектуальной деятельности признается гражданин, творческим трудом которого создан такой результат.

2. Автору результата интеллектуальной деятельности принадлежит право авторства, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, право на имя и иные личные неимущественные права.

Право авторства, право на имя и иные личные неимущественные права автора неотчуждаемы и непередаваемы. Отказ от этих прав ничтожен.

Совершенно неприемлемым и неконституционным представляется нам пункт 1 раздела 10 (Особые условия)

10.1. Настоящий трудовой договор содержит конфиденциальную информацию и не подлежит разглашению, размножению, и опубликованию в открытой печати»

На наш взгляд он противоречит

п. 4 ст. 29 Конституции РФ: Каждый имеет право свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом. Перечень сведений, составляющих государственную тайну, определяется федеральным законом.

При этом ст. 7 Закона РФ № 5485-I «О государственной тайне» (Сведения, не подлежащие отнесению к государственной тайне и засекречиванию) прямо утверждает, что

Не подлежат отнесению к государственной тайне и засекречиванию сведения:

…

о фактах нарушения прав и свобод человека и гражданина;

…

Попытка администрации СПбГУ объявить не подлежащей разглашению и распространению информацию о трудовом договоре с Работником или дополнительном соглашении, по нашему мнению, нарушает фундаментальные конституционные и трудовые права гражданина РФ.

Мы считаем, что вышеперечисленные положения трудового договора и (или) дополнительного соглашения должны быть немедленно изъяты из текстов документов, предлагаемых для подписания Работникам СПбГУ, а уже заключенные договоры и соглашения, содержащие такие пункты, должны быть расторгнуты.

Материалы по теме: трудовой договор, предлагаемый к подписанию администрацией СПбГУ

Опубликовано: 06 декабря 2013 г.

Источник: Комиссия общественного контроля за ходом и результатами реформ в сфере науки

Критика «Карты науки»: подборка материалов

Mon, 02 Dec 2013 18:07:34 +0000

Уважаемые коллеги!

На странице «Критика «Карты науки» мы разместили подборку заявлений ученых о качестве исполнения этого проекта.

Редакция saveras

2013 год

Линейка с датами

5 декабря 2013 г. Глава департамента развития приоритетных направлений науки и технологий Минобрнауки Сергей Салихов заявил, что база данных «Карта российской науки» никак не будет использоваться для оценки и мониторинга научных организаций.
4 декабря 2013 г. Александр Графодатский о «Карте науки» с надеждой
2 декабря 2013 г. Заявление СМУ МИАН о базе данных «Карта российской науки»
2 декабря 2013 г. Ю.Г. Зархин о «Карте российской науки»
2 декабря 2013 г. А.Н. Паршин о «Карте российской науки»
2 декабря 2013 г. Замечания ОМН РАН к «Карте российской науки»
1 декабря 2013 г. На сайте «Карты» появились ответы на часто задаваемые вопросы и ответы на некоторые критические публикации. Наш анализ этих «ответов» опубликован здесь.
28 ноября 2013 г. Заявление Комиссии общественного контроля о «Карте российской науки».
28 ноября 2013 г. Дмитрий Ливанов пообещал, что «Карта науки» будет доработана.
28 ноября 2013 г. Заявление Совета Общества научных работников о тестировании «Карты науки»
26 ноября 2013 г. ФИАН: «О проекте МОН «Карта науки».
26 ноября 2013 г. Президиум РАН обсудил «Карту науки». Академики отметили низкое качество этого продукта. Репортажи: ПОЛИТ.ру, Газета.ру.
25 ноября 2013 г. Отчёт Н.В. Чудовой и Ю.М.Кузнецовой о тестировании системы «КАРТА НАУКИ».
21 ноября 2013 г. «Карта науки» введена в режим опытной эксплуатации.

Авторский проект «Профессиональная оценка научных организаций»

Mon, 02 Dec 2013 08:47:47 +0000

Открыто общественное обсуждение авторского проекта «Профессиональная оценка научных организаций«. Комментарии к документам, представленным ниже, нужно направлять по адресу rascommission.group2@gmail.com.

Предлагаемая для обсуждения схема оценки результативности работы институтов РАН исходит из основного принципа, принятого в Европе (в частности, см. описание Британской системы оценки Research Excellence Framework www.ref.ac.uk): оценка проводятся только на основе экспертных заключений специалистов.

Числовые данные (и, в частности, любые наукометрические показатели) используются экспертами только как вспомогательный материал, и только в тех областях наук, в которых они на самом деле разумно отражают (по мнению работающих в них ученых) более или менее объективную реальность. Ни для какой научной области не допускается использование любого рода числовых показателей для прямого извлечения из них сравнительных оценок различных научных организаций и принятия управленческих решений.

Все области наук распределены в предлагемом документе (по аналогии с британской системой, но несколько иным образом) по шести крупных группам: (А) Естественные и математические науки, (Б) Технические и компьютерные науки, (В) Медицинские науки, (Г) Сельскохозяйственные науки, (Д) Историко-филологические науки, (Е) Социально-политические науки.

Все примеры детализации регламентов оценки в предлагаемом документе написаны только для наук группы А. Реализация предложенной системы оценки в целом потребует предварительной работы инициативных групп ученых из остальных групп, для создания адекватных для них Рубрикаторов научных специальностей и Регламентов проведения оценки.

На обсуждение выносятся:

1) принципиальная схема проведения оценки,

2) конкретные предложения по Регламенту для наук группы А.

Разработчики: д. ф-м. н. М. В. Фейгельман и д. х. н. Г. А. Цирлина

Документация: Схема профессиональной оценки (с приложениями).

Комментарии можно направлять по адресу rascommission.group2@gmail.com.

Источник: сайт Комиссии общественного контроля за реформами в сфере науки.